// // Чем больше денег на оборону, тем меньше её эффективность

Чем больше денег на оборону, тем меньше её эффективность

139

Армейские беспорядки

Чем больше денег на оборону, тем меньше её эффективность
В разделе

Вот уже несколько лет подряд различные должностные лица рапортуют об улучшении армейского благосостояния. Рост расходов на оборонный заказ в этом году составит 40%, должно увеличиться и количество служащих по контракту. Тем не менее от любой критики в адрес армии генералитет отмахивается: не всё сразу, небось не телегу чиним.

Сюжет: Армия

Однако в жизни всё обстоит как раз наоборот. Воровство в Вооружённых силах, похоже, стало основным препятствием в их реформировании. В противном случае ресурсов, выделяемых государством, могло бы хватить на содержание не только Вооружённых сил Росии, но и большинства стран СНГ в придачу. И этот год вряд ли станет в этой печальной статистике исключением.

Российскому обществу уже известны самые яркие примеры воровства в Вооружённых силах. Например, скандальная сделка по продаже тяжёлых крейсеров «Минск» и «Новороссийск» Южной Корее в 1995 году за $4,5 млн. и $4,8 млн. соответственно. Хотя, как утверждают специалисты, реальная стоимость этих кораблей составляла не менее $1 млрд. каждый.

По данным Главной военной прокуратуры, к уголовной ответственности привлечено за последние годы свыше 500 должностных лиц, принято судебных решений о возмещении причинённого материального ущерба на сумму около 3,5 млрд. рублей. Причём каждый военный преступник торговал, естественно, тем, чем распоряжался. Так, бывший заместитель командующего войсками Московского округа ВВС и ПВО по строительству и расквартированию войск генерал-лейтенант Гусев передал на сторону, и надо полагать небезвозмездно, 2,5 тыс. кв. м жилья в Москве и Подмосковье. Сотрудник военкомата Республики Алтай подполковник Захаров в течение пяти лет снабжал бланками военных билетов преступные группировки ряда стран СНГ. Бывший начальник продовольственной службы Северо-Кавказского военного округа полковник Серкин закупал запрещённую к поставкам в войска рыбу. По последнему уголовному делу допрашивались многие должностные лица, в том числе и генерал Трошев, возглавлявший округ в тот период.

Потерянного топлива хватило бы на кругосветку

Баловались подобным образом с продовольствием и начальники продовольственной службы в Дальневосточном военном округе. Отмечены подобные дела в Сибирском и других военных округах. В прошлом году только ГСМ было потеряно на сумму почти 70 млн. рублей — топлива хватило бы, чтобы несколько раз обогнуть земной шар на самолёте. А ВВС жалуются, что нет авиационного керосина для полётов.

Счётная палата с 2000 года выявила нецелевое использование 14 млрд. рублей, или почти 3,2% средств, выделенных на нужды Минобороны. При этом осторожный Сергей Степашин подчеркнул, что речь идёт не о воровстве, а о нецелевом использовании. Однако легко предположить, что от такого использования до воровства — один шаг. Так что особо успокаиваться даже после уточнения председателя Счётной палаты не стоит.

Многое из того, что было обнародовано Счётной палатой, было известно давно. Заявление бывшего начальника Генштаба генерала Анатолия Квашнина прозвучало не вчера: «Российскую армию захлестнули воровство и хищения, среди офицерского состава процветают вседозволенность и всепрощенчество». Но за время, прошедшее после этого заявления, мало что изменилось.

Кстати, воюющий Северо-Кавказский военный округ вообще идёт семимильными шагами в деле криминализации. По данным военного прокурора округа, в 2003 году преступность там выросла на 32,1%. Каждое восьмое преступление связано с нарушениями уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, в результате которых пострадал 1341 человек. 13 человек погибли. Причём это только то, что прокурорам удалось обнаружить.

По теме

Командиры тщательно скрывают преступления. Многим из них, судя по всему, вообще неведомо российское законодательство. Так, в 2003 году было выявлено более 14 тыс. нарушений закона, в том числе 2 тыс. принятых незаконных нормативно-правовых актов. Представьте себе: фактически каждый день в округе творится беззаконие.

Не лучше картина и в целом по стране. Военными прокурорами выявлено около 82 тыс. нарушений законодательства в период с 2000 по 2005 год. Заместитель главного военного прокурора генерал-лейтенант юстиции Александр Иванов печально констатирует, что «военные прокуроры и следователи в ходе надзорных мероприятий и при расследовании уголовных дел в армии всё чаще констатируют отсутствие должных правовых знаний у командного состава разного уровня, неумение адекватно реагировать на неизбежно возникающие в воинских коллективах конфликты».

Зато неумение работать с людьми с лихвой компенсируется умением разрешать спорные вопросы рукоприкладством. Только в прошлом году почти 200 офицеров были осуждены за применение силы. Вопрос, чему же курсантов — будущих офицеров — обучают в военных училищах, институтах, университетах и академиях, по всей видимости, вообще является риторическим.

С кадрами в армии вообще сущая беда. За период с 2002 по 2003 год из Вооружённых сил досрочно уволены почти 45 тыс. офицеров. Ясно, что увольняются не самые плохие, а те, кто нашёл на гражданке лучшее применение своим способностям. Из оттока офицеров из армии тоже надо делать выводы. Но делают ли их те, кому это положено?

Вмешательство прокуратуры потребовалось для ликвидации нарушений прав более чем 216 тыс. военнослужащих. Если вдуматься в эти цифры, то оторопь берёт: это почти четверть состава Российской армии!

В соответствии с законом «Об обороне» имущество Вооружённых сил России является федеральной собственностью и находится у них на правах оперативного управления. Но на протяжении многих десятилетий сначала Советский Союз, а потом и Россия в интересах обеспечения национальной обороны расходовали огромные государственные средства на создание многочисленных видов вооружений, развитие сети военной и социальной инфраструктуры Вооружённых сил. Для их функционирования из экономического оборота страны были изъяты значительные земельные ресурсы, другое движимое и недвижимое имущество. Помимо этого с каждым годом увеличиваются площади арендуемых Вооружёнными силами России земельных участков и военных объектов за рубежом.

И всё это происходит на фоне заявленной военной реформы и сокращения общей численности Вооружённых сил. На практике же значительный экономический эффект военной реформы, похоже, сказывается только на материальном положении отдельных должностных лиц.

Как показывает практика, в России в результате любого сокращения госаппарата почему-то происходит его рост. Практически такой же эффект произошёл и в нашей армии, только коснулся он земельных угодий. Так, в ходе объединения Уральского военного округа с Приволжским и Сибирского с Забайкальским были расформированы соединения и воинские части, в результате которых численность Вооружённых сил Российской Федерации сократилась на 16,2% с 1998 года по 2003 год. Несмотря на это, количество выделенных в интересах национальной обороны земельных участков как в Российской Федерации, так и за её пределами значительно выросло. Хотя ещё до 1997 года общая площадь 11 тыс. закреплённых за Минобороны России участков составляла более 16 млн. га, то есть около 15 га на одного военнослужащего.

Подсчитать, сколько имущества у военных, невозможно

А затем земельные угодья Минообороны выросли ещё на 200 тыс. га. При этом подавляющая их часть фактически находится в распоряжении Российских вооружённых сил без должного оформления. В соответствии со статьёй 26 Земельного кодекса Российской Федерации и законом «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» право бессрочного пользования земельными участками Вооружёнными силами удостоверяется свидетельствами о государственной регистрации прав, выдаваемых регистрационными палатами. У большинства землепользователей Минобороны России необходимые документы, такие как межевое дело, кадастровый план с присвоением кадастрового номера, свидетельство об отнесении земельного участка к федеральной собственности и внесение его в реестр федерального имущества, до настоящего времени отсутствуют. По этой причине закреплённые за Минобороны России земельные участки не могут быть зарегистрированы. То есть, по сути, получается, что с точки зрения закона они ничьи и используются незаконно.

По теме

В условиях отсутствия оформленных документов на землю и закрепления их в федеральной собственности зачастую возникают претензии на занимаемые Вооружёнными силами земельные участки со стороны субъектов Российской Федерации и муниципальных образований. Например, даже в Москве отсутствовали документы на землепользование у 2-й Центральной поликлиники Минобороны России, что в любой момент могло привести к изъятию занимаемой ею территории в пользу кого угодно на вполне законном основании. Ряд земель на сомнительных основаниях были переоформлены из федеральной собственности на некие общественные организации, которые могли извлекать из этого выгоду, но уже не в интересах государства, а своих собственных. Ясности в порядке учёта земельных участков Минобороны и включения их в реестр федерального имущества нет.

Несмотря на сокращения в армии, площадь казарменно-жилищного фонда Минобороны почти не сократилась.

Одной из важнейших составляющих учёта федерального имущества является ведение реестра недвижимого военного имущества. В оперативном управлении квартирно-эксплуатационных органов Минобороны России закреплено за так называемым казарменно-жилищным фондом около 200 тыс. зданий общей площадью более 143 млн. кв. м и остаточной балансовой стоимостью 357 млрд. рублей. Он включает в себя 6775 казарм, 30 737 жилых домов, 2068 общежитий, 5812 зданий штабов и управлений, 1801 здание домов офицеров, 20 музеев, 2613 зданий медицинских учреждений, 2239 зданий военных учебных заведений, 4082 столовые, 60 720 складов и производственных зданий, а также 83 013 прочих строений.

Но вот что интересно. При постоянном численном сокращении Вооружённых сил общая площадь казарменно-жилищного фонда Минобороны России в результате военной реформы сократилась почему-то только на 0,1%.

Даже находящееся в распоряжении Минобороны имущество в подавляющем большинстве вообще не имеет никакого правового статуса.

Дело в том, что учёт прав на имущество предполагает, что этим правом обладают юридические лица. Вместе с тем в системе Минобороны сложилась противоречивая ситуация. В ней наряду с юридическими лицами в реестр включена значительная часть пользователей собственности, не имеющих статуса юридического лица. Это комендатуры, отдельные воинские части и другие военные организации. При этом даже в Минобороны нет полного перечня пользователей собственности и её полного реестра. Кроме того, Минобороны России как федеральный орган исполнительной власти и единственное юридическое лицо в многоуровневой системе органов военного управления многие годы не было включено в реестр федерального имущества, находясь фактически вне закона.

Из-за такого правового нигилизма отдельные квартирно-эксплуатационные части МО действуют на основании положений или уставов, утверждённых вышестоящим управлением. При этом никакие полномочия по управлению закреплённым за ними недвижимым имуществом в данных документах не были прописаны. А начальники указанных частей Минобороны России действовали на основании не заверенных нотариально доверенностей, выданных им к тому же с истёкшими сроками действия.

Подобная система выдачи доверенностей значительно усложняет контроль со стороны фискальных органов за использованием военного имущества и соответственно за поступлением доходов в федеральный бюджет. Существующая система нечётко обозначенных полномочий создавала в Минобороны реальные условия для бесконтрольного управления федеральным имуществом и предпосылки для возможных хищений федеральной собственности.

Справедливости ради стоит отметить, что Минобороны всё-таки пытается хоть как-то упорядочить управление имуществом. Так, в результате проделанной комитетом по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга и Ленинградской области работы был сформирован реестр, содержащий базу данных по 82 организациям Минобороны России. Всего на территории Санкт-Петербурга и Ленобласти размещается 339 военных городков Минобороны России, в которых сосредоточено, по экспертной оценке, 12 тыс. объектов недвижимости. Однако в реестр за четыре года было внесено только 8906 объектов, или 74,2% их числа. Наихудшее положение сложилось в учёте отдельно стоящих зданий. Из заявленных 7406 зданий в него было внесено всего 3776, или 50,8%.

По теме

Таким образом, имеющийся реестр федерального имущества по форме ведения не отражает и не может отражать всю информацию о том, сколько на самом деле у армии этого имущества. Из-за этого никто не может определить степень соответствия данных реестра федерального имущества его фактическому наличию в управлении различных ведомств Минобороны. Получается, сегодня ни один орган исполнительной власти Российской Федерации не обладает исчерпывающей информацией об имеющемся у Минобороны в наличии федеральном недвижимом имуществе.

Многие объясняют такое безобразие просто: невключение объектов военного недвижимого имущества в реестр является препятствием для его продажи. Даже в тех случаях, когда принимаются решения о высвобождении военного имущества, не учтённого в реестре, территориальные управления не могут их реализовать до постановки их на реестровый учёт. Особенно это характерно для объектов незавершённого строительства.

Военное имущество продаётся по бросовым ценам

Государственная регистрация прав на недвижимое имущество по состоянию на 2004 год была произведена лишь по 38 объектам Минобороны России (0,02% их общего количества). А недвижимость на закрытых объектах Минобороны России фактически остаётся вне контроля со стороны собственника, то есть Российской Федерации. Да и само правительство в лице уполномоченного органа по надзору за имуществом фактически самоустранилось в проведении инвентаризации недвижимого военного имущества, закреплённого за армией. Это и создаёт условия для бесконтрольного распоряжения им.

Даже те объекты, которые было решено в разные годы распродать, оставались висеть мёртвым грузом на бюджете Минобороны. Так, ещё в 2001 году у Минобороны России было 1782 объекта недвижимого военного имущества, надобность в которых для Вооружённых сил Российской Федерации полностью отпала. Однако решения по высвобождению и дальнейшему использованию этих объектов в надлежащей форме так и не были оформлены. За 2001-2002 годы отпала необходимость в использовании ещё 12 025 объектов с остаточной стоимостью более 9 млрд. рублей, или 2,7% общей балансовой стоимости казарменно-жилищного фонда.

При этом количество объектов, по которым не были приняты решения об их дальнейшем использовании, к 2004 году возросло на 85,3%. Минобороны России вынуждено нести значительные расходы на его содержание, охрану и поддержание в исправном техническом состоянии. Фактически это те самые средства, которые могли бы поступить в пользу Минобороны, а также использоваться более эффективным способом, будь наше оборонное ведомство порасторопнее.

P.S. И всё это, к сожалению, не единичные случаи. В 90-х годах таких случаев набиралось с десяток за год. Причём распродавалось всё подряд — от эсминцев до сапёрных лопаток. Возможно, в наши дни всё, что могло быть продано, давно ушло за рубеж. Но армейские дельцы продолжают пытаться выжать из Российских вооружённых сил оставшееся.

А тем временем федеральный бюджет на очередной год, как всегда, увеличит финансирование армии. Только вот насколько эффективно это скажется на обороноспособности нашей страны и обеспечении безопасности её граждан? Похоже, армия может по-прежнему не напрягаться относительно эффективности выделяемых на её содержание средств. Но тогда не стоит удивляться и тому, что год от года уменьшается количество граждан, готовых защищать нашу страну с оружием в руках, а нам всё меньше приходится гордиться Вооружёнными силами, некогда служившими примером хотя бы по части патриотизма.

Фото Бориса Кремера

Опубликовано:
Отредактировано: 12.11.2016 13:17
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Наверх