// // Власти хотят отрегулировать кражи 3 процентов ВВП России

Власти хотят отрегулировать кражи 3 процентов ВВП России

453

Контрольная госзакупка

2
В разделе

Вопрос о необходимости серьёзных изменений в существующей системе госзакупок президент Дмитрий Медведев поднял после знаменитого ныне разговора с главой контрольного управления своей администрации Константином Чуйченко в октябре 2010 года. Тогда «кремлёвский ревизор» озвучил президенту данные по «откатам» в сфере госзакупок. Согласно его информации, они на тот период составили 32,5 млрд долларов, или 1 трлн рублей, то есть 2,9% ВВП. Медведев уже в ноябре поручил профильным ведомствам подготовить новую редакцию закона о госзакупках. Ведомства засучили рукава и выдали не один, а целых два документа, что породило не здоровую конкуренцию, а жёсткое противостояние. Победителя в схватке Минэкономразвития и ФАС предстоит выявить на этой неделе. В четверг на заседание правительства может быть вынесен вопрос о реформе госзакупок, снятый с повестки дня прошлого заседания. В случае если решения не будет, в пятницу его примет президент – 1 апреля истекает срок, установленный им для совершенствования системы госзакупок и госзаказа.

Президенту и премьеру, похоже, придётся выступить не только арбитрами в ведомственном споре, но и выбрать для страны систему, которая станет основой либо коррупции, либо её преодоления на ближайшие годы. Между тем решения ряда проблем нет ни в одном из вариантов. В частности, под вопросом остаётся организация закупки высокотехнологичного оборудования. Уже сейчас науку трясёт: то недостаток оборудования вызывает отток учёных за рубеж, где есть возможность работать в хорошо оснащённых лабораториях, то попытка «влить» деньги в отдельные распиаренные проекты (типа ГЛОНАСС) кончается конфузом и приходом следователей.

Итак, что предлагает Минэкономразвития. По версии ведомства, концепцию для которого разрабатывали специалисты Высшей школы экономики, нынешний закон о госзакупках ФЗ-94 не годится в принципе. Прежде всего потому, что привязан к цене закупаемого товара. В результате сплошь и рядом конкурсы выигрывают не лучшие товары и не надёжнейшие поставщики, а фирмы «рога и копыта», которые просто не могут поставить продукцию надлежащего ассортимента и качества. А то, что действующий закон привёл к увеличению госзаказа, размещаемого на внеконкурсной основе, в Минэкономразвития считают свидетельством «исчерпания антикоррупционного потенциала текущего нормативного правового регулирования в области государственных закупок».

Ведомство Набиуллиной предлагает разработать совершенно новый закон – «О федеральной контрактной системе». Основные постулаты концепции: утверждение презумпции невиновности заказчика, возможность нескольких форм выбора подрядчика или поставщика, куда помимо конкурсов, в том числе с предварительной квалификацией их участников, входят и так называемые конкурентные переговоры. По мнению авторов, необходимо расширить свободу выбора заказчика при размещении контракта, а больше прозрачности процесса можно добиться за счёт прогнозирования закупок, мониторинга контрактов и анализа результатов их выполнения.

В результате должна сложиться система контрактов, в которой у чиновников появится больше свободы, а у проверяющих – возможность контролировать не каждую отдельную закупку, а весь процесс госзаказа, оценивая его коррупционность по эффективности вложения бюджетных средств.

ФАС же выступает решительно против уничтожения существующего ФЗ-94. Во-первых, потому, что за время его существования с 2005 года уже сложилась довольно стройная система. Ни один закон невозможно исполнить в полной мере без подзаконных правил: ведомственных приказов, актов, утверждённых норм. «Если мы сейчас убираем всё то, чего мы достигли, делаем новый закон, значит, заново делаем новые подзаконные нормативные акты, а их было принято более 30. Значит, мы разрушаем полностью всю инфраструктуру системы госзаказа», – поясняет глава департамента ФАС по контролю за размещением госзаказа Михаил Евраев.

По теме

Особое беспокойство ФАС вызывает как раз центральный постулат нового законопроекта – переход от торгов на систему контрактов. ФАС указывает на то, что контрактная система убивает существующую систему электронных торгов. Электронные торги, когда выбор поставщика или подрядчика делается не на основе закрытого от посторонних запроса котировок, а в открытом для всех режиме онлайн, – одно из любимых детищ ФАС. Более того, недавно сертификаты электронной цифровой подписи (ЭЦП), без которой невозможно участие в электронных торгах, начали получать не только юридические, но и физические лица. То есть появилась возможность увеличить конкуренцию на 10–15% за счёт участия индивидуальных предпринимателей. К тому же с ИП, в том числе за счёт особенностей налогообложения, чиновникам гораздо труднее договориться об «откатах».

ФАС считает нужным не уничтожать, а совершенствовать имеющийся закон ФЗ-94. В частности, антимонопольное ведомство предлагает пересмотреть порядок проведения конкурсов, минимизировав влияние на выбор победителя субъективного мнения членов жюри. Предлагаются такие изменения, как введение типовых контрактов, учитывающих жизненный цикл товара, а также запрет чиновникам покупать потребительские товары бизнес-класса. Госзаказчики должны будут обосновывать начальную цену контракта, а сэкономленное направлять в специальный фонд, из которого средства пойдут как на повышение зарплат чиновникам, так и на инновационное развитие страны. Число способов закупки ФАС предлагает ещё более сократить, заменив запрос котировок (применяется при закупке на сумму до 500 тыс. рублей) укороченным электронным аукционом.

Сложилась уникальная ситуация: сейчас у правительства есть два варианта развития системы госзаказа в России, причём на данный момент они кардинально противоположны по заложенной в них идеологии борьбы с коррупцией. У ФАС – антикоррупционной является сама процедура, подразумевающая жёсткие правила и публичность. У Минэкономразвития – система мониторинга и контроля эффективности действий чиновников, которые получают определённую свободу.

«Законопроект о контрактной системе, который предлагают Минэкономразвития и Высшая школа экономики, не разрушает, а усиливает коррупционные практики при осуществлении госзакупок. Чиновник получает полную свободу тратить бюджетные деньги», – убеждён Евраев. «Нельзя ничего сделать, если считать всех ворами», – парирует советник главы Минэкономразвития Ольга Анчишкина.

Экспертное и профессиональное сообщество в этом споре не помощник – оно разделилось практически напополам. Так, позицию ведомства Набиуллиной поддержала Счётная палата, после того как выступавший в ней глава представительства Всемирного банка в России Педро Альба раскритиковал существующий закон. «РФ использует механизм обратных аукционов, когда подрядчик выбирается от наименьшей цены. На наш взгляд, этот подход не является самым эффективным», – пояснил он.

Председатель Комитета Госдумы по строительству и земельным отношениям Мартин Шаккум согласился с высказанной Минэкономразвития идеей о необходимости модернизации системы госзакупок на основе презумпции добросовестности заказчика.

Вице-премьер Сергей Иванов также поддержал концепцию Минэкономразвития. Выступая 19 марта на отчётной коллегии Минобрнауки, он отметил, что «уже несколько лет слышит от министерств жалобы и претензии по поводу закона о госзакупках». «Невозможно закупать для госнужд сложную технику, заказывать проектирование атомной электростанции или строительства автомагистрали по закону, который приспособлен под закупку картошки», – сделал вывод вице-премьер.

Позицию ФАС защищают прежде всего Минфин, который заинтересован в снижении коррупционной составляющей из-за дефицита бюджета, и деловое сообщество, являющееся поставщиком товаров и услуг.

Так, «Единая электронная торговая площадка», объединяющая почти 50 тыс. исполнителей госзаказов, собирает подписи под обращением к президенту и правительству. «Ознакомление с концепцией Минэкономразвития показало, что изменение правил размещения государственных заказов на электронных аукционах полностью ликвидирует существующие сегодня возможности получить государственный контракт в честной ценовой борьбе», – говорится в обращении участников торгов.

По теме

Поддержало ФАС и объединение малых и средних предпринимателей «ОПОРА России». По словам его президента Сергея Борисова, в действующем законе есть ряд прогрессивных и полезных норм. В частности, до 20% госзакупок сейчас должно производиться у предприятий малого и среднего бизнеса, а результаты аукционов можно обжаловать в течение пяти дней.

В аргументах сторон достаточно часто звучит мысль о том, что хорошо бы здравые идеи из концепции Минэкономразвития внести в существующий закон. Или, наоборот, перенести в новый закон некоторые положения ФЗ-94 и поправки, предлагаемые в него ФАС.

Например, многим не нравится в нынешнем законе то, что он, по словам Шаккума, берёт за основу цену, но мало внимания уделяет качеству. «Участники рынка это очень хорошо понимают и «обувают» государство где можно и как можно!» – негодовал недавно ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Ответом ему были ехидные предположения о том, как и где чиновники будут проводить «конкурентные переговоры», результатов которых общественность уже никогда не узнает, если сведения о закупке позолоченных кроватей и туалетных ёршиков по цене золота больше не будут попадать в открытые для общественности источники, в частности в интернет-систему заявок.

В результате по итогам совещания в прошлую среду у первого вице-премьера Игоря Шувалова было решено сохранить ФЗ-94. «Мы будем реформировать другие звенья. А 94-й закон будет жить», – не скрывал своего удовлетворения после совещания глава ФАС Игорь Артемьев. По его словам, было решено, что в доработке нуждаются комплекс долгосрочного планирования госзаказа, контроля качества закупленной продукции и вопросы квалификации поставщиков при заказе научно-исследовательских работ. И это первая хорошая новость в этой истории.

Критика вице-премьером Сергеем Ивановым существующей системы госзакупок прозвучала на коллегии в Минобрнауки не случайно. На прошлой неделе президиум Сибирского отделения РАН призвал Госдуму объявить мораторий на действие ФЗ-94 для всех бюджетных научных организаций. Учёные отмечают, что при проведении как фундаментальных, так и прикладных исследований невозможно заранее спланировать все необходимые закупки и введение нового номенклатурного перечня к закону о госзакупках, которое предлагает ФАС, приведёт к изменению схем экспериментов. По мнению учёных, ухудшение условий для выполнения научно-исследовательских работ станет дополнительным фактором, ведущим к оттоку талантливой научной молодёжи за рубеж.

А молодые учёные даже направили открытое письмо президенту. ФЗ-94 неприменим в сфере научных исследований, говорится в письме: он вынуждает исследователей покупать не те приборы и реактивы, которые нужны для выполнения работы, а те, что поставщик предлагает за более низкую цену, даже при неприемлемо низком качестве.

Но учёным не нравится и концепция Минэкономразвития. Прежде всего тем, что даёт свободу действий не учёным, которым, по идее, и нужно определять необходимость того или иного оборудования, а чиновникам, которые за научные результаты отвечать не будут.

Между тем в системе РАН уже научились нивелировать недостатки существующей системы. «Мы концентрируем ресурсы на определённых, прорывных направлениях. Например, создаём центр электронной микроскопии: закупаем самое современное оборудование и, разместив его в одном из наших профильных институтов, где имеются необходимые для обслуживания приборов специалисты, даём к нему доступ всем учёным отделения», – поясняет «Нашей Версии» первый зампред Дальневосточного отделения РАН академик Александр Ханчук.

Закупки в такие центры проводят не через чиновников, а через созданные в отделениях РАН приборные комиссии, которые, по словам председателя Приборной комиссии Сибирского отделения РАН академика Ренада Сагдеева, состоят из представителей институтов отделения. Раз в год комиссия собирает заявки со всех институтов и тайным голосованием определяет первоочередных получателей приборов. Приоритет отдаётся закупкам для тех самых центров коллективного пользования, а также участников программ президиума РАН и правительственных программ. При этом решение комиссии передаётся в объединённые учёные советы по разным наукам, которые могут внести свои коррективы, а уже оттуда – на утверждение бюро президиума РАН. Система сложная, но зато позволяет учитывать интересы всего научного сообщества, замечает Ханчук. Коррупция, по мнению академика, в таких условиях невозможна не только из-за многоступенчатой системы утверждения, но и потому, что вся работа по выбору оборудования ведётся открыто, а решения принимают не чиновники, а действующие учёные, для которых результаты исследований и собственная репутация дороже денег.

Между тем кусок, которым наивные академики распоряжаются по собственному разумению, сегодня не так уж мал: по словам Сагдеева, за последние 13 лет правительство резко увеличило объёмы финансирования на закупку оборудования для РАН – до 50 млн долларов в 2010 году. И вряд ли найдётся бюрократическая структура, которая не захочет получить доступ к освоению таких сумм.

Сегодня учёные, как могут, отбиваются от попыток ФАС заставить их покупать, условно говоря, самый дешёвый микроскоп. Однако если принять сторону Минэкономразвития, то завтра им уже придётся отбиваться от намерения чиновника купить самый дорогой, но не самый нужный прибор. «Когда мы критиковали ФЗ-94, то надеялись, что законодатели развяжут учёным руки – нам ведь важны результаты научных исследований, это лучшая гарантия честности. А вместо этого концепция ВШЭ развязывает руки чиновникам, которые никак не ответят за состояние науки», – недоумевают в РАН. И, тихо надеясь на здравый смысл, всё же заранее подсчитывают, сколько учёных уедет работать за рубеж, в случае если им так и не дадут права решать, на каком оборудовании им сподручнее делать открытия.

Опубликовано:
Отредактировано: 28.03.2011 12:44
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх