// // В Красной армии порядок навели царские генералы

В Красной армии порядок навели царские генералы

580

Со своим уставом

Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Вечером 1 (14) марта 1917 года Петроградский совет рабочих и солдатских депутатов выпустил печально знаменитый Приказ № 1. Именно с этого момента начался развал русской армии, приведший через год к заключению позорного Брестского мира с Германией и её союзниками. Впрочем, те, кто 3 марта 1918 года ставил свои подписи под договором, фактически признававшим поражение России в Первой мировой войне, проигравшими себя не считали. Не уничтожив армию, революционеры просто не смогли бы захватить власть. А заключив сепаратный мир, большевики тут же занялись восстановлением военной дисциплины.

Согласно Приказу № 1 во всех ротах, батальонах, полках, парках, батареях, эскадронах и отдельных службах разного рода военных управлений и на судах военного флота предписывалось немедленно выбрать комитеты представителей от нижних чинов. Именно этим комитетам и Совету рабочих и солдатских депутатов, как высшей инстанции, впредь должны были подчиняться воинские части во всех своих политических выступлениях. Даже приказы военной комиссии Государственной думы следовало исполнять, только если они не противоречили постановлениям совета. Офицеров лишили реальных рычагов управления: под полный контроль выборных комитетов переходило всё оружие (винтовки, пулемёты, бронированные автомобили и прочее). Его нельзя было выдавать офицерам «ни в каком случае». Заодно отменялось обязательное титулование офицеров, вставание во фронт и отдавание чести вне службы и т. д.

На первый взгляд казалось, что Приказ № 1 не слишком угрожал боеспособности ведущей войну армии. Во-первых, немедленное и точное его исполнение требовалось только от гарнизона Петроградского округа. Во-вторых, пункт шестой гласил, что «в строю и при отправлении служебных обязанностей солдаты должны соблюдать строжайшую воинскую дисциплину» и лишь «вне службы и строя, в своей политической, общегражданской и частной жизни, солдаты ни в чём не могут быть умалены в тех правах, коими пользуются все граждане». Однако ограничения эти остались на бумаге, а вот всё, что касалось разрушения военной дисциплины, воспринято было на ура!

Распоряжения совета посчитали руководством к действию на фронте повсеместно, тем более что сразу вслед за ними последовал приказ занявшего во Временном правительстве пост военного и морского министра Александра Ивановича Гучкова. Он внёс соответствующие изменения в духе «демократизации армии» в устав внутренней службы, санкционировав отмену титулования и запрет обращения к солдатам на «ты», разрешив рядовым курить на улицах и в других общественных местах, играть в карты и т. д.

«Последствия были совершенно неожиданные для лиц, не знавших солдатской психологии. Строевые же начальники понимали, что если необходимо устранить некоторые отжившие формы, то делать это надо исподволь, осторожно, а главное, отнюдь не придавая этому характера «завоеваний революции», – вспоминал генерал Антон Иванович Деникин. – Солдатская масса, не вдумавшись нисколько в смысл этих мелких изменений устава, приняла их просто как освобождение от стеснительного регламента службы, быта и чинопочитания: Свобода, и кончено!».

Армия мгновенно потеряла управляемость, на что, собственно, и рассчитывали революционеры. «Приказ № 1 не ошибка, а необходимость, – признавал входивший в Совет рабочих и солдатских депутатов Иосиф Гольденберг. – В день, когда мы «сделали революцию», мы поняли, что, если не развалить старую армию, она раздавит революцию. Мы должны были выбирать между армией и революцией. Мы не колебались: мы приняли решение в пользу последней и употребили – я смело утверждаю это – надлежащее средство».

По теме

После того как большевики пришли к власти, Приказ № 1 бумерангом ударил по ним – враждебные войска фактически не встречали сопротивления. И было принято решение как можно быстрее восстановить прежние порядки. «Мы – оборонцы теперь, с 25 октября 1917 г., мы – за защиту отечества с этого дня, – провозгласил Ленин 15 (28) февраля. – Но именно потому, что мы – за защиту отечества, мы требуем серьёзного отношения к обороноспособности и боевой подготовке страны. Мы объявляем беспощадную войну революционной фразе о революционной войне. К ней надо готовиться длительно, серьёзно, начиная с экономического подъёма страны, с налажения железных дорог (ибо без них современная война есть пустейшая фраза), с восстановления всюду и везде строжайшей революционной дисциплины и самодисциплины».

22 апреля 1918 года ВЦИК утвердил «Формулу торжественного обещания воинов РККА», в которой были слова: «Я обязуюсь строго и неуклонно соблюдать революционную дисциплину и беспрекословно выполнять все приказы командиров».

Лидеры большевиков, как опытные пропагандисты, не уставали напоминать, что на смену царским «палочным порядкам» должна прийти революционная дисциплина, но вот заниматься её установлением призваны были высшие чины прежней армии. Им поручили не только оперативное руководство войсками, но и разработку самых основ функционирования РККА. Впрочем, основы эти придумывать заново не собирались. С согласия Троцкого новые воинские уставы должны были создаваться на основе царских.

Учреждённую приказом Всероссийского главного штаба № 52 от 27 августа 1918 года комиссию для пересмотра Устава полевой службы возглавил генерал-лейтенант царской армии Алексей Евгеньевич Гутор. Вскоре её сделали Главной уставной комиссией, подчинив ей комиссии по переработке других уставов.

Гутору в августе 1918 года исполнилось 50 лет, и у него за плечами был огромный опыт. Он учился в Московском кадетском корпусе, Михайловском артиллерийском училище, Николаевской академии Генштаба, командовал ротой и батальоном, служил в штабе Киевского округа. Во время Русско-японской войны занимал должность начальника штаба дивизии, был ранен, а затем назначен командиром пехотного полка. 4 ноября 1910 года в чине генерал-майора стал командиром лейб-гвардии Московского полка, а с марта 1913 года – начальником штаба Казанского округа. Звание генерал-лейтенанта получил уже в самом начале Первой мировой, во время которой был начальником штаба 4-й армии, командовал дивизией, корпусом, армией, а с 22 мая стал Главнокомандующим армий Юго-Западного фронта. Именно в его руках в 1918 году оказалась судьба РККА – от оперативности подготовки новых уставов и их содержания зависело многое, если не всё. Кстати, отделение, созданное для руководства разработкой уставов, возглавлял его родной брат – полковник Анатолий Гутор. Комиссия внесла требуемые коррективы в тексты прежних уставов в кратчайшие сроки. Уже 29 ноября 1918 года ВЦИК утвердил Уставы внутренней службы и гарнизонной службы, 22 декабря – Полевой устав, а 30 января 1919 года – Дисциплинарный устав. Разумеется, в текстах отразились «политические» изменения. Добавилась революционная риторика, исчезли царские реалии. Из Устава внутренней службы исключили главу о религиозных обязанностях, из Устава гарнизонной службы – торжественный церемониал, связанный с караулами, и т.п.

Опыт боевых действий во время Первой мировой также был учтён. Устав полевой службы переименовали в Полевой устав. В него внесли изменения, связанные с возросшей ролью авиации и воздушной разведки: предписывалось обращать особое внимание на маскировку войск, находящихся на отдыхе, запрещалось обозначать штабы флагами. Специально разъяснялись особенности боевых действий ночью, появился раздел «Партизанские действия».

Были и другие нововведения, но главные перемены касались ужесточения дисциплины. Уже в главе «Общие обязанности военнослужащих» Устава внутренней службы утверждалась необходимость «строго и неукоснительно соблюдать революционную дисциплину; беспрекословно выполнять все приказы командиров и комиссаров, поставленных властью Рабочего и Крестьянского Правительства», «в борьбе за Российскую Советскую Республику, за дело социализма и братство народов не щадить ни своих сил, ни самой жизни своей».

: «Каждый боец первой линии должен твёрдо помнить, что, держась во что бы то ни стало, будучи уже окружённым со всех сторон, он способствует общему делу, облегчая контратаку, которая придёт к нему на выручку. Он должен биться, пока в состоянии держать в руках оружие». Показательное изменение было внесено на заседании Бюро ЦК РКП (б) в декабре 1918 года в проект Дисциплинарного устава. Согласно статье 24 «в боевой обстановке начальник обязан, под личной своей ответственностью, принять все меры, до применения с ведома политического комиссара вооружённой силы включительно, чтобы заставить неповинующихся подчиниться его приказу, если такое неисполнение приказа может отразиться на успешном выполнении боевой задачи».

Таким образом, приходящие на службу в РККА царские офицеры и генералы получили возможность руководствоваться уставами, значительно превосходящими по жёсткости дисциплинарных требований те, что были во время Первой мировой. А рядовые вскоре пожалели о временах, когда всего-то и требовалось – отдавать честь да не курить на улице.

Опубликовано:
Отредактировано: 14.03.2011 13:06
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх