// // Подследственным хотят добавить месяц заключения

Подследственным хотят добавить месяц заключения

435

Срочные меры

Даже сейчас предварительное заключение используют в основном не для следственных действий, а ради оказания психологического давления
Фото: ИТАР-ТАСС
Даже сейчас предварительное заключение используют в основном не для следственных действий, а ради оказания психологического давления Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

В Госдуму внесён законопроект, увеличивающий максимальный срок содержания под стражей до трёх месяцев, а предварительного следствия – до четырёх. Авторы документа – бывшие высокопоставленные офицеры МВД из фракции «Единая Россия» – уверяют, что это поможет бороться с коррупцией в уголовном судопроизводстве. Однако независимые эксперты считают, что проект закона попросту призван помочь скрыть плохую работу следствия, ещё больше растягивая его сроки, пока арестованный будет томиться в камере.

Согласно нынешним нормам Уголовно-процессуального кодекса максимальный срок содержания под стражей составляет два месяца. Если законопроект будет принят, то этот предельный срок станет в полтора раза больше, а в случае возвращения уголовного дела прокурору продолжительность ареста может растянуться на все полгода. Кроме того, в документе указано, что срок предварительного следствия может быть продлён до четырёх месяцев, в то время как сейчас оно обязано быть закончено максимум за три месяца.

Энтузиазм авторов законопроекта вполне понятен. Все они в прошлом высокопоставленные сотрудники МВД: начальник УВД Амурской и Курской областей генерал-майор милиции Алексей Волков, начальник УВД Кировской области Алексей Розуван, первый заместитель министра внутренних дел РФ Владимир Колесников, начальник Управления вневедомственной охраны при МВД Республики Башкортостан Энгельс Кульмухаметов и заместитель министра внутренних дел РФ Валентин Чернявский.

Как говорится в пояснительной записке, их законопроект внесён в рамках борьбы с коррупцией в уголовном судопроизводстве. Но как именно он поможет этой борьбе, авторы не поясняют. Разве что Волков в одном из интервью намекнул: «Есть много дел, по которым ведутся сложные расследования и экспертизы, поэтому нужно расширить временные рамки». Видимо, надо понимать, что в этом случае расследование по его замыслу станет более честным и объективным.

Однако даже коллеги-депутаты из фракции «Единой России» сомневаются в пользе инициативы экс-милиционеров. Так, зампред думского Комитета по законодательству Андрей Назаров считает: «Нам хотелось бы быть последовательными в концепции гуманизации уголовного законодательства. Содержание под стражей должно быть очень осторожным. Надо стараться исходить из того, что все граждане, за исключением опасных преступников, до нахождения доказательства их виновности должны находиться на свободе». «Странной» называет инициативу с удлинением сроков ареста и сам председатель Комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников. По его мнению, следователи должны работать лучше и оперативнее и не стоит упрощать им жизнь, усложняя её заключённым.

Депутат Волков уверяет, что законопроект обсуждался с прокуратурой, МВД, Верховным судом и адвокатским сообществом. Если в доброжелательном отношении прокуратуры и МВД можно не сомневаться, то в адвокатском сообществе он вызвал противоположные эмоции. Член президентского антикоррупционного совета адвокат Михаил Барщевский заявил: «Эта инициатива абсолютно ничем не мотивирована. Наивно думать, что увеличение срока предварительного заключения с двух до трёх месяцев – это инструмент борьбы с коррупцией. Любой практикующий адвокат скажет: в первые два месяца с арестованным следственных действий практически не проводится – хорошо если пару раз на допрос вызовут. Этот срок используется, чтобы психологически сломать человека. Что касается тяжких преступлений – убийство, терроризм, изнасилование, – то суд и так всегда продлит двухмесячный срок содержания под стражей».

Согласен с этой точкой зрения и адвокат Роберт Зиновьев. По его мнению, По словам Зиновьева, лучше было бы «ставить вопрос о сокращении срока предварительного заключения до одного месяца». А адвокат Елена Липцер вообще считает, что нужно более чётко придерживаться норм закона, где прописано, что содержание под стражей – самая строгая мера пресечения и должна применяться только в случае «невозможности применения иной, более мягкой меры». Но российские суды относятся к аресту как к обычной, будничной мере. И какая, собственно, разница, два или три месяца?

Опубликовано:
Отредактировано: 13.10.2010 10:49
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх