// // Юлия Пересильд: Ассистентка по актёрам меня прямым текстом послала

Юлия Пересильд: Ассистентка по актёрам меня прямым текстом послала

617
Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Когда этот номер подписывался в печать, в Каннах завершался 65-й международный кинофестиваль. В его конкурсной программе – фильм Сергея Лозницы «В тумане». В основе сюжета одноимённая повесть Василя Быкова, действие которой происходит в 1942 году в оккупированной Белоруссии. Одну из героинь фильма играет Юлия Пересильд, одна из самых ярких «сверхновых».

Юля, удаются вам фильмы той поры. И «Край» Алексея Учителя, и «Пять невест» Карена Оганесяна, где вы играете сразу двух, теперь вот «В тумане»...

– Видимо, я хорошо подхожу под то время, – смеётся актриса.

– Юлия, на Первом постоянно показывают телесериал «Дело гастронома № 1», и, более того, этот сериал получил главные призы Detective Fest в номинациях «лучший сериал» и «лучший исполнитель мужской роли».

– К сожалению, так и не удалось увидеть ни одной серии этого фильма. Катастрофически не хватает времени. Но о своей героине могу сказать, что таких, как она, мне играть ещё не приходилось.

– Каких «таких»?

– Я играю в «Деле» преподавателя русского языка и литературы в институте. Моя героиня Мария Скачко – жена одного из кагэбэшников, который и расследует дело Беркута – директора гастронома. Но дело даже не в том, что мне хотелось сыграть педагога. Она представитель настоящей интеллигенции. Как мне с этой интеллигентностью было трудно! Я же больше играю персонажей попроще. А она – другая. Спокойная, благородная и терпеливая. Главной сложностью в этой роли для меня была речь. Как придирчиво следил режиссёр фильма Сергей Ашкенази за всеми моими словами! И на каждом «ну», «эээ» и прочих затыках Сергей Сергеевич останавливал съёмку и требовал от меня перезаписать. Он стремился, чтобы Мария говорила на великолепном русском языке.

– Ваша героиня уходит от мужа в силу определённых обстоятельств. А вам бы на её месте трудно было бы совершить такой же поступок?

– Дело в том, что моя героиня совершает этот поступок, потому что чувствует себя очень одиноко. Она не получает никаких знаков внимания от своего мужа и не понимает, как её супруг к ней относится: любит или нет, действительно ли занят работой? И она принимает ухаживания молодого человека, а после понимает, что совершила большую ошибку. Ну... наверное, поступила бы точно так же.

– Вопрос об оценках вашего творчества можно обойти. Ваши награды и роли говорят сами за себя...

– Наверное, мне везёт. Но и разборчивость у меня тоже присутствует.

– И часто отказываетесь от предлагаемых вам сценариев и пьес?

– Не хочется мне хвастаться, но бывает, что отказываюсь. С течением времени я поняла, что это субъективная тема. Я не заявляю, что не снимаюсь в сериалах, а только в кино или играю только большие роли, а маленькие не играю. Такого у меня нет. Но в каждом конкретном случае я делаю свой выбор. Но иногда ещё полагаюсь на совет Мастера.

– Вы говорите о вашем педагоге в РАТИ Олеге Кудряшове?

— Да. Я продолжаю с ним поддерживать отношения. Более того, Олег Львович приходит на все мои премьеры и даже некоторые репетиции. Особенно если я в чём-то сомневаюсь, всегда прошу, чтобы он посмотрел. Нужно отдать ему должное, и думаю, что он всё-таки исключение среди наших театральных педагогов. Олег Львович продолжает следить за всеми работами своих учеников, причём делает это неравнодушно. Он оценивает, ругает...

По теме

– ...а хвалит?

– По-разному. Если заслужил.

– Вы не москвичка, родились в Пскове. А, как известно, на этой земле рождался штучный товар: например, Модест Петрович Мусоргский или Вениамин Александрович Каверин. А вы чувствуете, что Псков вам многое дал?

– Конечно. Это же моя родина, мой родной город. И должна сказать, что я никогда не смогу стать москвичкой, и это несмотря на то, что я очень люблю нашу столицу. Я псковитянка. Я там выросла, и меня там крестили. Оттуда мои корни, там мои школьные друзья.

– Правда ли, что вы в детстве вели дневники?

– Правда. И продолжаю сейчас.

– Ваши детские записи чем отличаются от теперешних? Хотя бы в общих чертах.

– Как ни странно, но думаю, что ничем. Сказать, что тогда было более наивно, а сейчас более серьёзно, нельзя.

– А вы описали в своём дневнике вашу детскую поездку на конкурс «Утренняя звезда»?

– Конечно. Хотя сейчас я, конечно, написала бы что-нибудь другое. Теперь-то понимаю, откуда растут ноги. Когда мне предложили в 11 лет приехать в «Останкино» на съёмку, мне показалось, что я еду даже не в Диснейленд, а на Олимп. А как мы собирались? Это отдельная история! У нас с мамой не было денег на билеты на поезд. В наше время в Москве никому не объяснишь, что главной моей проблемой в то время оказалось банальное отсутствие денег на билет! Именно поэтому я и не приехала второй раз, несмотря на то что прошла отборочный тур.

– Вы верите в своё будущее или, как боец, боретесь за своё место под солнцем?

— Я однозначно не боец. В некоторых ситуациях я просто боюсь. Бороться за роль, да так, чтобы искры летели... Нет, я так не люблю. Именно не люблю. Мне так неинтересно. У меня нет желания быть первой во что бы то ни стало. Более того, как только начинаю хотеть чего-то, всё получается наоборот. Единственный раз в жизни я отнесла свои фотографии на «Мосфильм». Но после третьего кабинета, где ассистентка по актёрам нас с подругой прямым текстом послала, я зареклась так унижаться впредь.

– Знаю, что вы поёте. В Пскове у вас был свой ансамбль, и он был нарасхват как в ресторанах, так и в детских домах. А сейчас?

– Пою. Постоянно принимаю участие в передаче «Романтика романса», которая выходит на телеканале «Культура».

– Как-то видела программу, которую вы посвятили своему педагогу Олегу Кудряшову.

– Да, была такая передача, называлась она «Посвящение Мастеру». И песни там были самые разношёрстные. Но их объединяло то, что это актёрское пение. Поэтому это был немного хулиганский проект, которого нам не хватает в жизни. А наш Мастер четыре года нас этому обучал, у нас было около десяти педагогов по разному виду вокала. Вокал, ансамблевое пение, мюзикл, народное... У нас было много музыкальных спектаклей во время учёбы и, на минуточку, у нас была «Кармина Бурана».

– Карла Орфа очень трудно петь...

– …а мы не только пели, но и танцевали!

– А в мюзиклы вас не приглашали?

– Впервые в этом году пригласили в «Звуки музыки», но я по времени не смогла. Но в чистом виде мюзикл, мне кажется, это не наша культура.

– Вас Евгений Миронов назвал восходящей звездой.

– Честно говоря, я об этом не знала. Мы с ним сейчас опять вместе работаем. И я опять под огромным впечатлением. Он – чудо! У него актёрский организм. За ним не успеваешь, а когда хоть немного приближаешься, то начинаешь расти. И это удивительное ощущение заставляет вытаскивать из себя что-то новое. Ну или по крайней мере пытаться. Для меня очень важно, чтобы работы с ним на одной площадке продолжались.

– Чем вы сейчас заняты?

— Я играю в Театре наций очень маленькую роль в постановке «Фрёкен Жюли» Томаса Остермайера. Там два партнёра – Женя Миронов и Чулпан Хаматова. Для меня это два потрясающих человека. Их можно назвать гениальными или трудоголиками... как угодно можно называть. С ними я уже третью работу делаю (кроме этого спектакля были «Рассказы Шукшина» и Figaro), но каждый раз, репетируя, понимаю, что до них не дотянуться.

– Что вы себе можете пожелать?

–Терпения. Его не может быть много. А кроме него, сил. И желаний.

Лариса Алексеенко
Опубликовано:
Отредактировано: 28.05.2012 05:52
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх