// // Россияне больше не хотят выходить на улицы

Россияне больше не хотят выходить на улицы

558

Ремиссия протеста

Фото: lori.ru
Фото: lori.ru
В разделе

«Левада-центр» зафиксировал своего рода рекорд – самый низкий уровень протестных настроений за последние 20 лет. Люди не желают выходить на улицы ни с политическими, ни с экономическими требованиями. Более того, треть россиян одобряют борьбу власти с так называемой пятой колонной. Главные причины – утрата веры в результат протестов, рост патриотизма на фоне возвращения Крыма, печальный итог Майдана на Украине, страх репрессий. Долго ли продлится протестный штиль?

Весьма неординарная попытка измерить протестные настроения в России произошла на днях. Пользователь Twitter «Алла Пугачёва» с аудиторией в 20 тыс. подписчиков опубликовал сообщение: «Если на похороны Новодворской в Москве придёт 1 млн человек, то Путину хана. Давайте, россияне!». Позже сама примадонна призналась, что не имеет отношения к этому микроблогу и даже не умеет писать в Twitter. Но избранный автором поста инструмент измерения нельзя не признать оригинальным, тем более что количество людей на похоронах известной правозащитницы – это тоже своего рода маркер протестного градуса. К Сахаровскому центру столицы, где состоялось прощание с Валерией Новодворской, пришли сотни людей.

Изменения в настроениях россиян наблюдаются давно. Год назад эксперты Центра стратегических разработок подготовили для Комитета гражданских инициатив Алексея Кудрина доклад, в котором пришли к выводу: протест ушёл из Москвы. Столица потеряла лидерство в списке протестных регионов страны, уступив место менее крупным городам. Сегодня затишье наблюдается по всей России.

Всё меньше людей верят оппозиции

Социологи провели исследование в июне. Выяснилось, что 81% россиян считают маловероятной даже саму возможность протестов с политическими требованиями в своём городе или сельском районе. С экономическими требованиями дело обстоит несколько иначе, однако и тут цифра высокая: в выступления против падения уровня жизни не верят 76% участников опроса. С февраля этот показатель упал на 10%. Допускают возможность экономических и политических протестов соответственно 19 и 14%. И наоборот: не пошли бы на митинг 83 и 78% соответственно.

Готовы поучаствовать в митингах, собраниях, забастовках ещё меньше россиян. Только 9% респондентов ответили, что могли бы выйти на улицы отстаивать свои политические права, 15% пошли бы протестовать с экономическими требованиями.

Одновременно достиг максимального значения и персональный рейтинг Владимира Путина – 83%. Эксперты утверждают, что это самый высокий показатель доверия российскому лидеру со стороны граждан за всю историю замеров.

Социологи «Левада-центра» вспоминают пик протестной активности в 2005 году, когда правительство монетизировало льготы. В ту пору процент неверия в вероятность любых протестов был ниже, но всё равно достаточно высокий – 56%, хотя митинги шли по всей стране, иной раз с перекрытием трасс. На рубеже 2011–2012 годов россияне массово выходили на улицы за честные выборы, но и тогда процент неверующих в протесты колебался от 65 до 75.

Конечно, одно дело – верить в возможность протестов, а другое – быть готовым принять в них участие. Однако эксперт «Левада-центра» Наталья Зоркая обращает внимание на то, что второй показатель, как правило, не обязательно чреват массовыми протестами, зато первый демонстрирует уровень хронического недовольства населения. Но сохранить его низким власти вряд ли удастся. «Экономическая ситуация значительно ухудшится, люди пока этого не чувствуют, но цена присоединения Крыма ещё скажется. Люди ощутят повышение тарифов ЖКХ, проблемы с пенсиями и другими выплатами», – предполагает Зоркая.

По теме

Крым наш или нам крыш?

Что касается политических протестов, Комитет гражданских инициатив отмечал разочарование в митингах ещё в сентябре–октябре 2012 года, то есть практически в начале нынешнего президентского срока Путина и почти через год после массовых митингов за честные выборы. 54% респондентов ответили, что в протестном движении отсутствуют яркие лидеры и внятные идеи. Но при этом 66% участников исследования разочарованы властью и негативно воспринимают ужесточение законодательства.

Директор «Левада-центра» Лев Гудков объясняет разочарование в протестах 2011–2012 годов тем, что они не принесли результатов. «Власть сначала испугалась, потом взяла гораздо более жёсткий тон, против протестующих начались репрессии. С другой стороны, крымская и восточно-украинская кампании раскололи оппозиционно настроенную среду горожан, уменьшили число тех, которые выражают открытое недовольство режимом Путина», – говорит социолог.

Оппозиционер Илья Яшин верит, что затишье носит кратковременный характер и в будущем протестная активность вырастет. «Реальные проблемы людей по-прежнему не решаются и уровень жизни не растёт. В перспективе экономические и политические проблемы выйдут наружу и выведут людей на улицы», – уверен политик.

Оппозиция без головы

Лев Гудков отмечает, что протесты в России – это спонтанное общественное движение и его никому не удалось возглавить. Само же по себе моральное недовольство долго не удерживается, оно неизбежно сменяется депрессией и разочарованием.

Журналистка еженедельника The New Times Зоя Светова напоминает, что лидеры протестного движения стали жертвами гонений: «За два года Путин обезглавил оппозицию. Как во времена СССР, все лидеры или в тюрьме, или за границей. Россияне могут критиковать власть в узком кругу у себя на кухнях».

Несистемная оппозиция находится в кризисе, и об этом свидетельствуют не только результаты соцопросов, но и региональных избирательных кампаний, которые сейчас в самом разгаре. Провалы наблюдаются ещё на этапе сбора подписей.

В столице оппозиционеры создали коалицию «За Москву!». Кандидатам необходимо было набрать порядка 4–5 тыс. подписей жителей своего округа. Однако у соратника Константина Янкаускаса окружной избирком не принял документы на выдвижение. Дело в том, что кандидат должен доставить их лично, а Янкаускас находится под домашним арестом по делу о мошенничестве в ходе мэрской кампании Навального в 2013 году.

Трое участников коалиции – Юлия Галямина, Александр Попов и Варвара Грязнова – идут на выборы от партии «Яблоко», преодолевшей 3-процентный барьер на выборах в Госдуму, благодаря чему закон освобождает «яблочных» кандидатов от необходимости собирать подписи, наравне с теми, кто идет на выборы от парламентских партий. Позже коалицию пополнила ещё одна «яблочница» – Елена Русакова.

Из-за недобора подписей пришлось снять свои кандидатуры Илье Яшину, участнику общественного движения «За парк» Андрею Быстрову, руководителю московского отделения Партии прогресса Николаю Ляскину и другим.

Из самовыдвиженцев коалиции собрать подписи удалось лишь руководителю общественной организации «Социальный запрос» Марии Гайдар и правозащитнице Ольге Романовой.

Из тех оппозиционеров, кто не вступил в коалицию, собрать подписи и сдать документы в избирком смог только муниципальный депутат Щукина Максим Кац. Провалились член Партии прогресса Владислав Наганов и председатель «Демократического выбора» Владимир Милов. А бывший префект САО Олег Митволь заявил, что подписи собрал, но участвовать в выборах передумал. Причину такой перемены он не назвал.

Сейчас в Мосгордуме заседают 32 единоросса и 3 коммуниста. В новом созыве численность будет на 10 человек больше. Однако политолог Юрий Загребной считает, что соотношение партии власти и оппозиции – не важно, системной или несистемной – не изменится. «Процент оппозиции в новой Мосгордуме вряд ли будет выше нынешнего, только вместо трёх человек это будет пять-семь», – отмечает эксперт.

Опубликовано:
Отредактировано: 21.07.2014 14:17
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх