// // Тысячи детей истязают приёмные родители

Тысячи детей истязают приёмные родители

871

Малые нужды

История Глеба Агеева – одна из тысяч и одна из немногих, ставших
достоянием широкой общественности
История Глеба Агеева – одна из тысяч и одна из немногих, ставших достоянием широкой общественности
В разделе

Из США вновь пришли шокирующие новости, касающиеся ребёнка, вывезенного из России. Его приёмная мать с гордостью рассказывала в телеэфире о своей системе воспитания – с помощью холодного душа и острого соуса. Уполномоченный при президенте РФ по правам ребёнка Павел Астахов приводит действительно страшные цифры: в Америке погибли 17 усыновлённых из России детей. Вот только каждый выявленный случай жестокого обращения с детьми, вызывающий огромный общественный резонанс в США, – обыденность для России. Дети гибнут и в родных семьях, и в приёмных, и в детдомах.

У нас снова заговорили об отмене международного усыновления (между прочим, сейчас в среднем около трети всех усыновлений российских сирот приходится на западные страны), о том, что наших детей чуть ли не воруют исключительно для издевательств над ними. Уполномоченный по правам ребёнка Павел Астахов призвал не отпускать детей за границу, пока с соответствующими странами не будут подписаны специальные договоры. «У нас мало своих детей. Мы их должны оставлять здесь и определять в подготовленные приёмные российские семьи», – сказал он в одном из интервью. Но, как показывает практика, в России малыши страдают от своих родителей ничуть не меньше – как приёмных, так и родных.

У 24-летней жительницы города Демидова Смоленской области было трое маленьких детей: 7, 4 и 2 лет. 21 января мать ушла в соседнюю деревню, закрыв дверь на ключ. Ушла пить. Температура в её доме не превышает 5 градусов тепла, как выяснили следователи. Однако это обстоятельство не помешало женщине остаться у друзей на три дня. За это время младший сын погиб от переохлаждения, старших детей пришлось отправить в больницу.

Незадолго до этого произошла трагедия на Кубани. В станице Новоминской Каневского района ночью 12 января на одной из улиц от переохлаждения погибла двухлетняя девочка. Её тело нашли на обочине примерно в километре от дома; по заключению медиков, она пролежала на морозе шесть-семь часов. Это дело полно неясностей. Одни говорят, что родители избивали ребёнка, другие – что содержали её во вполне пристойных условиях.

Погибшая жила в многодетной семье (пять детей), причём 25-летняя мать проживала со своим новым мужем и их пятимесячным младенцем в одном доме, а остальные дети (от 2 до 7 лет) – в находящейся во дворе летней кухне. Местные органы опеки не находили никаких проблем в этой семье. Теперь Павел Астахов предложил местному детскому омбудсмену оценить работу этих служб. Сам он уже сделал свой вывод: к подобным трагедиям приводят равнодушие соседей, отсутствие внимания со стороны медиков и социальных работников к многодетным семьям.

Равнодушием и как следствие халатностью действительно пронизана вся система работы с многодетными семьями и сиротами. Большинство случаев гибели или тяжёлых травм детей в России – следствие халатности. Это значит, что большинство трагедий можно было предотвратить.

20 января 2011 года в Калининграде в областной больнице скончалась шестимесячная девочка. Её доставили туда из города Немана с диагнозом «закрытая черепно-мозговая травма». По предварительным данным, телесные повреждения ребёнку были причинены отчимом, находившимся в нетрезвом состоянии. Родители девочки – многодетные, у них четверо детей. Семья состояла на учёте в органах соцзащиты как малоимущая. При этом «социальный патронат в отношении семьи не осуществлялся», говорится в заявлении на сайте уполномоченного по правам ребёнка при президенте.

По теме

Ещё одна причина трагедий – полное бесправие детей, несмотря на все декларации и международные договорённости. В Усольском городском суде Иркутской области готовятся сейчас к оглашению приговоры в отношении матери и отчима, обвиняемых в истязании двухлетнего Никиты Чемезова. Год назад он умер в больнице, в которую попал ещё в апреле 2009 года. Тогда врачи обнаружили на теле младенца многочисленные гематомы и ожоги от сигарет. Ребёнку была сделана трепанация черепа, после чего его подключили к аппарату искусственного дыхания. Ему планировали сделать операцию на мозге, однако мальчик не дождался этого – травмы были несовместимые с жизнью.

Приёмные дети защищены у нас уж точно не лучше, чем в США. Можно вспомнить нашумевшую историю Глеба Агеева. В конце прошлого года Видновский городской суд признал его приёмную маму Ларису Агееву виновной в нанесении травм ребёнку и приговорил её к одному году восьми месяцам исправительных работ. Уголовное дело было возбуждено в марте 2009 года, когда трёхлетнего Глеба доставили в детскую больницу с множественными повреждениями лица и тела, в том числе термическими ожогами. На предварительном следствии ребёнок показывал, что дома его бьют. Мама, как сказал мальчик, его «дрессировала».

На днях Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан ужесточил наказание для родителей ещё одной семьи – Сафаргалеевых. На первый взгляд вполне достойные люди – воспитывали не только своих детей, но ещё и четверых из детдома. Однако в августе 2009 года в Кушнаренковской районной больнице от черепно-мозговой травмы скончался один из приёмных – трёхлетний мальчик. Следствие пришло к выводу, что травму нанесли ему члены его новой семьи.

Дальше – больше: вскоре стало известно, что постоянному насилию подвергались все неродные дети, которых регулярно били и унижали. Причём в этом участвовали не только родители, но и родные сын и дочь. Все они через год были осуждены: мужская часть этой семейки монстров (отец и старший сын) получили реальные сроки, женская (мать и её родная дочь) отделались условными. После кассации республиканской прокуратуры дело было пересмотрено, и 20 января 2011 года уже все его фигуранты получили реальные сроки.

История примечательна тем, что наказаны были не только прямые виновники, но и чиновники. Двух работников местных органов опеки и попечительства отстранили от должностей, 14 привлекли к дисциплинарной ответственности. Дело в том, что прокуратура провела проверку законности передачи приёмных детей в эту семью. И в результате обнаружила массу нарушений. «Все молчали, – говорит Павел Астахов. – Молчали и органы опеки и попечительства, обязанные контролировать приёмные семьи. Эта структура в той форме, в которой она существует на сегодняшний день в регионах, стала контрпродуктивной».

В целом российские приёмные семьи, как оказывается, куда чаще возвращают детей в детдома, чем западные. «У нас в стране крайне низкий уровень подготовки приёмных семей, – говорит Александр Гезалов, когда-то сам выпускник детского дома, а теперь руководитель целого ряда проектов по работе с сиротами. – А сопровождение таких семей, психологическое, юридическое, социальное, так вообще отсутствует». Он приводит показательную цифру: Всё, что государство для них делает, – даёт небольшие деньги на содержание, социальные службы встречают их хамством и равнодушием, а общество принимает с угрюмым видом. Это можно прочитать на интернет-форумах приёмных родителей: многие просто боятся говорить во дворе, что ребёнок приёмный. Люди в лучшем случае перейдут к насторожённому общению, а в худшем – будут попрекать теми копейками, которые выделяет в помощь государство.

Да и пристроить всех своих детей мы попросту не в состоянии. «Большинство детей-сирот в России имеют такие диагнозы, как задержка психического развития, умственная отсталость и тому подобные. Эти диагнозы ставит им система: есть такой миф, что сирота находится в кризисе. И чтобы помочь, нужно ему поставить диагноз, дабы потом проводить терапию, – рассказывает Александр Гезалов. – Однако такой диагноз – клеймо на всю жизнь: ни семьи нормальной не завести, ни работу не найти. Оказавшись в государственной системе, ребёнок становится её заложником на всю жизнь».

Гезалов полагает, что для таких детей единственный сейчас шанс стать нормальным членом общества – оказаться за границей: «Я, как руководитель проекта «Ищу маму», бывал в приёмных семьях во Франции, в Германии, Финляндии. Я видел там детей, которых никогда не усыновили бы в российские семьи – как раз из-за их тяжёлого диагноза». И сам Павел Астахов признаёт, что большинство из вывезенных за 16 лет в Штаты 60 тыс. детей живут там вполне счастливо.

Опубликовано:
Отредактировано: 07.02.2011 13:20
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх