// // Призывы о помощи всё чаще исходят от мошенников

Призывы о помощи всё чаще исходят от мошенников

873

Благодетели на доверии

3
В разделе

Просьбы об оказании срочной денежной помощи на операцию больному ребёнку стала приметой нашей жизни. И в социальных сетях, и в средствах массовой информации, и даже на улицах можно увидеть фотографии с призывом «Поможем всем миром!». Зачастую авторы таких обращений собирают в Интернете суммы, вполне достаточные для оплаты дорогостоящего лечения, а то и значительно превышающие его стоимость. Но всегда ли деньги собирают те, кому помощь реально необходима? И во всех ли случаях деньги доходят до адресата? Расследование историй нескольких таких объявлений превратилось в настоящий детектив.

Помогать или нет? Этот вопрос мы часто задаём себе, когда у нас просят помощи. Если речь идёт о здоровье и жизни ребёнка, то колебаний не возникает практически ни у кого. Особенно в социальных сетях, где каждое такое обращение превращается в дискуссию о беспомощности нашей медицины. Однако бывает так, что за призывами о помощи кроется обычное мошенничество.

Алексей Степанов недавно стал известен в городе Томске практически всем. От истории, которую он рассказывал, кровь стыла в жилах. На его интернет-страничке было написано: «3 сентября 2012 года в 2.00 по московскому времени у моей дочери Танюши остановилось сердце. Благодаря хирургам и реаниматологам КЦ им. Бакулева ребёнка удалось спасти, сердце было запущено, ребёнок в реанимации. Мы до сих пор просим всех неравнодушных помочь нашей дочери!» .

В сетях начался сбор денег на операцию девочке. Вскоре в городе запестрели плакаты с призывом ко всем неравнодушным помочь на операцию Тане Степановой. Сумма необходимых средств составляла 45 тыс. евро...

Болезнью девочки заинтересовались местные телевизионщики. Мужчина согласился на интервью и рассказал свою «легенду» на камеру. Вот фрагмент из его откровения: «При рождении у ребёнка спустя два месяца был обнаружен диагноз – врождённый порок сердца. Врачи объяснили этот диагноз генетическим заболеванием крови – так называемая голубая кровь. На данный момент требуется комплекс из двух операций. Первая – это закрытие сердечного протока и межжелудочкового пространства левого протока сердца, после которого в Берлине последует операция по пересадке живого донорского сердца».

Журналисты обратились за разъяснением к специалисту – Елене Ефимовой, главному врачу НИИ кардиологии. Та прокомментировала всё изложенное мужчиной кратко: «То, о чём он говорит, – ну полная чушь. При тех диагнозах, которые перечисляет папа ребёнка, трансплантация сердца никогда не проводится».

Можно было предположить, что Алексей Степанов, не медик по образованию, перепутал диагноз, поставленный врачами города Новоросийска. По его утверждению, он приехал в Томск именно оттуда. Но папаша и дальше путался в показаниях. Сначала он сообщил, что девочка находится в Москве в кардиоцентре имени Бакулева вместе с матерью. Чуть позже в ходе беседы выяснилось, что его супруга – в Германии...

Следующая накладка случилась с возрастом ребёнка. На плакатах, развешанных по Томску, было написано, что Татьяне Степановой 3 года и 11 месяцев. На информационном портале, где родители просили помощи, было указано, что Тане уже 5 лет. На интернет-страничке Тани Степановой значилось, что её сердце остановилось 3 сентября 2012 года в 2 часа ночи. Но размещено объявление было… 2 сентября в 10 часов утра. Неужели оно было написано в порыве ясновидения?

Финал томской истории оказался и вовсе в духе Остапа Бендера. Местные телевизионщики разыскали знакомых Алексея Степанова. Девушка по имени Ольга поведала, что ни в 2008-м, ни в 2009-м у мужчины не было детей. Но его интерес к ним был отнюдь не праздным. Как-то он решил устроить в городе цирковое представление, собрал с родителей деньги и скрылся...

По теме

Самое кощунственное, что во многих случаях сборщики денег просто прикрываются детьми. Таких историй, к сожалению, много. «У нас был случай в детской онкологии, когда пациент заканчивал лечение, а его мама на форумах писала, что российские врачи не могут спасти её ребёнка и поэтому ему нужно срочное платное лечение за границей, – рассказывает пресс-секретарь Российского онкологического центра им. Н.Н. Блохина РОНЦ Наталья Загорская. – В результате пару миллионов женщина увезла домой. Хотя любой, кто «в теме», сразу понял бы всю подоплёку. Дело в том, что при Минздраве есть специальная комиссия по направлению детей на лечение за границей. В тех случаях, когда отечественная медицина действительно бессильна, мы к этому прибегаем. И такое лечение оплачивается из бюджета. Один из академиков нашего Онкоцентра состоит в этой комиссии и активно принимает участие в отправке детей на лечение за рубеж в случае такой необходимости. Когда звонишь потом «просящим» и пытаешься пристыдить – бросают трубки».

Бывают случаи сбора денег просто от страха

По словам пресс-секретаря Натальи Загорской, истории со сбором денег в Интернете якобы на лечение – явление распространённое. Однако случаи с онкологическими больными более сложные с психологической и человеческой точки зрения. «У нас был пациент, мужчина 29 лет, родом из-под Петрозаводска. Ему была оказана бесплатная высокотехнологичная помощь в соответствии с квотами, – рассказывает Загорская. – После этого ему было рекомендовано лечение по месту жительства. Но при онкологии нужно постоянное наблюдение, курсы химио­терапии. Мужчина честно написал в социальных сетях, что бесплатную медицинскую помощь по квотам он получить на месте не сможет, к тому же долго ждать получения лекарств. В связи с этим он просил помочь собрать деньги на лечение в Германии. Мы не имели права его осуждать».

Болезнь и страдание оправдывают многое. Бывают случаи сбора денег просто от страха. Например, пациент ждёт бесплатные лекарства, но для перестраховки торопит время, бросая клич о материальной помощи для их скорейшей покупки. А есть и истории неизлечимых больных, когда деньги собирают просто в надежде на чудо. «У нас у всех на памяти история девочки Риты Алькаевой, у которой был именно тот случай, когда медицина бессильна, – рассказывает Наталья Загорская. – Консилиумы шли один за другим, мы решали, как спасти ребёнка. А мама пациентки в это время писала на форумах: «Нас выкинули на улицу, нас отказались лечить...» В результате семья собрала деньги и съездила заграницу, но по возвращении ребёнок скончался. Мы в таких случаях исходим из принципа: для родителей всё происходящее – трагедия. Однако хотелось бы обратить внимание на то, как некорректно порой ведут себя зарубежные клиники, зарабатывая деньги на безысходных случаях. С медицинской точки зрения это неэтично».

Примерами неоправданного сбора денег на лечение сегодня пестрят не только СМИ, но и социальные сети. «В контакте», например, то и дело создаются группы помощи кому-то. Например, блогер Екатерина ведёт проект «Подари ребёнку праздник». Она собирает средства малышу с ДЦП на реабилитацию в Китае. Только вот реабилитация проходит в сомнительном госпитале, где предлагают пройти курс лечения стволовыми клетками. Кроме того, врач практикует какие-то неизвестные миру уколы ДИ ХО СУ, состав которых, естественно, держится в строжайшем секрете. А для того, чтобы ДИ ХО СУ сработал наверняка, в этом госпитале ещё колют иглы в глаза и проводят биологический ток по каналам Цзинло. Поражает воображение не только медицинская составляющая данного сбора, но и финансовая…

Сборщики зарабатывали 25 процентов от суммы пожертвований

Детективные истории с благотворительными фондами тоже достойны Остапа Бендера. Не так давно, например, грянул скандал вокруг фонда «Колыбель жизни». Родители детей, на лечение которых якобы идёт сбор денег, даже не знали о его существовании. «Волонтёры» собирали средства якобы на спасение жизней больных малышей. Но на самом деле до детской больницы, именем которой прикрывалась организация, пожертвования вовсе не доходили. Зато сборщики зарабатывали 25% от суммы пожертвований. Мошенники, как выяснилось, использовали не только честное имя известной больницы, но и детей, которые к тому времени уже выздоровели.

По теме

Схожая история произошла и с фондом «Детское счастье». Больная спинальной амиотрофией девушка попросила фонд помочь собрать деньги на операцию: её позвоночник был сильно со­гнут, сдавлены сердце, лёгкие, селезёнка… В результате руководитель фонда сказала, что собрано 5 тыс. рублей, которые выслали девушке по почте только после того, как она написала заявление в полицию и началась проверка. Теперь директора фонда ищут по всей России.

Ну а скандал с Фондом поддержки детей, которые находятся в трудной жизненной ситуации, и вовсе закончился громким делом. Против председателя его правления Марины Гордеевой МВД возбудило уголовное дело о злоупотреблении должностными полномочиями. Прокурорская проверка выявила, что миллионы рублей, которые выделялись из бюджета для помощи детям, госпожа Гордеева распределяла на своё усмотрение. Часть денег она, как заявляют в Генпрокуратуре, направляла на финансирование сторонних программ, а часть в качестве премий выплачивала себе и своим заместителям. Общая сумма нанесённого государству ущерба составила более 7 млн рублей.

Значит ли это, что благотворителям, различным фондам и волонтёрам не нужно доверять? Думаю, обобщать не стоит. Тот факт, что всё больше людей испытывают внутреннюю потребность помогать, говорит о том, что наше общество морально здорово. И лично меня радует, что число неравнодушных растёт. Это значит, что к нам приходит понимание того, что от жизни нужно не только брать, но и отдавать, чем-то делиться. Тем более что добро всегда возвращается.

Доверять ли «крику о помощи», каждый решает сам

Есть такие благотворители, которые не афишируют свою работу и не светятся в сетях, – они просто незаметно делают своё дело. Например, фонд «Надёжный друг» объединил людей, которые скидываются деньгами или вещами для тяжелобольных детей. Их помощь идёт адресно и регулярно – в детский туберкулёзный санаторий в Орехове-Зуеве и в реабилитационный центр в городе Суворове Тульской области. Эта помощь пусть и небольшая, но зато от души.

Но можно ли отличить человека, действительно нуждающегося в помощи, от мошенника? Я обратилась за советом к психологу Родиону Чепалову, работающему с жертвами обмана. «Благотворительность – это всегда риск, – объяснил он. – Не существует никаких гарантий, что ваша помощь будет реализована адресно. Если вы хотите обезопасить себя, надо учесть несколько правил. Во-первых, обязательно проверяйте документы у получающего помощь. Просите копии документов. Попросите телефон врача и удостоверьтесь, что принимающее лицо действительно нуждается в деньгах. Во-вторых, не жертвуйте сразу много, проводите мелкие транши и требуйте чеки, делайте их копии. В-третьих, попросите у того, кто получает средства, телефоны исполнителей, которые могут подтвердить факты выполнения услуг, их оплату и качество. Если перед вами мошенник, он на первом же этапе от вас уйдёт».

Врачи дают ещё несколько советов. Поскольку многие высокотехнологичные операции сегодня финансируются из государственного бюджета, прежде чем жертвовать просителю, стоит узнать, не оплачивается ли данный вид лечения либо операции по программе ОМС или из бюджета. Насчёт лекарств тоже стоит перепроверить, значатся ли эти медикаменты в специальном перечне лекарственных средств программы государственных гарантий (для данного региона). Территориальная программа должна быть вывешена на сайте медучреждения. Если лекарства в территориальной программе значатся, в больнице их обязаны предоставить бесплатно.

Благотворительная деятельность регулируется и законодательно: соответствующий закон был принят ещё в 1995 году. Вести благотворительную деятельность могут как организации, обладающие специальным юридическим статусом, так и граждане и юридические лица. Бизнес-адвокат Любовь Гордеева считает: «Вопрос доверия «крику о помощи» каждый решает для себя сам. Соглашаясь помочь – деньгами ли, имуществом, действиями, – человек делает моральный выбор. Однако чтобы этот выбор не был настолько уязвимым, я бы рекомендовала исходить из простого правила адресной помощи. Либо вы помогаете тому, кого знаете лично, либо через того, кому вы доверяете. Советовать проверять статус благотворительной организации, волонтёра и иже с ними – дело неблагодарное, мало кто захочет тратить на это время. Один из основных критериев надёжности – открытость и доступность информации о поступлении и расходовании средств. Отсутствие информации о статусе, адресе, сотрудниках, счетах, а также сведений и отчётов о деятельности должны как минимум настораживать. И тем, кто действительно нуждается в помощи, и тем, кто искренне хочет помочь, было бы разумно сотрудничать только с проверенными благотворителями».

Лично я считаю, что помощь – дело сугубо добровольное. Порыв души невозможно регламентировать законом. Так же как и здоровый скептицизм в отношении некоторых призывов о помощи осуждать негоже. Самую юридически безопасную форму благотворительности можно изложить тремя словами: «Помоги ближнему своему». Потому что не в Интернете и не на улице, а рядом с вами всегда есть кто-то, кто нуждается в помощи, но просто стесняется об этом попросить.

Опубликовано:
Отредактировано: 28.10.2013 15:59
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх