// // Государственную борьбу с отъёмом чужой собственности её захватчики научились использовать в собственных целях

Государственную борьбу с отъёмом чужой собственности её захватчики научились использовать в собственных целях

454

Рейдеров привлекут. Или привлекают?

Эффективная защита от рейдерства стоит очень дорого, а акции протеста не помогают в борьбе с опытными захватчиками
Фото: ИТАР-ТАСС
Эффективная защита от рейдерства стоит очень дорого, а акции протеста не помогают в борьбе с опытными захватчиками Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Недавно президент России Дмитрий Медведев внёс на рассмотрение Госдумы поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РФ. Законопроект предусматривает введение уголовной ответственности и штрафов за рейдерские действия, причём таковыми признаются уже первые шаги, направленные на захват. Эксперты отмечают, что предлагаемые меры нужны, но ограничиться ими – значит дать рейдерам в руки новое оружие.

Автор этих строк в 2000 году познакомился с весёлыми молодыми людьми – соучредителями юридической фирмы. Вчерашние выпускники престижных юрфаков, они сидели в задрипанном офисе, который, впрочем, размещался в самом центре города, на Патриарших прудах. Но особое впечатление производили визитки: у каждого молодого юриста они составляли внушительную стопку. На каждой значилось: «генеральный директор», «президент», «председатель совета директоров». Должности были однотипными, менялись только названия компаний: как правило, это были довольно крупные по региональным меркам промышленные предприятия экспортно-ориентированных секторов. Молодые люди называли себя «санитарами совкового леса». Слово «рейдер» ещё было незнакомо широкой публике.

– Мы приходим на завод, вышвыриваем из кресла «красного директора», который почти всё имущество в лучшем случае украл, а в худшем – просто прощёлкал. Наводим порядок, собираем эффективную команду, налаживаем бизнес-процессы. Завод, рабочие которого давно разбежались по своим огородам, потому что зарплаты не было больше года, снова начинает работать и даже приносить прибыль. Тогда мы его продаём – бывает, вдесятеро дороже, чем он нам достался, – откровенничал лидер «санитаров».

Да, расцвет рейдерства пришёлся на середину 2000-х. Тогда захватами не гнушались ни крупные бизнесмены, ни супруги, делящие с помощью рейдеров семейный бизнес. Однако весёлое поначалу занятие грамотных юристов по поиску неэффективно управляемых, но потенциально интересных предприятий довольно быстро переродилось в криминальный отъём бизнеса как раз эффективного. А подключение к этому увлекательному процессу силовых «крыш» и административных ресурсов стало в буквальном смысле могильщиком российского предпринимательства.

Бороться с рейдерами государство начало практически с самого их появления. Первым шагом стало изменение закона о банкротстве – в результате уже к середине 2000-х годов захваты бизнеса путём его банкротства пошли на убыль. Однако рейдеры переключились на схему захвата руководящих постов и контрольного пакета акций.

В прошлом году был сделан ещё один важный шаг: теперь подавать иск в арбитражный суд необходимо только по месту регистрации компании. До этого большинство рейдерских атак основывалось на решении арбитражных судов где-нибудь в захолустье. Особенно часто использовались суды северокавказских республик: попробуй съезди, посудись в городе, где то кого-то взорвут, то застрелят, то украдут.

С нового года вступило в действие ещё одно правило: теперь невозможно изменить состав учредителей или размеры их доли в компании иначе как через нотариуса. В результате, по словам осведомлённых источников, цена рейдерского захвата выросла с 10 до 30–40% оценки захватываемого имущества, причём за захват объектов стоимостью ниже 10 млн рублей рейдерские конторы даже не берутся. «Слишком велики накладные расходы», – признаются они.

Предложенные Медведевым поправки – следующий шаг в борьбе с рейдерами. Они «позволят привлекать виновных к ответственности уже на начальных этапах рейдерского захвата, упреждая неправомерное завладение имуществом, имущественными и неимущественными правами, денежными средствами предприятий», говорится в пояснениях к законопроекту. Если поправки пройдут, в УК появится статья «Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц или реестра владельцев ценных бумаг». Кроме того, поправки предполагают ответственность за внесение в реестр владельцев ценных бумаг заведомо недостоверных сведений. Эти нарушения будут караться штрафом до 300 тыс. рублей либо лишением свободы до двух лет. Аналогичное наказание поправки предусматривают и за фальсификацию решения общего собрания акционеров или совета директоров предприятия. Если же выяснится, что акционера принудили проголосовать в пользу рейдеров или отказаться от голосования, нарушителей посадят на срок до пяти лет.

По теме

Однако рейдеры сдаваться не собираются. Более того, они ищут возможности использовать предлагаемые поправки… в свою пользу.

«Когда ввели требование удостоверения смены учредителей у нотариуса, выход нашёлся быстро: стали подделывать печати нотариусов. Ведь невозможно проверить всех нотариусов страны, а закон не запрещает заверять сделку столичной компании, например, у нотариуса в Петропавловске-Камчатском, – откровенничает один из работников рейдерской конторы. – Но тут есть засада: если фальсификация обнаружится, то это уже уголовка. А мы, как и Остап Бендер, предпочитаем чтить Уголовный кодекс». При этом наказать самих рейдеров будет сложно, считают юристы.

– Принятие законопроекта в предлагаемой редакции может вызвать определённые сложности на практике. Так, для привлечения к уголовной ответственности по предлагаемым составам преступлений необходимо доказать заведомо ложный характер представляемых в реестр сведений, наличие цели внесения недостоверных сведений в реестр. Это может повлечь определённые перегибы на практике. Вместе с тем, если факт фальсификации либо подлога будет выяснен поздно, цель законопроекта – «привлечение рейдеров к уголовной ответственности на начальных этапах рейдерского захвата» – не будет достигнута, – считает Антон Мальгинов, партнёр коллегии адвокатов «Муранов, Черняков и партнёры».

«Кому война, а кому мать родна», – эта поговорка как нельзя лучше подходит к нынешней ситуации с рейдерскими захватами. С одной стороны, кризис остановил процесс слияний и поглощений, особенно недружественных – кстати, надо иметь в виду, что они к рейдерству не имеют никакого отношения. А вот противозаконный отъём собственности только усилился: цена захвата упала, а перспективы – дух захватывает.

«В начале 2009 года можно было буквально за копейки получить более чем перспективный бизнес, недвижимость в городах-миллионниках», – собеседник «Нашей Версии» из рейдерской конторы только что не облизывается.

Жертвы рейдеров отчасти сами виноваты, считает Александр Орфёнов, главный редактор интернет-портала Advisers, посвящённого вопросам борьбы с рейдерством. В часто меняющемся законодательстве они разобраться не могут, а платить деньги специалистам, которые могут выстроить юридическую защиту от захватчиков, не хотят. «Поэтому, – замечает Орфёнов, – успешных рейд-проектов в России в десятки раз больше, чем неудачных».

Дороговизна защиты от рейдеров – вот питательная среда, уверен сам представитель этой малопочтенной братии: «Грубо говоря, если тебе настоятельно предлагают отдать бизнес с дисконтом в 30%, а защита от захвата обойдётся тебе в 35% и без гарантии победы – ты что выберешь?»

Дело в том, что защитные бастионы воздвигаются с помощью грамотных юристов и бухгалтеров, способных нагородить кучу компаний, чья собственность переплетена и запутана – и при этом гарантированно не вызывает подозрений у налоговиков. Разработка такой схемы стоит дорого. Но и это ещё не всё.

«Надо дружить со всеми своими проверяющими, иметь хорошие контакты с канцелярией арбитражного суда, иметь своего человека в местной администрации, а всё это тоже деньги», – перечисляет собеседник «Нашей Версии». По его мнению, защищаться от рейдерства имеет смысл компании, чей ежегодный доход от 8–12 млн долларов и выше. При меньшем защитные мероприятия просто невыгодны. При этом гарантии от рейдерства всё равно не будет. «Если захотят отнять – отнимут. Просто цена вопроса будет такова, что сделать это можно будет либо из каких-то принципов, либо при наличии бреши в обороне», – поясняет наш собеседник.

При этом точное количество рейдерских захватов неизвестно. По данным МВД, в 2009 году расследовалось 53 преступления, связанные с захватами собственности. Но лишь в 15 случаях уголовные дела были направлены в суды, а пострадавшим возмещён ущерб. Сумма выплат составила 268 млн рублей. В Следственном комитете при прокуратуре (СКП) называют другие цифры: за 2009 год было возбуждено 513 дел, из них 58 ушли в суд, а 217 приостановлены в связи с «неустановлением лица». При этом, по данным Счётной палаты, ежегодно в России совершается 60–70 тыс. рейдерских атак.

И всё же сами рейдеры признают, что борьба с ними ведётся весьма эффективно. История, рассказанная в начале этой статьи, весьма показательна: рано или поздно большинство рейдеров либо превращаются в добропорядочных предпринимателей, либо садятся. Прежде всего потому, что у властей есть явная «политическая воля» для борьбы с этим явлением, а «государство – как асфальтовый каток: катится медленно, но неотвратимо», жалуется один из рейдеров.

Накапливается и опыт судебного преследования рейдеров. Так, сейчас в Останкинском суде идёт второй процесс над знаменитой некогда ИК «Россия», захватившей, по данным МВД, более 30 компаний, нанеся тем самым ущерб в 600 млн рублей. И хотя на разгром «рейдера номер один» следователям потребовалось четыре года, в прошлом году им всё же удалось осудить семь руководителей корпорации на срок от 6 до 13 лет.

Наверняка будет совершенствоваться и антирейдерское законодательство. Председатель Комитета Госдумы по собственности Виктор Плескачевский говорит, что необходимо строже наказывать регистраторов, которые хранят реестр акционеров, за действия, способные причинить вред законным собственникам, а также установить правила, по которым регистраторы делятся информацией с правоохранительными органами.

Как неоднократно отмечалось, нужны и общее оздоровление предпринимательского климата в стране, защита бизнеса от произвола чиновников и правоохранительных органов, ведь именно из-за их попустительства часто оказывается эффективным рейдерский захват.

Следовало ввести в УК отдельный состав рейдерства, считает старший юрисконсульт АКГ «Интерком-Аудит» Виталий Бородкин. А то сегодня в законе нет чёткого определения рейдерства, поэтому бывает сложно отделить его от спора акционеров или недружественного поглощения.

А экономист, автор докторской диссертации о рейдерах Александр Богатиков считает, что покончить с незаконным переделом собственности можно, если убрать из законов понятие «добросовестный приобретатель»: именно благодаря ему захваченную собственность после перепродажи невозможно вернуть. Но без этой нормы частная собственность лишается защиты.

Сами рейдеры считают, что лучший способ борьбы с ними – поощрение легального и эффективного частного бизнеса. При честной конкуренции и прозрачных правилах игры защищаться от рейдеров не в пример легче.

Опубликовано:
Отредактировано: 26.04.2010 13:10
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх