// // То ли единый госэкзамен слишком сложен, то ли российские школьники отупели

То ли единый госэкзамен слишком сложен, то ли российские школьники отупели

392

Ни сдать, ни взять

ЕГЭ перевернул представления об уровне знаний школьников.
Фото: ИТАР-ТАСС
ЕГЭ перевернул представления об уровне знаний школьников. Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Против высказались все: и учителя, и ученики, и родители, и ректоры вузов. Тем не менее выбора не осталось: со следующего года единый госэкзамен станет единственно возможной формой проверки знаний. Ладно, с этим, наверное, можно было бы смириться, если бы не итоги тестов, которые можно смело назвать шокирующими. Даже в относительно благополучной Москве они свидетельствуют либо о крайне низком среднем уровне подготовки учащихся, либо о чрезмерной сложности заданий. Впрочем, возможны варианты в самом прямом смысле слова: эксперты отметили, что они были абсолютно неравноценны по уровню сложности. И, к сожалению, это лишь часть проблем…

Со всей страны приходят новости о самоубийствах школьников, не сдавших ЕГЭ, о скандалах с якобы имевшими место утечками информации об экзаменационных вопросах, о новейших телекоммуникационных технологиях, которые применяются школьниками при сдаче экзамена. Не так давно группа родителей московских школьников, получивших «тройки», объявила, что готовит обращение в Конституционный суд по поводу обязательности прохождения ЕГЭ.

Проверка весьма актуальна. В этом пока ещё «экспериментальном» году ЕГЭ, в общем-то, не сильно сказывался на итоговом аттестате (при годовой «тройке» в дневнике ученику её оставляли даже при «двойке» за ЕГЭ; в аттестат шёл средний результат с округлением в большую сторону). И единственная «засада» – баллы ЕГЭ учитывались при поступлении в вуз. В результате, как отмечает ректор Московского института открытого образования Алексей Семёнов, многие школьники попросту игнорировали экзамены по «непрофильным» для их будущего вуза предметам – сдавали незаполненные тесты уже через 10 минут после начала экзамена. В следующем году всё уже будет всерьёз – и многочисленные «двойки», полученные школьниками, окажутся в их аттестатах и скажутся на их судьбах. Проблема действительно серьёзная. Вот средние результаты ЕГЭ по стране в этом году: литература – 25% «двоек», русский язык – 11,2%, математика – 23,5% «двоек».

Столичные результаты ЕГЭ (в 2008 году в Москве было два обязательных госэкзамена – по русскому языку и математике) оказались лучше общефедерального уровня, но всё равно шокировали учителей. Один из объективных факторов такого повального «неуда» выше уже приведён. Среди добровольных двоечников, отметил Алексей Семёнов, огромное количество экстернатников – тех, кто целенаправленно готовится к определённым экзаменам, а на остальные «забивает». Так, в Юго-Западном административном округе в этом году было около 2 тыс. «двоек» по математике. Из них более 500 пришлось всего-то на три школы, специализирующиеся как раз на экстерне.

Однако есть и другие факторы, и именно они вызывают опасения. Так, заявил ректор Семёнов, разные варианты «математического» ЕГЭ оказались неравноценными по своей сложности. Об этом говорит статистика, оперирующая значительной для выводов выборкой (тысячи учащихся по всей Москве в разных школах). Процент «двоек» по различным предложенным учащимся вариантам колеблется от 16 до 25%. «Это означает, что контрольно-измерительные материалы ЕГЭ по математике 2008 года явно нарушают права учащихся на честную и достоверную оценку их знаний», – считает ректор Московского института открытого образования.

Получается, что кому-то попросту больше повезло с вариантами вопросов.

А вопросы эти не самые простые: учителя-нематематики, как правило, справиться с тестами не могут. К тому же тесты (особенно в «продвинутом» разделе «С») попросту не отвечают школьной программе, отметили практически все участники обсуждения результатов ЕГЭ на заседании комиссии Мосгордумы по науке и образованию. Получается, что не экзамен зависит от программы и стандартов обучения, а программа и стандарты попали в зависимость от экзамена. По подсчётам, учителю приходится тратить 30–50 часов конкретно на «натаскивание» школьников на ЕГЭ. И что здесь делать – менять сложившуюся систему образования или всё-таки более корректно «подгонять» под её требования вопросы ЕГЭ – пока вопрос.

По теме

Ещё одна выявленная столичными учителями проблема ЕГЭ: единый обезличенный экзамен ориентирован на серую массу. Выяснилось, что лучше всего ЕГЭ сдают твёрдые троечники и четвёрочники – не великолепные, но старательные ученики. Те, из которых в будущем могут получиться замечательные менеджеры в корпорациях. А выдающиеся ученики нередко получают оценку куда ниже своего уровня. Вот пример. Среди победителей Московской математической олимпиады, проходящей уже более 70 лет, знаменитой и высоким уровнем знаний, и высоким уровнем информационной безопасности, ни один из пяти обладателей диплома первой степени не набрал все 100 баллов на ЕГЭ (из-за мелких описок и погрешностей). Среди 17 обладателей дипломов второй степени лишь один набрал 100 баллов. Среди 96 дипломантов третьей степени уже 4 «стобалльника», среди 120 обладателей похвальной грамоты – 5 «стобалльников», 6 «стобалльников» решили одну или менее задач на олимпиаде и не были отмечены призами. А 7 «стобалльников» по ЕГЭ и вовсе не участвовали в городской олимпиаде.

Депутат Мосгордумы, а заодно и преподаватель истории Михаил Москвин-Тарханов рассказал, как готовил своих учеников к ЕГЭ по истории. «Я прочитал один из вопросов теста, – рассказывает депутат. – Нужно было выбрать одно из двух суждений об императоре Петре I. Первое – он был великим реформатором, совершившим прорыв к цивилизованному миру. Второе – он разрушил российские традиции, лишил Россию её собственного пути. Но в истории не может быть только чёрное и белое». В результате Москвин-Тарханов дал своим ученикам такой совет: «Первым делом поймите, что читать ответы будут бюрократы, потом сознательно снизьте уровень своих знаний, затем представьте, что именно хотят от вас услышать, и лишь тогда отвечайте». Он признался, что ему было стыдно призывать учеников отказаться от знаний, которые он им сам же и давал. О том же говорили и другие учителя, причём не гуманитарии – учителя математики и геометрии. А учитель школы № 1543 Виталий Арнольд вспомнил по этому поводу старый советский анекдот. Показывают новое изобретение – парикмахерская машинка. Суешь в неё пять рублей, а потом – голову. Стрижёт по высшему качеству: аккуратно, модно. Кто-то спрашивает: «Но ведь у людей разного размера головы, разные формы черепа, как всё это учесть?» «Конечно, всё это есть, но только до первой стрижки», – отвечают ему.

«Мы можем потерять те 5–7% одарённых детей, которые в будущем должны двигать прогресс», – резюмировал Москвин-Тарханов. Он даже предложил провести подсчёт: сколько из нынешних отличников ЕГЭ по математике сможет пережить первый семестр в ведущих столичных естественнонаучных вузах. Если значительное число не пройдёт проверки настоящей наукой, то эксперимент ЕГЭ можно смело признавать провальным, полагает Москвин-Тарханов. Впрочем, своё мнение по этому поводу он уже сформировал: «ЕГЭ – это угроза будущему государства».

Ещё одна серьёзная проблема ЕГЭ – мало кому понятная шкала оценок: как набранные баллы превращаются в реальные оценки, как эти оценки соотносятся, в свою очередь, с баллами, необходимыми для поступления в вуз. «Я долго беседовал со специалистами и вроде как понял, что они имеют в виду, – рассказал глава комиссии по науке и образованию Мосгордумы Евгений Бунимович. – Но как объяснить эти принципы людям, я не знаю». Участники заседания сошлись во мнении: полная неопределённость в принципах составления шкалы отметок – один из важнейших факторов, вызывающих общественное раздражение против ЕГЭ.

Учитель русского языка и литературы московского центра образования № 57 Сергей Волков вспомнил пример своего сына. Тот из всего трёхступенчатого ЕГЭ по русскому языку не ответил лишь на половину одного из заданий: неправильно совместил два слова с их определениями (одно из них – («парцелляция»). В итоге вместо 100 баллов он получил 87, что явно создаст ему препятствия для поступления на лингвистический факультет университета. Каким образом можно за ползадания потерять 13 баллов, не понял и учитель.

Координатор проекта ЕГЭ – Федеральная служба по надзору в области образования и науки (Рособрнадзор) – оправдывается как может. И козырь у ведомства серьёзный. «По данным вузов, реальный «выход» из школы на 30–50% не совпадает со школьными оценками по традиционной системе», – говорит замначальника управления контроля и оценки качества образования Рособрнадзора Татьяна Бархатова.

Другими словами, многие школьные пятёрочники и при прошлой системе в реальности не соответствовали по своему уровню знаний полученным оценкам: поступить в вуз многие из них не могли. Никто не будет оспаривать и страшную коррупцию, пронизавшую нынешнюю систему образования. Оценки что в школе, что при поступлении в вуз если и не полностью зависят от финансовых возможностей, то вполне могут быть с помощью денег «подправлены». «Поставлена государственная задача – создать систему объективной оценки знаний учащихся, – говорит Бархатова. – Возврат к традиционной системе невозможен». Депутат Мосгордумы, бывший директор школы Татьяна Потяева в чём-то согласна: «Я всегда больше доверяла оценке знаний своих учеников по международным стандартам, а не оценкам в аттестате». Сумели же американцы наладить тестовую систему так, что с помощью неё собирают действительно лучших учёных со всего мира, говорит она.

Осталось только понять, сколько ещё будет поломано детских судеб, прежде чем всероссийский эксперимент ЕГЭ отшлифуют до блеска. Пока, согласно опросу 300 лучших московских учителей, лишь трое из них (1%) считают, что ЕГЭ улучшит уровень отечественного образования.

Опубликовано:
Отредактировано: 07.07.2008 10:43
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх