// // Популярная актриса вернулась на телевидение

Популярная актриса вернулась на телевидение

81

Татьяна Догилева как Любовь Орлова

Популярная актриса вернулась на телевидение
В разделе

Мокрые волосы, домашний клетчатый халатик, минимум косметики — нет, это не домохозяйка на отдыхе, а актриса Татьяна Догилева перед съёмками очередного эпизода ситкома «Люба, дети и завод». Шустрая пловчиха Светлана из «Покровских ворот», продавщица Надежда в «Блондинке за углом», трогательная медсестра Лида в «Забытой мелодии для флейты» — эти и многие другие роли замечательной актрисы Татьяны Догилевой сделали из неё настоящую звезду советского экрана. Сейчас Татьяна Анатольевна — многодетная мать-одиночка Любовь Андреевна Орлова, работающая аппаратчицей на химкомбинате. К съёмкам в сериале, который снимает телекомпания «СТС» совместно с кинокомпанией «АМЕДИА», Догилева подошла очень обстоятельно: отдохнула в SPA-клинике, в результате чего заметно похудела и похорошела. Правда, сейчас силы актрисы на пределе — съёмки идут ежедневно по 12 часов в сутки. Вот и во время интервью она постоянно поглядывала на сценарий — мол, давайте скорее, мне ещё роль учить.

– Татьяна Анатольевна, на роль Любы кроме вас ещё кто-то пробовался?

— Проект готовился очень долго, и кастинг шёл долго. И поскольку я была последней, кто проходил пробы, на мне он и закончился. Знаю только одно: серьёзных претенденток было много. А меня на эту роль взяли потому, что так решил режиссёр. И вот с 5 августа 2005 года я — Любовь Андреевна Орлова. 12 часов в сутки. К 10 утра меня на съёмки привозят и в 10 вечера увозят.

— Непросто. Как справляетесь?

— У нас группа очень хорошая, они стараются мне жизнь как-то облегчить. Кроме того, недавно у меня было 10 дней перерыва: Новый год я встречала в Эмиратах с дочкой Катей. Очень нам там понравилось, хорошо отдохнули. Были, правда, неприятные организационные приключения, но если их не принимать во внимание, то очень хорошо.

— Перед началом съёмок вы ездили в Карловы Вары. Режиссёр требовал быть «в форме»?

— Нет, в Карловы Вары я поехала сама — тогда ещё не знала, что буду сниматься. А когда меня утвердили, я по собственной инициативе отправилась в SPA-пансионат в Подмосковье, чтобы похудеть и привести себя в порядок. Если бы не это, то не знаю, как бы я сейчас держалась.

— Дочка не жалуется, что у вас теперь «новая семья»? (По сценарию Догилева — 37-летняя мать троих детей: 11-летнего Кости, 7-летней Лизы и Павлика полутора лет. — Авт.)

— Нет, мы с ней договорились. Я ей сказала: «Катя, я буду этот год сниматься, и ты, пожалуйста, потерпи — ты меня мало будешь видеть». Она очень сознательно к этому отнеслась. Впрочем, как и муж (Михаил Мишин — писатель. — Авт.). Кстати, Катя снялась в маленьком эпизоде...

— Она тоже хочет стать актрисой?

— Да. И отвести её на съёмки была моя давнишняя идея. Мне хотелось, чтобы она поняла, что это такое — быть актрисой, что это не небо в алмазах, а трудная и нервная работа. Вот я и упросила режиссёра, чтобы Катюша сыграла какую-нибудь маленькую роль. Правда, первое, что она меня спросила после съёмок, было: «А я ещё здесь появлюсь?»

— Как к вам пришло желание стать актрисой?

— Я сама из рабочей семьи, с абсолютно счастливым и хорошим советским детством. Тем не менее мне хотелось попробовать себя в каких-нибудь экзотических профессиях, связанных с заграничными путешествиями. В их числе была и профессия актрисы. Кроме того, в 14 лет я посещала студию юного актёра при Центральном телевидении на Шаболовке. Там мы занимались и сценической речью, и движением, и актёрским мастерством. Ну, так, «в лёгкую»... А потом меня взяли на эпизодическую роль в детский телевизионный фильм «Отдать швартовы!». Впечатлений было множество, хотя съёмки были крайне неудачные — режиссёр абсолютно не владел ситуацией, никто его не слушал, вся группа пила. Это происходило на моих глазах, а я была девочка благополучная, и для меня всё это было ужасно. Тем не менее эта закулисная жизнь очень сильно на меня повлияла. Я видела живых дикторов, живых артистов. Поэтому пошла в ГИТИС, несмотря на то что училась в престижной школе при Академии педнаук, занималась в литературном классе и хотела поступать в Институт стран Азии и Африки при МГУ.

По теме

— Слышала, что поначалу режиссёров не устраивала ваша внешность и вы сразу предлагали себя на вторые роли...

— Это абсолютная правда. Вскоре после того как я удачно дебютировала в спектакле «Жестокие игры» в «Ленкоме», мне предложили попробоваться на роль главной героини в одном проекте. Но я не прошла — не утвердили с формулировкой «недостаточно хороша». Ну, говорю, раз на главную не получается, то давайте я вам вторую роль исполню. И дело пошло.

— В каком фильме вы наконец-то сыграли главную роль?

— В фильме «Нежданно-негаданно». Это был дебют молодого режиссёра Геннадия Мелконяна в большом кино. И главная роль в ней была написана под другую артистку — Ирину Муравьёву. Но она сниматься отказалась. И Мелконян решил взять на главную роль меня, поскольку был большим поклонником фильма «Покровские ворота». Но и тут меня долго не утверждали. Но он со своим армянским упрямством и, честно скажу, интригами своего добился. Вот так непросто у меня получалось с главными ролями.

— Дочке нравятся фильмы с вашим участием?

— Не очень. Видно, в силу недостаточно «зрелого» возраста (Кате 11 лет. — Авт.). Я помню, она посмотрела «Нежданно-негаданно» и начала плакать! Плачет, плачет, просто ужасно... Я спрашиваю, что же ты так плачешь? Она и говорит: «Ведь тебя же обворовали, бедную...» Я ей объяснила, что потом я нашла свою любовь и что, вообще, на самом деле не в деньгах счастье...

— Фильм «Восток — Запад» — ваша последняя крупная работа в кино. Потом вы как-то исчезли...

— Не по своей воле. Исчезла, потому что «выключили» — перестали снимать. Предложений не было...

— До «Последнего героя-3»?

— Да. Как сейчас помню, была промозглая жуткая осень, у меня были проблемы, страшная депрессия. И вдруг мне позвонили продюсеры проекта и предложили участие в съёмках. Я как услышала о необитаемом острове, то сразу сказала: «Да!» Это было как раз то место, где мне хотелось оказаться в тот момент. Дальше — больше. Они приезжают и спрашивают: «Вы прыгнете с вертолёта? Там невысоко — три метра». Я говорю: «Прыгну». А когда прилетели на место, то вертолёт не смог так низко опуститься. А мне уже было всё равно — я стояла, держалась потными руками за потолок вертолёта и ничего не соображала. В тот момент я могла прыгнуть откуда угодно. До сих пор не знаю, какая была высота — 6 метров или вообще 12.

— Тяжело было на острове?

— Вы знаете, нет! На меня эти съёмки произвели большое впечатление. И потом даже долго мучила ностальгия. Поэтому, когда меня взяли на пятого «Героя», я была страшно рада. Полетела туда полная энтузиазма и счастья... Но всё закончилось на третий день — пошли проливные дожди, и это было абсолютно непохоже на прежний остров. Там был просто ад. Так что теперь эта страница для меня навсегда закрыта.

— Зато после этого снова жизнь вошла в колею, не так ли?

— Да, как-то сразу всё пошло... Стали звонить, приглашать. Сначала были съёмки в сериале «Участок», потом — «На вираже», «Огнеборцы». От некоторых предложений, правда, мне приходится отказываться. Но роль в сериале «Люба, дети и завод» мне очень понравилась, впрочем, как и весь сценарий.

— А чем он вам приглянулся?

— Это очень правильный сериал. Он не про то, как выйти замуж за богатого или в одночасье стать известной и знаменитой. Мне уже достаточно много лет, чтобы я могла обоснованно сказать, что за деньги не купишь ни счастье, ни здоровье, ни удовлетворение собственной жизнью. Деньги — вещь неплохая, и я не стану говорить, что надо быть бедным. Но деньги — это не самоцель, не вся жизнь... В нашем фильме говорится о том, что можно вполне сносно жить со всеми трудностями, сопутствующими женской жизни. И быть при этом если не счастливой, то хотя бы удовлетворённой. Мне кажется, что это очень правильно. Ведь в России очень много одиноких женщин, которым не везёт в жизни, но при этом они продолжают жить и честно делать своё дело. И я их очень уважаю. И очень рада, что есть сериал и про них.

— Но наши женщины не живут, как Люба, в коттеджах...

Конечно, я и не говорю, что это правдивая история. Это такая оптимистическая сказка. Показывать 100 серий про то, как живут наши женщины в провинциальном городке, не слишком увлекательно. Сейчас жизнь вообще тяжёлая, и положительные эмоции с экрана — это способ хоть как-то её облегчить. Кроме того, ситком (комедия положений. — Авт.) — достаточно молодой жанр для России. И он не претендует на социальную драму. Поэтому наш сериал о том, что надо любить детей, родителей, что надо искать компромиссы, дружить, надо идти вперёд и помогать друг другу. Мне нравится, что моя героиня общается с детьми как с товарищами. Мне нравится, что она не считает себя истиной в последней инстанции, что признаёт свои ошибки, поскольку во многом бывает не права...

— Чему-то у неё учитесь?

— Не могу сказать, что учусь, но я очень радуюсь, когда у нас совпадают взгляды на жизнь. Я вообще боюсь сглазить, но режиссёр Леонид Мазор — огромный молодец. Он один из тех режиссёров, которым я верю больше, чем себе, потому что в таком проекте актриса не так хорошо сообразит, как это видно со стороны, её надо поправлять, и я делаю всё, что он говорит.

— То есть вы со всем согласны?

— Я не согласна с абсолютно рабовладельческим режимом. В Америке снимают одну серию в неделю. И это правильно. Поскольку от ежедневного 12-часового рабочего дня очень портятся здоровье, кожа, волосы... (Улыбается.) И всё остальное...

Опубликовано:
Отредактировано: 22.11.2016 23:25
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Наверх