// // Евгений Ройзман: Когда я выхожу на улицу, здороваются все

Евгений Ройзман: Когда я выхожу на улицу, здороваются все

358
Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

В последнее время Евгения Ройзмана принято упоминать исключительно в связи со скандалом, который устроили власти из-за его фонда «Город без наркотиков». Ежедневно из Екатеринбурга приходят фронтовые сводки: здание штурмовали, пациентов допрашивали, третье уголовное дело возбудили. «Наша Версия» буквально на прошлой неделе добросовестно описала происходящее, но сегодня мы представляем совершенно другого Ройзмана – историка, коллекционера, создателя целого музея.

–Как, по-вашему, не появится ли в России чёрный рынок, на котором можно будет купить все эти лекарства без рецепта?

– Послушайте, никаких чёрных рынков не откроется. Это сейчас (наконец-то!) сработала система. Всё, что будет помимо, это будет. Кто-то продолжит, как и раньше, продавать, кто-то станет подделывать рецепты, кто-то, по-людоедски, будет продавать нарколыгам в аптеках, рискуя всем ради своих трёх копеек. Ну, это частности, которые не сыграют никакой роли в целом по стране. Это первое. Второе. Когда вам кто-то скажет: вот, бедные люди остались без кодеиносодержащих, и у них болит голова, не слушайте никого. На сегодняшний день существует огромное количество аналогов, более дешёвых, но более сильных, и все, кто об этом ноет, – это те, кто производил лекарства с кодеином. А если на кого-то действуют только кодеиносодержащие, значит, это особый случай, по которому всегда выпишут рецепт. Прежде чем начать, мы увидели, что происходит, собирали фармацевтов, советовались, мониторили. Представьте себе, за последние два года в сотни раз увеличилось производство кодеиновых лекарств. Ими уже накормили всю страну. Но все же понимают, что чаще препараты, содержащие кодеин, используются для изготовления наркотика – так называемого крокодила. На него подсаживают с 16 лет. И, подсев, люди больше года не живут – это невозможно. Они сначала превращаются в животных, а потом умирают. Эта мера – обязательная, только её надо было принимать лет 10 назад.

Первым об этом заговорил отец Анатолий Берестов – сподвижник. Он сам врач по образованию. С этим столкнулся в 2000 году реабилитационный центр на Крутицком подворье, и он забил тревогу, но его не услышали. К сожалению, я его тогда не смог поддержать, потому что с этой проблемой вообще не был знаком. А сейчас то, что происходит, – что-то страшное. Вся провинция, все депрессивные регионы применяют преступно дешёвый наркотик. Думаю, что сотни тысяч погибших за год, в основном до

30 лет. С «крокодилом» дольше не живут.

– Присоединюсь ко всем, кто поздравил вас с победой. На выставке икон вы Саше Липницкому подарили книгу. Она только что написана или вновь издана?

– Я ему отдал книжечку своих рассказов. Она была издана в августе прошлого года достаточно большим тиражом. И я достаточно к этому спокойно относился. Но вдруг начали снимать всякие мерзкие фильмы и показывать их по НТВ, и сразу после показа этих фильмов мало того, что со мной люди стали здороваться за руку в Москве и в Питере, но был скуплен весь тираж этой книги. В книжном магазине «Москва» все книги разобрали, и пришлось делать ещё один тираж.

– А стихи сейчас пишете или не до того?

– Нет, стихи сейчас не пишу. Последние написал в 2002 году. Они требуют другого состояния души. Я и книгу стихов издал случайно, после того как Дима Быков на радиостанции «Эхо Москвы» сказал, что, к сожалению, Ройзмана мало кто знает как поэта. Я услышал это о себе от Димы Быкова и понял, что нужно делать книгу. И сделал.

По теме

– В 14 лет вы ушли из дома. Куда?

– Болтался по всей стране.

– А на что жили? Как передвигались – автостопом?

– Всяко было. Бывало, и воровал. Меня ж в 17 лет посадили. Всего я насмотрелся и напробовался.

– Как вы вернулись в дом после своих путешествий?

– Как? Освободился да и вернулся. Уверен, что каждому русскому интеллигенту не мешало бы немножко посидеть в тюрьме, чтобы жизнь понимать по-настоящему. Мне довелось, повезло в жизни. И Достоевскому повезло.

– А за что вас любят?

– Я и не знаю. За то, что такой как есть. Ничего из себя не придумываю. За то, что хожу по улицам без охраны. За то, что никого не боюсь. Позволяю себе говорить то, что думаю, делаю то, что считаю нужным, и никто меня остановить не может. Может быть, поэтому?

– Вы открыли частный музей невьянской иконы. Как пришли к решению это сделать?

– Начнём с того, что по образованию я историк, значит, исследователь. До какого-то момента я занимался Древним миром. Потом, поскольку я родом отсюда, а моя мать и все предки пришли с Севера, начал обращать большее внимание на уральское крестьянство и старообрядцев, в том числе и на их искусство. И постепенно обнаружил, что иконы, которые бытуют в районе Невьянска, особенные, другого уровня. Мне стало интересно разобраться в этом вопросе, и поэтому я начал читать об этой иконе всё, что возможно. Когда мне чего-то не хватало, я разговаривал в университете со всеми, кто имел хоть какое-то отношение к этому. Мне, слава богу, повезло с научными руководителями. Потом я обнаружил, что не существует визуального ряда, и сделал первый альбом по невьянской иконе на свои деньги.

Над альбомом работал очень мощный коллектив авторов, которому я не дал поругаться между собой и, потратив 140 тыс. долларов, издал альбом, где впервые в научный оборот было введено понятие «невьянская икона» с большим визуальным рядом и огромным справочным аппаратом, потому что писали серьёзные учёные. Кстати, я и свои иконы туда отдал. Альбом разошёлся по всем крупнейшим библиотекам мира. Про меня, правда, тут же забыли, но так бывает, и я к этому отношусь спокойно. А когда альбом был издан, я понял, что нужно идти дальше. И сделал первый в России частный музей – «Невьянская икона», которому уже 13 лет, который ведёт огромную научную деятельность, обладает большими фондами и вход в него до сих пор бесплатный.

– Вы за это получили серебряную медаль Российской академии художеств?

– Я не хотел её брать, а потом вдруг узнал, что такую же медаль дали в своё время Левитану и Айвазовскому. Мне стало приятно, что и мой труд так оценили, и я согласился.

– От каких ещё наград вы отказывались в своей жизни?

– Не поверите, но у меня нет никаких наград, даже ни одной почётной грамоты, и ни разу на официальном уровне меня никто и никогда не благодарил за всё то, что я делаю. У меня нет и никаких премий. Но когда я выхожу на улицу, здороваются все, благодарят, и мне этого достаточно. А с властью мы существуем на разных планетах.

– У вас же ещё есть и своя ювелирная линия?

– Да, а кроме того, у меня есть много реставраторских проектов. В частности, я занимаюсь домом кузнеца Сергея Ивановича Кириллова в деревне Кунары и содержу его в порядке на протяжении последних 10 лет после смерти Сергея Ивановича. И в этом году планирую начать масштабную реставрацию. Или Никольский храм. Мы тоже занимаемся его реставрацией, причём масштабно и серьёзно. В Екатеринбурге даже открыто реставрационное отделение – от Москвы и до Владивостока единственное отделение, где готовят реставраторов такого серьёзного уровня. У нас раз в пять лет проводят набор учащихся, и занимается этим ученик Юрия Григорьевича Боброва, окончивший академию, – Максим Родковский. А ювелирка – это то, что даёт мне в течение этого времени жить, и все деньги вкладываются в фонд и в музей.

– Вы планировали открыть музей картин художников Екатеринбурга и Свердловской области.

– У меня достаточно сложная ситуация. Я действительно собрал очень большую коллекцию уральских художников (более 3 тыс. полотен. – Ред.). Но у меня нет помещения. Когда же оно появилось, я сделал выбор в пользу невьянской иконы. Так что пока музея уральских художников нет. А вообще в жизни всегда что-то происходит, и я постоянно что-то делаю. Сейчас вот книгу пишу, потому что суббота и воскресенье – два дня, когда я могу спокойно поработать дома.

– О чём книга?

– Об истории открытия невьянской иконы. Я издал несколько серьёзных альбомов, по книгоиздательству делал много, даже и не перечислить.

– В каких-нибудь случаях обращались за помощью?

– Я особо не обращаюсь. Но все нормальные люди всегда видят, кто что делает, что происходит, и когда надо, все приходят. Так всегда было среди порядочных людей.

Беседовала Лариса
Опубликовано:
Отредактировано: 09.07.2012 16:31
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх