// // России грозит волна многотысячных побоищ

России грозит волна многотысячных побоищ

493

Погромный потенциал

На Ставрополье массовые столкновения уже стали рядовыми событиями
Фото: ИТАР-ТАСС
На Ставрополье массовые столкновения уже стали рядовыми событиями Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Во второй половине этого года число правонарушений, связанных с массовыми народными волнениями и беспорядками, «заметно возросло, и по объективным причинам они вызывают серьёзный общественный резонанс» – на прошлой неделе об этом заявил первый замглавы МВД Михаил Суходольский.

Ранее представители власти от подобных заявлений воздерживались, теперь заговорили открыто. Видимо, сдерживать протестные настроения бескровными способами становится всё сложнее – об этом сегодня говорят многие политологи, – и правоохранительные органы пытаются заранее оправдать неизбежные силовые акции. А к ним в органах давно всё готово: ещё два года назад в столичном и ряде региональных главков УВД были созданы спецподразделения «быстрого реагирования» для разгона уличных акций, а суды присяжных отстранили от рассмотрения дел, связанных с уличными беспорядками. Удастся ли обуздать грядущие баталии или Россию неизбежно захлестнёт волна погромов, как это было недавно во Франции и Греции, разбирался корреспондент «Нашей Версии».

Работники милиции считают, что виной всему безнаказанность организаторов уличных акций, всякий раз отделывающихся денежными штрафами, юристы говорят о несовершенстве законодательства, а законодатели валят всё на заговор безответственных оппозиционеров. Над схваткой остаются политологи, они-то пока и ставят более-менее верный диагноз. К примеру, политолог Сергей Марков заявляет: «Беспорядки, подобные тем, что мы недавно наблюдали в Риге и Софии, сегодня могут произойти во всех странах мира, кроме тех, где есть социально ориентированная экономика. Могут они вспыхнуть и в России».

Марков подчёркивает: элементы предреволюционной ситуации в России уже есть, но, во-первых, лишь элементы, а во-вторых, они социально-экономические и в политические не перерастут по причине отсутствия в стране оппозиционной идеологии и структуры.

Впрочем, ещё пять лет назад страховщики впервые заговорили о том, чтобы ввести новую услугу – страхование имущества на случай народных волнений. Дело в том, что обычный полис такие убытки не покрывает – это форс-мажор. Тогда идея не прижилась, но недавно к ней вернулись. Причём появление нового старого предложения совпало с двумя новостями. Первая касалась формирования в Москве спецподразделения МВД по борьбе с массовыми беспорядками – идею мгновенно переняли региональные главки. Вторая – выведение из-под юрисдикции суда присяжных дел по массовым беспорядкам, инициированное депутатами Госдумы от «Единой России». Страховщики, вероятно, сопоставили две эти новости, позвенели калькуляторами и в результате предложили народу новый продукт. Пока говорить о его популярности рано, но показательно, что если в конце 2008 года такую услугу оказывали всего пять компаний, то сейчас – каждая четвёртая! Причём сами страховщики уверяют, что теперь, после громких заявлений замминистра МВД, спрос на услугу вырастет ещё как минимум в два раза.

В декабре 2008-го, когда парламентарии исключали участие суда присяжных в делах по массовым беспорядкам, депутат-«справоросс» Геннадий Гудков заявлял: «Единая Россия» страхуется на случай массовых недовольств, которые вполне возможны во время кризиса». И сегодня он повторяет те же слова и уверяет, что два года назад не ошибся. Просто тогда протестные настроения в силу ряда причин «зависли», но теперь всё снова пойдёт по нарастающей.

По теме

«Когда подавляющее большинство коллег в первом чтении проголосовали за предложенные главой Комитета по безопасности Владимиром Васильевым и его замом Михаилом Гришанковым поправки в антитеррористическое законодательство – «за» высказались 351 депутат, а «против» – лишь 34, – мне стало ясно, что уличных столкновений уже не избежать», – вспоминает Геннадий Гудков.

Коллегию присяжных заседателей исключили не только из процессов, в которых рассматривались дела о терактах, но и из процессов, связанных с массовыми беспорядками и мятежами. Депутаты Елена Мизулина, Сергей Решульский и Геннадий Гудков в ходе обсуждения законопроекта предлагали исключить из списка недоступных для присяжных дел статью 212 УК (массовые беспорядки), но понимания не встретили.

Формирование спецотрядов МВД, которые призваны разгонять уличные волнения и унимать их устроителей, завершилось в минувшем августе. Поэтому уже в сентябре на уровне замминистра можно было смело озвучивать мысль, что-де кризис в экономике может привести к дестабилизации обстановки в стране, но милиция готова встретить дестабилизаторов во всеоружии.

«Криминогенная ситуация может усугубляться ростом протестных настроений, вызванных недовольством работоспособного населения страны невыплатами зарплаты, грозящим увольнением, а также непопулярными мерами, реализуемыми в рамках антикризисной программы, – отметил первый замминистра МВД Михаил Суходольский на последнем заседании правительственной комиссии по профилактике правонарушений. – От нас потребуется повышенное внимание, зачастую сопряжённое с отвлечением сил и средств от основных постов и маршрутов патрулирования, но мы это внимание обеспечим».

«Вообще-то, грамотно разгонять уличные акции наши сотрудники умели ещё во времена СССР, – поделился с корреспондентом «Нашей Версии» на правах анонимности высокопоставленный сотрудник МВД. – А после московских событий 2002 года, когда молодёжь, насмотревшись футбола на большом мониторе в центре города, стала крушить витрины и машины, нами были разработаны детальные инструкции, буквально поминутные – как эффективно и быстро разогнать любую толпу, даже многотысячную».

Во всех крупных городах местные УВД имеют такие планы, они расписаны по минутам и по метрам улиц.

Возьмём для примера Саратов: «Милиция занимает исходное положение у центральной трибуны Театральной площади и до здания музея им. Радищева за 40 минут оттесняет толпу, действуя щитом и ПР-73 (резиновой дубинкой – Ред.), рассекая при этом толпу на две части и вытесняя её в направлениях ул. Радищева и ул. Первомайская». И такие инструкции имеются в каждом сравнительно большом городе. Не хватало одного: сотрудник милиции, выходя против толпы, должен знать, что он защищён законом, что его не привлекут за превышение мер обороны. Пока таких гарантий защищённости никто не дал. Но устами замминистра МВД был послан чёткий сигнал, который явно добавит уверенности.

Не так давно сотрудники УФСБ по Москве и Московской области получили на руки занятный циркуляр, в котором перечислены «дестабилизирующие общественный порядок структуры», которые могут быть причастны к инициации массовых уличных столкновений. В предисловии к документу говорится, что дестабилизацию затевают националистические и крайне правые организации, а поддерживают их некоторые профессиональные союзы, но лишь в нескольких регионах страны – на Дальнем Востоке, на юге и на западе. В Центральной России нестабильным в социальном плане признаётся лишь Тольятти в Самарской области. А вот Сочи, Калининград, Владивосток и, конечно, Москва – те самые «центры дестабилизации», в которых массовые столкновения и начнутся в первую очередь.

Тем не менее, говоря о грядущих народных волнениях, политологи сходятся именно на том, что они не изменят своего локального масштаба: как начнутся в нескольких «горячих точках», так там и закончатся, не распространившись на всю страну. В России нет подоплёки для серьёзного конфликта, который принял бы масштабный характер и закончился бы крупным столкновением на федеральном уровне.

По теме

«Невозможно такое представить по целому ряду причин, – поясняет Марков. – В нашей стране нет политической альтернативы существующей власти. А в Греции, Латвии и Болгарии такие альтернативы есть. Есть они и во Франции. Кроме того, в России достаточно финансовых ресурсов для того, чтобы успокоить недовольных. И люди не голодают, чтобы идти на крайние меры. К тому же в России не существует табу на применение силы, как, скажем, в Европе. Так что оснований для массового бунта попросту нет. Если человек лишится работы, он найдёт её в другом месте, даже если потеряет в зарплате».

В общем, нет повода для особого беспокойства. Или всё-таки есть? Если нет, то зачем же первый замминистра МВД Суходольский прозрачно намекает, что «в министерстве отмечают повышенную агрессию некоторых граждан России по отношению к сотрудникам милиции» и констатирует «возрастающую агрессию и дерзость в поведении отдельных групп граждан, которые, переступая грань закона, применяют насилие в отношении сотрудников правопорядка, что подтверждают события, произошедшие во Владивостоке, Астрахани, Сочи, Санкт-Петербурге, Москве и Московской области, а также в регионах Северо-Кавказского федерального округа»?

Намёк прост, как милицейский ботинок. Чем обороняет себя милиционер от разбушевавшейся толпы? В лучшем случае резиновой дубинкой, ибо за применение табельного оружия «светит» длительное разбирательство с временным отстранением и потерей в зарплате, а в худшем случае ещё и с уголовной ответственностью. Вот замминистра и даёт понять: неплохо бы заодно изменить порядок применения оружия и спецсредств для борьбы с разбушевавшейся толпой. К сожалению, у замминистра достаточно оснований, чтобы этого требовать.

Возьмём милицейские сводки из разных регионов всего за один день, скажем за 20 сентября. В городском парке Ставрополя произошла массовая драка между местными жителями и дагестанцами, в результате которой пострадали 8 человек, а ещё 30 были задержаны. В драке участвовали более полутора сотен человек, причём многие были вооружены не только холодным, но и огнестрельным оружием. Разнимавшие дерущихся сотрудники милиции получили ранения и увечья, так и не рискнув применить оружие, хотя бы для острастки.

В тот же день массовая драка произошла в Махачкале: началось с конфликта между студентами Дагестанского государственного института народного хозяйства, но, когда приехала милиция, конфликтовавшие стороны объединились против стражей порядка. Участников драки было порядка 200 человек, с места происшествия изъяты травматические пистолеты, магазины с патронами, охотничьи ножи, бейсбольные биты и арматура. Милиционеров, само собой, крепко побили (один милиционер до сих пор находится в больнице, что называется, между жизнью и смертью). Им пришлось держать рукопашную оборону, при том, что у каждого с собой было табельное оружие. А ещё подмосковная Кашира, Санкт-Петербург, Калининград, Владивосток – везде в этот день фиксировались массовые драки, в которых влетало и разнимавшим их сотрудникам милиции. Можно посмотреть сводки за любой другой день – в них будет всё то же самое.

«Наша большая удача в том, что в стране нет единой политической силы, которая смогла бы использовать рост социальной напряжённости и народного недовольства для дестабилизации ситуации внутри страны, – считает политолог Глеб Павловский. – Поэтому говорить о каких-то мнимых политических последствиях волны народного недовольства я считаю неуместным и преждевременным. Но налицо следующее: в стране есть недовольные, готовые идти на прямой конфликт с властью. Есть правоохранительные органы, настроенные чересчур решительно. И есть политики, которые борются с последствиями недовольства, не искореняя его причин, лежащих почти на 100% в социальной плоскости. Вот этот сгусток всеобщей безответственности и может привести к крайне нежелательным и крайне болезненным для нашей страны последствиям».

Опубликовано:
Отредактировано: 11.10.2010 11:48
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх