// // Специалисты сомневаются в безвредности новых антигололёдных реагентов

Специалисты сомневаются в безвредности новых антигололёдных реагентов

15

Не соли хлебавши

Фото: Борис Кремер
Фото: Борис Кремер
В разделе

Нынешняя зима явно не спешит вступать в свои права. Однако рано или поздно она наступит, а с ней и непременный атрибут московской зимы — антигололёдные реагенты. Горожане жалуются на испорченную обувь, гнилые кузова автомобилей, повреждённые лапы собак. Чиновники заверяют, что реагенты безопасны. Мол, в столице идут испытания ультрабезопасных реагентов, таких как жидкий ЭСБГ на основе композиции солей кальция и магния и твёрдый «Биодор», который после применения разлагается без вреда для окружающей среды. «Наша версия» решила разобраться, какая же из сторон кривит душой?

«Погода сошла с ума» — эта расхожая фраза для Москвы весьма актуальна. Сегодня — дождь и плюсовая температура даже ночью, завтра — полный минус. И лёд, в который превратилась вчерашняя вода на асфальте.

Как известно, до недавнего времени самым популярным растопителем льда в России была соль. О её вреде написано столько, что позавидует самая богатая библиотека. Попытаемся быть краткими. Да, соль эффективна в борьбе с наледью. Но она же вредна для окружающей среды и транспорта, не говоря уже о нашей обуви. От неё гниют днища и крылья автомобилей и троллейбусов, принимающие на себя основной удар соли, растворённой в жидкой грязи проезжей части дорог. Соль атакует многочисленные шланги и трубки, например тормозной и топливной систем. Страдает и электрика. А это уже куда более серьёзная проблема. Причём, заметим, сказанное актуально не только для личного транспорта, но и для общественного.

Cоль используется коммунальщиками до сих пор

Далее, Москва — город более или менее зелёный, и на обочинах дорог нередко растут деревья. От соли они болеют, а газоны выгорают. «Зелёные» часто вспоминают 1999 год, когда погибли даже те берёзки с тополями, которые находились на расстоянии 25—30 метров от проезжей части. Говорить после этого о вреде для обуви уже как-то неприлично. А вот о здоровье горожан упомянуть стоит. Соль способствует появлению конъюктивита и лёгочных заболеваний.

Московское правительство ещё в начале 2000-х неоднократно заявляло, что количество применяемой соли следует нещадно сокращать, а образовавшийся вакуум заполнять другими средствами от гололёда. Так-то оно так, но соль, хотя и в меньших дозах, применяется коммунальщиками до сих пор (официально ли, нет — это уже второй вопрос). Что ж, используется она, к примеру, и в Канаде. Правда, там более стабильный климат, да и дороги устроены таким образом, что соль не может попадать с проезжей части на тротуары и зелёные насаждения. Что до Москвы, то другого выхода, кроме как разработка более экологичного метода уборки улиц, переулков и проспектов, не было. Чиновники и учёные пришли к выводу, что наиболее «вменяемыми» средствами являются АГС (антигололёдная смесь) и хлористый кальций модифицированный, а также твёрдые реагенты: хлористый кальций, комплекс солей хлористого кальция и хлористого натрия и СБГ «Сорт 1» и «Сорт 2» (средства борьбы с гололёдом).

Их эффективность рассчитывали по трём показателям — экологическому, технологическому и экономическому. С первым и третьим, как представляется, всё вроде бы ясно. Что же касается второго, то речь идёт об эффективности применения. Дело в том, что очень хороший с экологической и технологической точки зрения реагент может стоит баснословно дорого. Возможен и другой вариант: вещество экологически безвредно, экономически супервыгодно, но со своей задачей — борьбой со льдом — категорически не справляется. Использование того или иного реагента идёт с учётом особенностей почвы, для чего проводятся её регулярные исследования. А с некоторых пор, по заверениям специалистов, начали использовать материалы не просто экономически, экологически и технологически приемлемые, а ещё такие, которые могут вытягивать из почвы «старую» техническую соль. Дальнейший процесс внедрения стандартен: одобрение экологов, испытания на отдельно взятом участке земли и лишь потом широкое применение.

По теме

Обычно обрабатывается только проезжая часть

Вот такая теория. А на практике? Как строится работа тех, кого мы частенько ругаем, прикладываясь головой о лёд, образовавшийся возле нашего дома или офиса? На данный момент за участки, где возникают ситуации из разряда «упал — очнулся — гипс», несёт ответственность созданный 31 октября 2006 года городской оперативный штаб, находящийся под крылом Департамента жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства города Москвы. Возглавляет его руководитель департамента Артур Кескинов, один из членов штаба — начальник управления ГИБДД ГУВД г. Москвы Сергей Казанцев.

Кроме того, существует оперативная группа, каждые два часа принимающая сводки погоды, в зависимости от которых разрабатывается регламент уборки. Грядёт понижение температуры, но без осадков? Тогда дороги не трогают. А если дождь, снег, метель, буран — за два часа до начала предполагаемого бедствия начинается обработка всего города. Бывает так, что осадки выпадают, скажем, только на западе Москвы. В этом случае идёт работа «на местах». С помощью противогололёдных реагентов обрабатывается только проезжая часть. На остановках общественного транспорта, во дворах, на тротуарах при уборке применяется дедовский способ — лом и лопата — и используется гранитная крошка. В случае же экстремальных ситуаций, например сильного снегопада в дневное время, на дороги согласно регламенту должны выехать подметальные машины. Собранная снежная каша грузится в машины и направляется на снегосплавные пункты. Все они подведены к системе канализации, где вода — опять же теоретически — проходит специальную обработку, после чего идёт в реки.

Полностью безопасных реагентов нет

Прямо-таки идеальная картинка. Всё чётко и слаженно. Остаётся лишь с укоризной кивать в сторону автомобилистов, вовремя не сменивших летнюю резину на зимнюю. Только не обходится и без парадоксов. Накануне заморозков на улицах Москвы можно увидеть десятки поливальных грузовиков. Думаете, это пресловутые реагенты или специальный шампунь для «правительственных трасс»? Нет. По признанию самих водителей, это обыкновенная вода.

Так что же реагенты? Вредны или безопасны? «Наша версия» опросила несколько специалистов. Вот их точка зрения.

Дмитрий ХОМЯКОВ,

доктор технических наук,

профессор, заведующий кафедрой агроинформатики факультета

почвоведения МГУ

им. М.В. Ломоносова:

— Все применяемые сейчас реагенты относятся к веществам третьего-четвёртого класса опасности. Что это такое? Представьте: третий класс опасности соответствует, например, техническому спирту — продукту, обращение которого не регулируется законодательством. Он может свободно обращаться, но нужно соблюдать технику безопасности при транспортировке, погрузке, хранении на складах. Все реагенты проходят очень тщательную процедуру испытания, и на них оформляется документация, предусмотренная городским и федеральным законодательством.

После оценки технологических характеристик и прогнозной оценки воздействия на окружающую среду проводятся испытания на отдельно выделенных объектах дорожного хозяйства. И третий этап: все материалы — паспорт безопасности, сертификат соответствия, материалы по оценке воздействия, материалы испытания в составе проекта временной инструкции — проходят государственную экологическую экспертизу на федеральном уровне. Только после этого реагент может применяться в городе.

Саймон ГОЛДМАН,

главный врач Международной

ветеринарной клиники:

— Улица для любого домашнего питомца всегда сопряжена с массой самых различных рисков. Зимой собакам, так же как и их владельцам, приходится нелегко, и к этому самое прямое отношение имеют дороги и передвигающийся по ним транспорт. Распространены случаи отравления «незамерзайкой», в которой содержится немало опасных веществ и которая в достаточном количестве остаётся не только на лобовом стекле автомобиля, но и на дороге и тротуаре. Собаки часто вылизывают остатки этого средства, после чего получают химический ожог.

А как вы думаете, почему некоторые представители лучших друзей человека ходят в самых натуральных ботинках? Специальных, собачьих, разумеется. Потому что всегда есть риск повредить лапы из-за веществ, которыми очищают ото льда асфальтовые покрытия. Язвы на конечностях можно получить без особого труда. Кроме того, эти же вещества остаются в лужах, на снегу. Стоит лизнуть или хорошенько обнюхать поражённые участки — и появляется опасность внутреннего ожога, результатом которого становятся рвота, понос с кровью. Конечно, всё это лечится, но назвать подобные заболевания собачьим насморком язык не повернётся. Это отнюдь не чепуха и не вылечивается за один-два дня. Немного утешает тот факт, что о случаях смерти животных, получивших такое отравление, мне ничего не известно.

Марина ОРЛОВА,

пресс-секретарь Департамента

жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства г. Москвы:

— Когда говорят: коммунальные службы уверяют, что реагенты безопасны — это неверно. Не мы уверяем, мы не можем этого делать. Мы не химики и не экологи. Мы можем говорить только о двух составляющих: технологической (насколько эффективно работают реагенты) и экономической.

Давид ЗАРИДЗЕ,

членкор РАМН,

доктор медицинских наук,

профессор, замдиректора ГУ РОНЦ им. Н.Н. Блохина РАМН,

директор НИИ канцерогенеза:

— Нас волнует, что от реагентов горят автомобильные покрышки, они разъедают обувь. Это то, что мы видим своими глазами. Но проблема долговременного воздействия реагентов на человека вообще не изучалась. Судя по всему, раковых заболеваний они не вызывают. Но такую возможность тоже полностью нельзя исключать — последствия могут проявиться позже, через несколько лет.

Опубликовано:
Отредактировано: 24.11.2016 22:05
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх