// // Чистка правоохранительных органов породит более 200 тысяч деклассированных элементов

Чистка правоохранительных органов породит более 200 тысяч деклассированных элементов

443

Банд формирование

Сотрудникам милиции сложно найти применение своим навыкам
Фото: Лаура Ильина
Сотрудникам милиции сложно найти применение своим навыкам Фото: Лаура Ильина
В разделе

Аттестация милиционеров идёт полным ходом: по словам главы МВД Рашида Нургалиева, пройти её должны ещё порядка 900 тыс. сотрудников. Закончится неприятная для личного состава процедура, как ожидается, 1 июня этого года. После этого общая численность полицейских уменьшится на 10–12% по сравнению с милиционерами. Ожидается, что за бортом профессии окажутся неучи, взяточники и садисты. Неплохо, конечно, но возникают резонные вопросы: а куда, собственно, трудоустроятся «вычищенные» и не породит ли большая милицейская чистка новой волны организованной преступности?

Аттестация, конечно, дело полезное, вот только правила, по которым она проходит, меняются буквально по ходу действия. Выступая на коллегии МВД 22 марта, президент Дмитрий Медведев заявил: «Аттестация должна быть серьёзным экзаменом и должна позволить очистить органы внутренних дел от тех, кто скомпрометировал себя, или тех, кто не готов работать по профессиональным качествам». Казалось бы, слово сказано – «очистить». Вначале Рашид Нургалиев так и заявил: всех, кто не пройдёт процедуру, уволим из органов. Но после того, как аттестацию завалил генерал-майор Владислав Волынский, занимавший должность начальника штаба МВД и, по слухам, являвшийся правой рукой главного реформатора – замминистра Александра Смирного, правила, от греха, переиграли. «Многие из тех, кто попадёт или уже попал под сокращение, покинут наши ряды просто потому, что служба в полиции – это не их призвание», – заявил на днях глава ведомства в интервью «Российской газете».

Ключевое слово теперь «многие». Многие, но не все. Нургалиев объяснил, что сделают с теми, кто не пройдёт аттестацию, но кого пощадят и оставят в профессии: их просто переведут на нижестоящую должность. Всего-то. И тем не менее счёт уволенных милицейских генералов идёт на десятки. К моменту сдачи материала в номер их общее число стремится к 60.

Всего же по указу главы государства число генералов уменьшится с 450 до 340 человек. Если же сосчитать, сколько всего милиционеров останется за бортом полицейской реформы, получается впечатляющая цифра – 300 тысяч. И это уже не заявленные 10–12%: в августе прошлого года, когда реформы были ещё на бумаге, штат сотрудников МВД насчитывал порядка 1,4 млн человек. Сегодня, в апреле 2011 года, в структурах министерства работают около 1,2 млн сотрудников. А после переаттестации, к лету этого года, штатная численность полицейских составит 1,1 млн человек. Вот и считайте. Триста тысяч оставшихся без работы людей со специфическими навыками, особенной психикой, а зачастую и с вредными привычками – это страшно. Ожидать, что все они безболезненно переквалифицируются в управдомы по меньшей мере наивно.

Конечно, реформировать органы нужно было давно. Помимо леденящих кровь историй об издевательствах, чинимых над задержанными в отделениях милиции, в МВД имелись ещё две серьёзные проблемы, фактически не имевшие решения. Первая – массовое взяточничество. По словам главы Следственного комитета Александра Бастрыкина, на сегодняшний день более 40% всех возбуждённых в стране уголовных дел о коррупции приходится на правоохранительные органы. Причём лидирует МВД, и с приличным отрывом, оставив далеко позади Вооружённые силы и органы местного самоуправления. Президент Дмитрий Медведев назвал озвученную Бастрыкиным статистику «печальной и опасной».

По теме

Другая, не менее важная и тоже нерешаемая проблема – фальшивые документы, которые подают соискатели милицейских окладов при приёме на работу. Сам Рашид Нургалиев недавно признался, что в стране есть регионы, где примерно у четверти его подчинённых купленные дипломы о специальном образовании. Полтора года назад департамент собственной безопасности МВД РФ проводил массовую проверку образовательных документов сотрудников, всего тогда проверили 40,7 тыс. дипломов, представленных милиционерами при приёме на службу и при переходе на новую должность.

«Больна вся система, – считает зампред Комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков. – У меня есть справка Генпрокуратуры: все пойманные на сегодняшний день террористы, устраивавшие в Москве кровавые шабаши, имели на руках паспорта с изменёнными сведениями о личности владельца, которые они покупали у сотрудников милиции. За деньги фальсифицируются уголовные дела. Само собой, система нуждается в ломке. Но, какой вред причинят летящие щепки, сказать не берусь».

Кстати, Многовато.

Разумеется, чистка – наиболее радикальное и, пожалуй, наиболее действенное средство реформирования правоохранительных органов. Но то, как она проходит на местах, наводит на грустные размышления.

Геннадий Гудков обращает внимание на то, что милиционеры вынуждены платить начальству отступные, чтобы не попасть под сокращение. Уже и прейскурант сложился: место рядового сотрудника стоит от 12 до 20 тыс. рублей, сержантские лычки потянут на все 70, а лейтенантские звёздочки уже на все 100–120 тысяч. Майорские погоны – полмиллиона. Можно ли купить генеральские лампасы, Гудков не уточнил. Может быть, таковые и не продаются – не продавали же простым смертным в советское время «Чайки». А «Запорожцы» и «Москвичи» – запросто. Ну а не заплатишь – объявят выговор: попробуй, пройди с ним аттестацию.

Руководство МВД успокаивает: мол, устроятся бывшие сотрудники неплохо, они же юристы. Но и здесь присутствует доля лукавства – дипломы о юридическом образовании имеют лишь около 40% личного состава.

Но статистика, которая знает всё, знает и то, куда собираются трудоустроиться те, кто аттестацию не пройдёт. Так вот, более половины уволенных (55%) попытаются найти наёмную работу, 32% откроют своё дело и лишь 8% уйдут на заслуженный отдых. Те, кто ищет работу по найму, готовы согласиться на ставку менеджера по безопасности, охранника или даже «специалиста по взысканию задолженности».

Михаил Пашкин в то же время считает, что часть уволенных ожидает весьма экзотическое трудоустройство: после того, как их вычистят из органов, они откроют посреднические конторы. А заниматься будут новым нехитрым промыслом – служить передаточным звеном между правоохранительными органами и частными лицами. Надо за кем-то последить, используя материальную базу МВД – пожалуйста, плати деньги посреднику, а он договорится с бывшими коллегами за долю малую. Понадобилось кому-то «решить вопрос» с уголовным делом – тоже запросто. И так далее. Таким образом, может сложиться весьма зловещая система, в которой «базис», состоящий из уголовных элементов, получит «надстройку», состоящую из бывших ментов, которые фактически смогут обеспечивать «крышу» кому угодно, от рыночных торговцев до владельцев крупного бизнеса. И получается, что сокращение не только не сократит размеры коррупции в МВД, но даже будет способствовать её разрастанию.

Но вернёмся к знающей всё статистике. По прикидкам, примерно 5% уволенных устроятся на работу охранниками. Порядка 20–30 тыс. человек найдут работу в околобанковской сфере – скажем, коллекторами. Будут выбивать деньги у злостных неплательщиков по кредитам. Банки сейчас всё чаще продают долги граждан коллекторским агентствам, которые впоследствии и выколачивают из должников свой хлеб насущный. Тут-то вчерашним ментам и пригодится их умение хамить, угрожать и вымогать деньги.

Ещё порядка 10 тыс. бывших сотрудников милиции обоснуются в МЧС и федеральных службах исполнения наказаний (ФСИН), судебных приставов (ФССП) и службе по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН). Всего получается порядка 50–55 тыс. человек. А остальные? А остальным ещё придётся доказывать, что они не верблюды: стереотип-то не переломить. Раз уволили, значит, провинился. В МВД не устают повторять, что в ходе чистки сокращают не людей, а должности, ставки. Но кому из потенциальных работодателей это вообще интересно?

Те, кто организовывал ход реформы, забыли недавнее постсоветское прошлое. В начале 90-х была точно такая же массовая волна увольнений из органов. Многие сотрудники милиции пополнили собой организованные преступные группировки. Чем это закончилось? Невиданным доселе всплеском преступности. Сегодня всё может повториться ещё раз. И тогда оставшиеся в штате полицейские снова столкнутся лицом к лицу со своими бывшими коллегами.

Опубликовано:
Отредактировано: 11.11.2016 15:19
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх