// // Сергей Ястржембский: Мама стала лучше относиться к моим занятиям

Сергей Ястржембский: Мама стала лучше относиться к моим занятиям

1491
Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

На премьере фильма «Африка: кровь и красота» был аншлаг. Чему удивляться? Автор картины Сергей Ястржембский, некогда блистательный дипломат, давно уже доказал, что умеет собирать залы, как никто другой. Ещё в памяти у всех зрителей во время Московского международного кинофестиваля полный зал в Доме кино на ленте «Калашников» из каменного века», а теперь – новый прецедент.

–На просмотр фильма пришла ваша мама. Какое впечатление на неё произвела «Африка»?

– Моя мама сейчас стала относиться намного лучше к моим занятиям. Но в своё время её очень расстроил мой добровольный уход из Кремля и политики. (14 мая 2008 года Ястржембский был освобождён от исполнения обязанностей помощника президента указом Дмитрия Медведева. – Ред.). Маму понять можно. Долгое время я не мог ей объяснить, чем планирую заниматься. Теперь же она увидела, что и здесь есть свой позитивный результат. А для неё это очень важно.

– Почему ваша мама переживала по поводу вашего «развода» с политикой?

– Потому что она считала, что мне, с моей подготовкой, образованием, стечением обстоятельств, предназначена государственная карьера. Но у меня на этот счёт было своё мнение.

– А сейчас вы нашли бы себе место в политике?

– Когда я был пресс-секретарём у Ельцина, у меня был такой защитный приём (и я часто его использовал): я говорил, что на вопросы сослагательного наклонения не отвечаю, так как они бессмысленны.

– Чезаре Кунача назвал вас неутомимым сказочником. Как вы думаете – почему?

– Дело в том, что он отозвался так о моих фотографиях, а не о документальных фильмах, а это всё-таки разные жанры. Но это определение мне очень нравится. Есть и более сильное определение у Тонино Гуэрра, который, к сожалению, недавно ушёл от нас. Он так описал свои впечатления: «Эти работы Сергея Ястржембского настолько взрывные, в них так много перспектив, которые придают магический ореол изображаемому, что всё это поражает меня настолько, насколько может быть поражён старый крестьянин, который смотрит на свой виноградник, утопающий в красной листве...»

– А каким вы были в детстве? Наверное, прочли все приключенческие книжки?

– А я других и не читал! Только приключенческие и исторические. Фенимор Купер, Майн Рид, Стивенсон, Хаггард, Конан Дойль, Жюль Верн... И эта вся литература со временем сфокусировалась на Африке, когда к прочитанному добавились хемингуэевские «Зелёные холмы Африки», «Снега Килиманджаро» и «Недолгое счастье Фрэнсиса Макомбера». Поэтому с теоретической точки зрения я был подготовлен.

– А затем?

– Затем добавились навыки охоты и общения с природой в Африке и с людьми, которые охотились со мной. Это были масаи или бушмены, а затем это трансформировалось в увлечение этнографией.

– Можно ли назвать народы Африки гостеприимными?

– Если под гостеприимством понимать то, что, приготовив на костре козлёнка, вас угостят, то, да, конечно. Ведь это идёт от чистого сердца. Но сказать, что африканские племена уж очень радушны, нельзя. Они скорее были индифферентны. И больше были заинтересованы в том, чтобы им что-то оставили, подарили и преподнесли – в общем, расплатились после съёмок.

– А не было ли страшно во время экспедиций?

– Чувство страха мне знакомо, как и каждому человеку, но только не в поездках. У нас всегда (плюёт три раза. – Ред.) всё отшлифовывается заранее, да и мы стараемся не лезть туда, где пахнет жареным. Что же до страха – я боюсь неожиданных болезней своих родственников и близких. Этого опасаешься всегда.

По теме

– При всей идеальной подготовке возможны ситуации, когда меняются планы?

– Это практически невозможно. Но недавно мы впервые потерпели фиаско в Якутии.

Когда начинался ММКФ, моя съёмочная группа находилась в Якутии. Она должна была вылететь из Якутска километров на 400 на съёмки праздника солнцестояния у эвенов. Но три дня, проведённые там, были потрачены впустую – группа вернулась из экспедиции несолоно хлебавши из-за того, что – так банально! – не было погоды. Хотя были все согласования на самом высоком уровне и даже оказывалась поддержка в виде доставки на место съёмок на вертолёте. Такая история случилась в нашей практике впервые. Но это в России, а в Африке – Бог миловал.

– Как и для чего был создан «Ястреб-фильм»?

– Эта компания была организована для того, чтобы было юридическое лицо, которое занималось бы съёмкой фильмов. Это произошло в 2008 году.

– И каковы результаты вашей деятельности?

– Уф, даже и не знаю, сколько у нас фильмов. Дело в том, что произошло очень сильное ускорение благодаря телепрограмме «Магия приключений». Но если эта программа в прошлом году шла еженедельно, с этого года она пойдёт по циклам. Мы запишем цикл для октября и ноября. На следующий год тоже будем работать циклами, потому что требования к авторской программе таковы, что в ней должны быть в основном мои материалы. Но снимать такое количество фильмов в течение года нереально, за минувший год я был просто израсходован очень сильно. Поэтому я взмолился и попросил канал перейти на другой, более щадящий вариант сотрудничества. И это получилось. За прошлый год мы сняли очень много фильмов. У нас есть несколько серий, из которых самая большая – африканская коллекция. В ней 20 фильмов плюс один большой фильм, который был показан на ММКФ. У нас есть зарождающаяся азиатская коллекция, куда уже вошли два фильма о ментаваях – племени, живущем на острове Сиберут в Индонезии, и фильм, только что снятый в Индии, – о бродячих цыганах кальбелия, замечательных исполнителях цыганских танцев и заклинателях змей. Ещё в коллекцию вошёл фильм о последнем кочевом племени рауте в Непале. А совсем недавно, в мае, мы снимали фильмы в Папуа – Новой Гвинее, в западной части острова, где проживают племена асматов и дани. Есть у нас и чисто географическая коллекция под названием «Точки на карте», в которую вошли два фильма о Турции, два – о Португалии, один – о Джакарте и Монако без яхт и казино.

– А о чём тогда, ведь Монако – это же яхты и казино?

– А вот зайдите на наш сайт и посмотрите. И у нас есть серия, которой мы очень гордимся, – «Малые народы России». Долганы, нганасаны, якуты, чукчи, как береговые, так и оленеводы. Эту серию мы будем активно продвигать, так как занимаемся съёмками народов Сибири с сильным шаманистским влиянием.

– Вы говорите, что цивилизация разрушает традицию, но, бывает, она неплохо вписывается и осваивается племенами.

– И это очень хороший пример. Есть понятия современного и даже городского шаманизма. Просто не все эти действия называют шаманизмом. У нас в стране ограничительно-строгий взгляд на этот мир, затуманенный ещё советским отношением к этому явлению. А в принципе если брать сферу практики и психотерапевтики, то там много вещей, которые созвучны этому явлению.

– Вы как-то признались, что изменили своё отношение к шаманам. Что с вами приключилось?

– Мне вылечили глаз, который пострадал от острого предмета и совершенно не мог функционировать. Он закрывался, слезился и очень сильно болел. На расстоянии 15 тыс. километров меня вылечили. Лекарь был в Якутии, я – в Тоскане. За две ночи мне глаз вылечили. И я смог поехать в Африку. Не знаю, во всех ли ситуациях это помогает, но в моём случае это сработало великолепно.

– В вашей компании работают несколько женщин, в том числе и ваша супруга. Она непосредственно принимает участие в разработке ваших тем и маршрутов?

– Анастасия больше занимается эстетической оценкой того, что мы отсняли и хотим показать. Со мной она ездит, только когда для этого есть необходимые условия, в том числе бытовые, потому что бывают поездки, совершенно не предназначенные для женщин. Наша недавняя экспедиция в Папуа – Новую Гвинею явно была не для женщин. Но, нужно признать, они доминируют в нашей компании и вносят большой вклад в её работу.

– В вашей семье есть дети – трое, если не ошибаюсь: два старших и младший…

– Ошибаетесь. У меня уже четверо детей. Старшие сыновья присутствовали на премьере на ММКФ и остались очень довольны увиденным. Засыпали меня эсэмэсками, и мне это внимание было очень приятно. Писали в своём молодёжном стиле: «Ну, круто», «ну, ты и выступил» и так далее в этом ключе.

– По-моему, один из ваших сыновей промышляет на поприще диджейства и зовут его DJ Ястреб…

– Правильно, это самый старший сын. Его зовут Владимир, он работает в клубе «Лондон». Правда, он совершил неожиданный поступок – по окончании МГИМО сразу отправился в диджеи. Но он доволен своей судьбой. Второй – Станислав – менеджер-финансист и трудится в крупной компании. А двое совсем маленькие, и им больше всего достаётся, потому что они мало видят папу и против этой ситуации уже начинают протестовать. Девочка Анисья постарше, ей четыре с половиной, и она уже мечтает посмотреть, что же это за Африка, где всё время пропадает её папа. А иногда и мама. Так что в нашей семье уже назревает конфликт, и я начинаю думать, когда же Анисье показать Африку. Наверное, это произойдёт на следующий год.

А маленькому Милану (ударение на первый слог), которому лишь два с половиной, гораздо сложнее. Он, конечно, понимает отсутствие папы, но географические понятия для него слишком абстрактны.

Беседовала Лариса
Опубликовано:
Отредактировано: 16.07.2012 15:53
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх