// // Парламентарии хотят попробовать вести собственные расследования

Парламентарии хотят попробовать вести собственные расследования

550

Следственный эксперимент

Фото: Коммерсантъ
Фото: Коммерсантъ
В разделе

С подачи президента России, предложившего парламентариям «наполнить процедуру парламентских расследований реальным содержанием», депутаты решили пересмотреть соответствующий закон. Приняли его ещё восемь лет назад, но с тех пор применяли только дважды – слишком сложен был механизм запуска процедуры расследования. Ожидается, что доработанный закон позволит народным избранникам самостоятельно расследовать преступления против общественной безопасности и государственной власти – ведь считается, что правоохранительные органы традиционно их сторонятся. Между тем последствия проведения подобных расследований могут быть самыми непредсказуемыми, и это подтверждает исторический опыт. Говорят, что парламентские расследования нужны лишь для того, чтобы выводить на чистую воду коррумпированных депутатов и сенаторов, обладающих правом неприкосновенности, но в том-то и дело, что обернуться доработанный закон может отнюдь не только против законодателей.

Теоретически изменения в закон вносят для того, чтобы иметь возможность без лишней помпы лишать депутатского иммунитета представителей верхней и нижней палат парламента. Так, во всяком случае, подают происходящее сами законодатели. От правоохранителей бывает сложно добиться внятных ответов касаемо незаконной деятельности того или иного депутата, поясняют сторонники проведения расследований, а тем паче каких-то решительных действий. Полицейские неоднократно могли убедиться в том, что связываться с народными избранниками выходит себе дороже. Все знают о незаконной либо сомнительной деятельности депутата имярек, но предпринять в его отношении ничего не могут до тех пор, пока не поступит жёсткая санкция с самого верха. А на самом верху, давая такую санкцию, чувствуют себя весьма неуютно, и это можно понять: с какой стати руководство страны должно брать на себя обременительную ответственность за непопулярные решения, принимать которые должен кто угодно, только не первые лица?

Закон применялся дважды

С момента принятия закона о парламентских расследованиях в 2005 году применялся он лишь дважды. Вначале сенаторы расследовали причины захвата школы в Беслане, затем депутаты Госдумы разбирались с аварией на Саяно-Шушенской ГЭС. А третья попытка провести парламентское расследование по факту авиакатастрофы, унёсшей жизни хоккеистов ярославского «Локомотива», закончилась ничем из-за организационных накладок. Дело в том, что создать специальную комиссию по расследованию пока можно лишь по взаимному согласию Госдумы и Совета Федерации. Если взаимности достичь не удаётся, не будет и расследования. Теоретически обе палаты могли бы проводить самостоятельные мероприятия, но для этого две трети сенаторов и депутатов должны были бы за такое решение проголосовать. А с этим, как выяснилось, тоже имеются определённые сложности – то ли ответственности боятся, то ли работы.

И вот глава Комитета по конституционному законодательству Совета Федерации Андрей Клишас и сенатор Константин Добрынин предложили эту самую сложную процедуру запуска расследований взять и упразднить. Согласие двух третей депутатов больше не понадобится – достаточно будет простого большинства. Кроме того, инициировать парламентское расследование сможет не только парламентарий, но и любой человек – от самого заурядного гражданина до президента страны. И поводом для расследования может стать не только некая экстраординарная ситуация, но и вполне на первый взгляд обыденные действия представителей власти. Хоть законодательной, хоть исполнительной. Клишас и Добрынин предлагают наделить Если предложения будут одобрены – а сомневаться в этом не приходится, – то законодательное собрание резко повысит своё влияние. Почему не приходится сомневаться, спросите вы? Да потому, что и в правительстве, и даже в Верховном суде инициативу сенаторов Клишаса и Добрынина уже одобрили, сопроводив их законопроект положительными отзывами. И президент своё слово сказал. Принятие закона, выходит, выгодно всем.

По теме

Выгодно настолько, что мало кто обращает внимание на принципиальным образом изменившиеся формулировки закона. Если раньше расследованию подлежали лишь факты «свидетельствующие о подготовке, покушении, совершении тяжких преступлений против общественной безопасности и государственной власти», то теперь сфера существенно расширяется, вплоть до «фактов и обстоятельств, представляющих большую общественную значимость и носящих негативный характер». Другими словами, расследовать теперь можно будет вообще всё, что угодно.

За океаном расследователи быстро дошли до маккартизма

Как тут не вспомнить не столь давнюю историю, происшедшую за океаном. В 1934 году палата представителей американского конгресса озаботилась примерно тем же, чем у нас давеча озаботились сенаторы Клишас и Добрынин. Американские правоохранительные органы расследованием громких дел откровенно тяготились, но ведь кто-то должен был разбираться с коррумпированными политиками. И конгрессмены вначале наделили себя правом проводить так называемые общественно значимые расследования, а затем, для удобства, создали пресловутую комиссию по расследованию антиамериканской деятельности. Несколько лет комиссия работала ни шатко ни валко – конгрессмены относились к её работе примерно так же прохладно, как и наши законодатели к парламентским расследованиям начиная с 2005 года и до недавнего времени. Всё изменилось в одночасье – после того, как в 1947 году президент Гарри Трумэн подписал «акт 9835» о недопустимости приёма на работу в государственные органы «неблагонадёжных элементов» и обратился к конгрессменам за поддержкой. Ну и, разумеется, президент попросил конгрессменов помочь правоохранительным органам этих самых «неблагонадёжных лиц» выявить.

И в США началась эпоха, известная нынче как «охота на ведьм», или «маккартизм» – по фамилии одиозного сенатора Джозефа Маккарти, возглавлявшего ничего, казалось бы, не решающую комиссию. За весь 1948 год внесудебных расследований в рамках комиссии конгрессмены и сенаторы провели больше, чем за весь предшествующий 13-летний период. Поначалу проверяли на благонадёжность политиков, затем дошла очередь и до госслужащих, а закончилось всё проверками журналистов, писателей и кинорежиссёров. К 205 неблагонадёжным сотрудникам Госдепартамента добавились 3 тыс. чиновников и порядка 20 тыс. общественных деятелей. Со временем комиссия Маккарти преобразовалась в постоянный подкомитет по расследованиям сената США, который бывший генпрокурор США Фрэнсис Биддл назвал «священной инквизицией». А конгресс США, по словам Биддла, «превратился в пленника своего детища». Кстати, именно острому на язык Фрэнсису Биддлу принадлежит колоритный образ «обезьяны с гранатой» – именно так он назвал сенатора Маккарти. Костры парламентских расследований, на которых чуть было не сгорела значительная часть американской элиты, пылали вплоть до 1955 года.

Речь о постоянной комиссии пока не идёт

Вопрос этот скорее риторический, как и целый ряд других вопросов, возникающих в связи с парламентскими расследованиями. Вот один из наиболее насущных: разработчики высказали мнение, что законодателям необходимо позволить проведение парламентских расследований по событиям и фактам, случившимся до вступления в силу данного закона, то есть до декабря 2005 года. Фактически это означает, что депутаты и сенаторы смогут инициировать расследования всего, чего угодно, от приватизации начала 90-х до расстрела парламента в 93-м. Возможно, это совсем неплохо, вот только как подобные расследования скажутся на общественном согласии и не приведут ли к накалу страстей?

Пока о создании постоянной парламентской комиссии – аналога американской – речь не идёт. Разработчики законопроекта считают, что на первых порах вполне можно будет обойтись и временными комиссиями. Нерешённым остаётся ещё один важный вопрос, причём не решён он с тех пор, как депутаты Николай Ковалёв, Борис Резник, Михаил Гришанков и Геннадий Гудков впервые предложили проект закона о парламентских расследованиях почти 10 лет назад. Это вопрос о «подмене» реального расследования парламентским.

Подразумевается, что парламентское расследование не подменяет собой предварительное следствие и рассмотрение дела в суде, но формально именно так и происходит. На это обстоятельство такие специалисты, как глава думского Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Владимир Плигин, обращали внимание и 10 лет назад, и сейчас. Не решены и вопросы правовых основ возбуждения парламентского расследования, и правовых последствий расследований, равно как и порядок последующего возбуждения уголовных дел. Но, как говорят в кулуарах Госдумы, к третьему чтению все эти вопросы будут решены. А третье чтение не за горами – закон будет принят уже этой весной.

Опубликовано:
Отредактировано: 08.04.2013 15:18
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх