// // Майдан контролируют не оппозиционные политики, а неизвестные вожди самообороны

Майдан контролируют не оппозиционные политики, а неизвестные вожди самообороны

486

Пригнись, хлопче!

Фото: РИА Новости
Фото: РИА Новости
В разделе

Всю прошлую неделю день ото дня новости из Киева поступали всё тревожнее. Власти официально подтвердили гибель двух человек, оппозиция говорит о пяти. Около 100 человек задержаны. Пострадали около 250 правоохранителей. МВД Украины заявило о ликвидации банды, поставлявшей на Евромайдан оружие, но предупредило о том, что готовятся новые провокации – якобы в Киеве орудуют около 20 экстремистских группировок. Корреспондент «Нашей Версии» побывал на месте событий.

Майдан в центре Киева напоминает пункт помощи бездомным – повсюду железные печки и раздача горячей еды. Точно сказать, сколько людей находится в лагере в тот или иной момент, невозможно: кто-то приходит, кто-то уходит, кто-то ходит на Майдан как на работу. Молодой киевлянин Максим работает менеджером по продажам в одном из магазинов компьютерной техники. После смены на несколько часов приходит на Майдан – поддержать людей. «Ты пойми, они нас боятся, только когда нас много», – объясняет он. Собственно, сколько людей в тот или иной момент находится в лагере протестующих – главный секрет оппозиции. Многие дежурят по ночам, а днём отсыпаются в палатках.

Протестующие боятся бригад следствия в больницах

В 200 метрах от мирного Майдана идёт небольшая гражданская война. Полем битвы стала улица Грушевского, ведущая к зданиям кабинета министров и Верховной рады. «Пригнись, хлопче!» – орёт мне в ухо какой-то дедушка, с неподдельным интересом наблюдающий за тем, как молодёжь в масках швыряет камни через сгоревшие накануне милицейские автобусы. За останками служебного автотранспорта – кордоны милиции и «Беркута». Оттуда с интервалом в пять минут прилетают светошумовые гранаты, оглушающие на несколько секунд всех, кто оказывается рядом. Дедушка не пригибается, а лишь смеётся: «Мне ничего, я и так глухой!»

Гранатами дело не ограничивается – милиция время от времени использует снайперов, стреляющих резиновыми пулями. Простое попадание оставляет на теле крупный кровоподтёк – при попадании в глаз или голову вполне возможен летальный исход. Прямо на улице, перед колоннадой стадиона «Динамо», мобильные бригады «медицинской службы», организованной протестующими, оказывают помощь раненым. Большинство травм лёгкие: кто-то надышался слезоточивым газом, кого-то зацепила пуля. Но есть и серьёзно пострадавшие, их отправляют на Майдан в здание Совета профсоюзов Украины. Почему не в больницу? На Майдане говорят о бригадах следователей, которые якобы ходят по клиникам, отлавливая пострадавших участников протеста.

Резиновые «пенки» – экипировка не хуже, чем у «Беркута»

Столкновения не прекращаются с прошлого воскресенья. Отряды милиции удерживают за собой Мариинский парк и верхнюю часть улицы Грушевского. Собственно линия фронта проходит на уровне входа на стадион «Динамо», между колоннами которого прячутся наиболее воинственные активисты. Огромный рекламный щит, стоящий рядом со стадионом, служит прикрытием для десятка молодых спортивных людей, прямо перед телекамерами украинских и иностранных каналов смешивающих «коктейль Молотова» и разливающих его в стеклянные бутылки. «Только лица не снимайте!» – просят они. Впрочем, лица у большинства бойцов и так закрыты масками или противогазами. У одних на голове строительные каски, у других – велосипедные или мотоциклетные шлемы. Последняя мода – обматывать ноги и руки резиновыми ковриками-«пенками». Получается экипировка не хуже, чем у «Беркута», говорят бойцы. Говорят, кстати, не только по-украински, но и по-русски. Примерно половина активно воюющих с милицией – футбольные ультрас, агрессивные фанаты. Обычно враждующие между собой, на этот раз они заодно – против власти. С милицией у них давние счёты. Другая часть бойцов – активисты ультранацио-налистических группировок. Теоретически и тех и других кто-то должен контролировать, но в реальности на поле боя настоящий хаос. На другой стороне улицы пожилые дамы стучат палками по листам железа – считается, что грохот действует как психологическое оружие. Милиция, правда, к грохоту уже привыкла и не обращает на шум внимания.

По теме

Активисты пытаются привлечь на свою сторону милиционеров

«Граната!» – звучит крик. Через мгновение – взрыв. Клуб белого дыма на несколько секунд скрывает половину площади. К пострадавшим устремляются люди в футболках с красным крестом, надетых прямо поверх зимних курток. Нашатырь, спрей против слезоточивого газа – и бойцы вновь подбирают камни и готовят бутылки с зажигательной смесью. Одного из активистов, пошатывающегося, ведут в сторону Майдана – для него, видимо, на сегодня бой окончен. «Чай горячий кому?» – в минуты относительного затишья среди собравшихся появляются парни и девушки, предлагающие горячий чай и бутерброды – как бойцам, так и зрителям и журналистам.

Чуть выше по склону, в стороне от многострадальной улицы Грушевского, металлическая ограда отделяет Мариинский парк от территории стадиона «Динамо». Взрывы, пули и «коктейли Молотова» – внизу, а тут нечто вроде Гайд-парка, где разворачиваются дискуссии между пожилыми протестующими и стоящими в оцеплении сотрудниками милиции. «Это ж наши дети!» – убеждают одни. «А чего они кидаются?» – отвечают другие. Вопрос не праздный: смысла в атаках на милицию, которая даже не приближается к Майдану, немного. Захватить Верховную раду и здание правительства протестующие не могут, и сами это прекрасно понимают.

Тем временем в сотне метров от поля боя, на Европейской площади, формируется новый отряд бойцов. Люди организованно покидают укреплённую баррикадами территорию Майдана и строятся в небольшие «коробочки» по 20–30 человек, после чего бегом выдвигаются на позиции. Навстречу им также бегом отходит отвоевавшаяся смена – на отдых. Точное число бойцов неизвестно, на Грушевского воюет пара сотен человек, которым противостоят около 2 тыс. милиционеров и сотрудников спецподразделения «Беркут». Разумеется, у милиции есть резервы. Но они есть и у протестующих. Число готовых к уличному бою активистов, находящихся в здании Совета профсоюзов на Майдане, не известно никому, при этом ряды самообороны постоянно пополняются.

Еженедельные «народные вече» приелись

Простые киевляне, которых Майдан за прошедшие два месяца уже достал, не скрывают своих чувств. «Ни пройти ни проехать! Понаехали со Львова, с Тернополя, сидят тут, орут, что они – главные патриоты», – возмущается Ростислав. Сам он учитель биологии в школе в одном из спальных районов Киева, жена Елена преподаёт английский. «Мы тоже украинцы, мы тоже за всё хорошее, за Европу, но не так же!» Примерно треть учеников Ростислава в последние дни спит на уроках – ночью они дежурят на Майдане. Успеваемость падает, но двоек никто никому не ставит – «у них же выпускной класс, когда всё закончится, они нагонят». В то, что всё закончится, верят в центре Киева все. Вопрос лишь, чем закончится и когда.

Арсений Яценюк, Виталий Кличко и Олег Тягнибок, которых поначалу называли лидерами протеста, сегодня вряд ли контролируют происходящее на Майдане и вокруг него. Еженедельные «народные вече» постепенно приелись, люди явно хотят активных действий, и большинство протестующих поддерживают именно боевиков, дерущихся с милицией, а не политиков, называющих любое столкновение «провокацией». Власть в лице президента Виктора Януковича села за стол переговоров с лидерами оппозиции как раз в тот момент, когда реальный ход событий зависит не столько от политиков, сколько от мало кому известных вождей отрядов самообороны Майдана, чьи требования – отставка президента и правительства и роспуск Верховной рады – вряд ли будут выполнены властью, направляющей в помощь киевскому «Беркуту» милицейские спецподразделения из других регионов страны.

Опубликовано:
Отредактировано: 27.01.2014 14:33
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх