// // Полина Дашкова: Не хочу возвращаться к экранизациям

Полина Дашкова: Не хочу возвращаться к экранизациям

564
lori.ru
lori.ru
В разделе

Она звалась Татьяна. Но широкую известность получила под именем Полина. Свою же фамилию, оканчивающуюся на «о» – Поляченко, по настоятельной просьбе редакции в мгновение заменила на женскую, производную от имени младшей дочери – Дашкова. С тех пор, с 1996 года, Дашковой было написано 20 произведений.

– Книги, что вы пишете, совсем не похожи на детективы. Но тем не менее их упорно причисляют к этому жанру.

– Почему-то у нас принято называть детективами произведения, где есть убийство. Если исходить из этого, то вся мировая литература – сплошной детектив. Но к реальности это не имеет никакого отношения. Меня же привлекают запутанные исторические события, происходившие в нашей действительности. Я с большим удовольствием писала трилогию «Источник счастья». Это исторический роман о событиях революции 1917 года и о гражданской войне. Большой серьёзный роман! Какой же это детектив? Хотя без убийств там не обошлось.

– Как подтверждение сказанному выходит ваша новая книга, которая посвящена историческому событию, заключению пакта Молотова – Риббентропа. Чем вас привлёк этот исторический период?

– Тем, что события ХХ века в России – это самая таинственная тема из тех, что я знаю. Этот период гораздо загадочнее, чем вся история Древнего Египта, вместе взятая. Чем глубже знаешь историю, тем больше начинаешь ценить сегодняшний день. Когда вдруг раздаются апокалиптические плачи о конце света, мне просто хочется пожалеть этих людей. Потому что за ХХ век Россия пережила столько страшного и тяжёлого… Я очень хорошо помню страх своей прабабушки, своих дедов, эти шепотки на кухне, невозможность что-то вслух произнести. Иногда я просыпаюсь и думаю: какое счастье, что я родилась не в 1910-м, как моя бабушка, не в 32-м, как папа, не в 37-м, как мама…

– Когда вы обратились к теме пакта и начали собирать информацию о том периоде, ваше представление о Сталине и истории нашей страны в процессе работы изменилось? И если изменилось, то как?

– Конечно, изменилось. Я проходила в своей работе над этой книгой несколько разных этапов. Началось всё с чтения исследований историков, как сталинистов, так и антисталинистов, а я человек впечатлительный и легко загораюсь чужими эмоциями. И вольно или невольно моё ощущение той реальности менялось в ту или иную сторону. Хотя позиция сталинистов для меня неприемлема, скажу честно, что пыталась уважать мнения обеих сторон, пыталась слышать и воспринимать их доводы и аргументацию. Потом началось время знакомства с документами. Особых усилий для их поисков прилагать не пришлось, так как в большинстве своём они изданы и доступны, а для ознакомления с ними даже не нужно идти в архивы. И вот тут-то начало складываться моё собственное мнение. Сейчас меня, видимо, как и остальных небезразличных к историческим событиям людей, больше всего волнует загадка 22 июня. Поэтому мой следующий роман, к которому я сейчас приступила, посвящён этой теме. Скажу сразу, у меня нет ответа на все вопросы, которые существуют внутри того времени.

– Чем ваш труд отличается от работ историков, биографов, других писателей?

По теме

– У меня есть своё ощущение, и прежде всего оно сводится к тому, что не нужно искать абсолютную истину. Люди, которые пытаются рационально объяснить иррациональные вещи, а к ним прежде всего относятся эмоции и человеческая психология, идут по ложному пути. У меня сложилось ощущение, что все проблемы заключались не в каких-то стратегических ошибках, планах, неверном расположении войск, а в элементарном страхе. В момент гитлеровского наступления 22 июня 1941 года Сталин впервые столкнулся с очень сильным и серьёзным противником, до этого его противниками были Бухарин, Троцкий. И ещё был абсолютно чудовищный эпизод с финской войной. Все доводы для этой короткой войны сводились к необходимости отодвинуть границу от Ленинграда. Они были нелепы изначально, прежде всего потому, что финны не представляли никакой угрозы и не собирались предпринимать каких-либо действий в этом направлении. Но если бы не было войны с Финляндией, не было бы блокады Ленинграда. И, не вдаваясь в исторические подробности, скажу, что .

– В вашей новой книге фигурирует врач-психиатр. Вы действительно считаете, что этот человек не только существовал, но и помогал главам государств избавиться от душевных недугов?

– Да, у этого героя есть прототип, и он действительно работал с Гитлером, и именно он поставил будущему фюреру диагноз «истерическая слепота». Это заболевание преследовало автора Mein Kampf после отравления газом в Первой мировой. Пациент был очень подавлен и постоянно впадал в депрессии, но широко известен факт, что его врач, чтобы поднять дух своего больного, сказал: «Вы спасёте Германию». И рыдавший в тот момент фюрер запомнил эти слова, а известие так его окрылило, что в 1934 году и заработала вся эта машина. А то, что в Третьем рейхе у всех были врачи, – это факт известный, ведь практически у всех офицеров дела со здоровьем были неважными.

– Случайно ли совпадение, что главная героиня, как когда-то и вы, танцует в балете Большого театра и живёт в семье медиков?

– Конечно, какие-то общие черты у меня с моими героинями и героями есть. Она живёт не просто в семье медиков, но и в квартире на Мещанской, и я описываю ту квартиру, в которой сама жила до шести лет.

– Вы с детства занимались балетом. А как поживают ваши дочери Дарья и Анна? Вы как-то влияли на них с выбором профессии?

– Они уже взрослые, так что влиять поздно. Старшая, Аня, – уже замужняя дама, она оканчивает сейчас второй институт. После исторического факультета МГУ она учится на факультете документального кино во ВГИКе. Аня уже неоднократно становилась лауреатом многих кинопремий, а её фильмы постоянно участвуют в различных фестивалях. Младшая, Даша, в этом году поступила тоже во ВГИК, но её профессией станет мультипликация. Обе дочери в отличие от меня избрали себе другой путь. Хотя, если говорить о наследственности, младшая неплохо пишет сценарии мультфильмов.

– А какова была роль вашего мужа-документалиста Алексея Шишова в воспитании дочерей?

– Он хороший папа. Но, честно говоря, мы специально воспитанием не занимались: в угол не ставили, мороженого не лишали.

– Но ведь они пошли по его стопам. Он же снял нашумевший в своё время фильм об Иосифе Бродском «Ниоткуда с любовью...»

– Это произошло без всяких усилий с его стороны. Хотя это не совсем его путь. Действительно, старшая стала кинодокументалистом, но не потому, что это было влияние папы, а потому, что ей это нравилось. А мультфильмы – это совсем другой жанр.

– А какое у вас отношение к кино, снятому по вашим романам?

– Мне очень не понравились эти опыты. Но так как это было очень давно, я с удовольствием забыла эти грустные истории, и у меня нет никакого желания возвращаться к ним вновь.

– К сделанным или к будущим экранизациям?

– К экранизациям вообще. Мне эта тема неинтересна.

– Чье мнение о ваших романах для вас особенно важно?

– Моих близких. Анна помогает с внешним видом моих героев, а супруг чувствует, как жёстче закрутить сюжет.

– Как вы можете охарактеризовать себя? Вы – лояльный и беспристрастный человек, бесстрашны ли вы, когда пишете свои произведения?

– Нет, человек я робкий, тихий, кабинетный. Но в своём кабинетном труде я ничего не боюсь, потому что знаю, что от страха врут, а врать я не могу органически, и если в этом заключается бесстрашие, то да – я бесстрашна.

Лариса Алексеенко
Опубликовано:
Отредактировано: 10.12.2012 16:43
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх