// // Как депутаты Госдумы делают бизнес на собственных обращениях

Как депутаты Госдумы делают бизнес на собственных обращениях

1193

Продай запрос!

Праведное возмущение народных избранников порой имеет исключительно финансовую подоплёку
Фото: ИТАР-ТАСС
Праведное возмущение народных избранников порой имеет исключительно финансовую подоплёку Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Председатель Следственного комитета при прокуратуре (СКП) РФ Александр Бастрыкин обвинил депутатов Госдумы в том, что они вмешиваются в дела следствия, используя «депутатский статус в личных целях». По словам Бастрыкина, только за первое полугодие этого года СКП получил 401 депутатский запрос и их количество с каждым годом растёт. Что ж, думцев можно понять. После того как Госдума фактически превратилась в машину по принятию законов, разработанных в Кремле и Белом доме, депутатский запрос остался чуть ли не единственным полем самостоятельной деятельности народных избранников. И, чего уж греха таить, одним из источников их побочного заработка. О бизнесе на депутатских запросах и его эволюции – корреспондент «Нашей Версии».

Времена, когда вокруг принятия того или иного законопроекта в Госдуме разворачивались настоящие баталии, остались в прошлом. С тяжёлым вздохом сожаления вспоминают бывалые думцы о тайных финансовых переговорах, которые вели матёрые лоббисты в депутатских кабинетах, упрашивая их владельцев протолкнуть какую-нибудь чрезвычайно нужную поправочку. В качестве весомого аргумента к этим уговорам прилагалась солидная финансовая благодарность от заинтересованной бизнес-структуры.

Но в последние годы подобные переговоры – редкость в думских кулуарах. Прежде всего потому, что без голосов «Единой России» самая пустячная депутатская инициатива не имеет ни единого шанса быть принятой. А в «Единой России» все решения принимаются исключительно «наверху». Депутаты – как «единороссы», так и представители других фракций – жалуются в кулуарах, что в неофициальной думской иерархии «весят» уже меньше сотрудников думского аппарата.

Однако у парламентариев остаётся ещё реальная возможность «нести пользу людям», дарованная статьёй 14 федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной думы ФС РФ». В соответствии с ней любой «народный избранник» вправе направить свой личный запрос председателю правительства или министрам, генеральному прокурору РФ или председателю Центрального банка РФ, руководителям субъектов РФ и органов местного самоуправления «по вопросам, входящим в компетенцию указанных органов и должностных лиц». То должностное лицо, которому направлен запрос, по закону обязано в течение месяца дать на него ответ в письменной форме. Более того, автор запроса имеет право принимать непосредственное участие в рассмотрении поставленных им вопросов «на закрытых заседаниях соответствующих органов». Причём о дате их проведения он должен быть извещён не позднее чем за три дня до заседания. На первый взгляд просто идеальные стартовые условия для депутатского расследования различных спорных случаев – причём не только с политической, но и с экономической подоплёкой. По статистике, ежегодно депутаты отправляют в различные органы власти свыше 600 запросов.

Любопытно, что первоначально по закону «О статусе депутата» от 1994 года все запросы были только парламентскими и принимались коллективно на пленарном заседании. Однако в 1999 году «слуги народа» расширили свои полномочия. Наряду с парламентским запросом появился отдельный, депутатский запрос. И понеслось. На сайтах, обучающих искусству лоббизма, есть даже целые инструкции, как пользоваться «золотой жилой» депутатского запроса в интересах бизнес-структур.

Есть и несколько типовых сценариев использования «заказных» писем.

В первом случае депутатский запрос направляется в орган исполнительной власти, чтобы подтолкнуть «слишком медлительного» чиновника к положительным действиям в пользу заказчика. Вопрошая «доколе?», депутат даёт понять, что в случае дальнейшей «нерешительности» чиновника обратит на неё внимание вышестоящих или силовых органов. Типичный пример – ситуация вокруг таможенного поста в городе Аша (Челябинская область). Его отмена стала неприятной неожиданностью для владельцев Ашинского металлургического завода, привыкших прямо на месте решать все свои проблемы с экспортом продукции. Обращения бизнесменов и к губернатору, и к председателю регионального парламента, и в областную таможню остались безрезультатными. За «обделённых» металлургов вступился депутат Госдумы Михаил Гришанков и дважды направил запрос в Государственный таможенный комитет (ГТК) с подробным обоснованием необходимости сохранения поста в Аше. В итоге по приказу ГТК в Аше был создан отдел таможенного оформления.

По теме

По другому сценарию остриё депутатской любознательности направляется против конкурента заказчика. В этом случае депутатский запрос идёт в контролирующие, то есть силовые, органы. Проявляя «гражданскую позицию», думец сообщает им о неких «теневых» сторонах бизнеса «вражеской» фирмы. Силовые структуры не могут закрыть на них глаза, поскольку справедливо опасаются, что активный депутат в этом случае пожалуется на «подозрительное бездействие» контролирующих органов. В итоге при благоприятном развитии событий против неугодного бизнесмена заводится уголовное дело. А если этого не происходит, то всё равно депутатское негодование, сопровождающееся обличительной кампанией в средствах массовой информации, делает своё дело. Активы конкурента тут же падают в цене на чутком к настроениям властей рынке – к вящей радости заказчика. Недаром глава Следственного комитета обвинил депутатов в том, что они «не гнушаются участием в рейдерских захватах и выполняют заказы рейдеров».

Вышеприведённая схема – самая общеупотребительная в парламентской практике. Например, этим летом после депутатского запроса первого зампреда Госдумы от «Единой России» Олега Морозова был уволен ректор Московской медицинской академии им. Сеченова Михаил Пальцев, обвинённый в нецелевом расходовании бюджетных средств. А победителями в номинации «произведённый эффект» можно считать два запроса. Так,

А депутат от «Родины» Юрий Савельев написал запрос в Генпрокуратуру, МВД и ФСБ по поводу одной из крупнейших российских инвестиционных компаний – Объединённой финансовой группы (ОФГ) во главе с экс-министром финансов, членом совета директоров «Газпрома» Борисом Фёдоровым. Депутат обвинил ОФГ в создании нелегальных схем по продаже иностранцам акций «Газпрома». В результате капитализация «Газпрома» за два дня упала на 6 млрд. долларов!

По словам экс-зампреда Госдумы Ирины Хакамады, депутатские запросы в Генпрокуратуру ценятся дороже запросов в «гражданские» ведомства. К последним, как правило, относится и вариант, когда письмо парламентария призвано спасти заказчика от охоты на него со стороны конкурентов. Думец направляет петицию в защиту бизнесмена, на которого заведено уголовное дело, и объясняет, как негативно это, дескать, несправедливое преследование скажется на развитии российской экономики и благосостоянии простых граждан. Согласно федеральному закону «вмешательство депутата в оперативно-разыскную, уголовно-процессуальную и судебную деятельность не допускается». Однако для сотрудников силовых структур такой запрос призван стать предупреждением – «этого человека лучше не трогать, за ним стоят влиятельные люди во власти». Конечно, часто это является обычным блефом. Но вкупе с прочими аргументами этого иногда бывает достаточно, чтобы развалить уже заведённое уголовное дело.

Эффектный пример тому привёл Бастрыкин в своей недавней жалобе на думцев, назвав его «своеобразной политической кампанией». По словам главы СКП, сразу 14 (!) депутатов Госдумы и 2 члена Совета Федерации прислали письма в защиту замминистра финансов РФ Сергея Сторчака, против которого было заведено уголовное дело. Пожаловался Бастрыкин и на депутата-«единоросса» Адама Амирилаева, который, дескать, «прямо предлагает рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения на подписку о невыезде активному участнику бандформирования». Выступивший в защиту коллеги координатор фракции КПРФ Сергей Решульский, тоже избранный от Дагестана, заявил: «В Дагестане много народностей, и представитель одной из них вполне может казаться боевиком для другой. А что касается оружия, то, как известно, на Кавказе мужчина без него – это не мужчина».

Предпринимателей, желающих заручиться депутатским запросом в своих коммерческих интересах, на протяжении всей постсоветской истории всегда было более чем достаточно. Парламентариев, готовых оказать подобную услугу за определённую мзду, в Госдуме тоже всегда хватало. Если есть и предложение, и спрос – возникает рынок. На рынке всегда существует определённая такса. Однако в данном случае никакого единого тарифа не существует. По оценкам знающих людей, цена депутатского запроса зависит и от важности поднятой в нём проблемы, и от политического веса его автора. В зависимости от этих факторов она отличается в десятки раз – от 5 тыс. у.е. до десятков тысяч.

По теме

Причём за последние годы коммерческий тариф на депутатские запросы значительно упал. Цена некоторых писем 10 лет назад доходила до 1 млн. долларов, а минимальная стоимость депутатского запроса равнялась 10 тысячам. Меньшие суммы парламентариям было даже оскорбительно предлагать. Однако с наступлением новейших времён, когда депутатский запрос стал чуть ли не единственным способом дополнительного заработка для думцев, предложение на этом рынке резко увеличилось. А следствием по рыночным законам стало падение цены. Кроме того, такая услуга, как работа по запросу, оплачивается отдельно. Ведь часто для того, чтобы запрос возымел действие, требуется личное вмешательство депутата. И его звонок в необходимое ведомство будет стоить ещё 1–5 тыс. долларов.

Но вернёмся к депутатским запросам. Очевидно, что в нынешнюю эпоху торжества «Единой России» ходатайства со стороны членов фракций КПРФ, «Справедливая Россия» и ЛДПР значат для чиновников гораздо меньше, чем просьбы депутатов-«единороссов». Если вообще хоть что-то значат. Тем более это касается тех новеньких депутатов оппозиционных фракций, кто был выдвинут в предвыборный список не какой-то коммерческой структурой, а как партийный провинциальный работник. Их депутатские запросы становятся для бизнесмена лишь дополнительным гарниром к другим аргументам в свою защиту, а потому и могут стоить недорого. Случаев, когда такие провинциальные выдвиженцы внезапно демонстрируют в депутатских запросах профессиональные знания в отраслях, весьма далёких от сферы своей работы, немало. Например, в 2007 году зампред Комитета по регламенту и организации работы Госдумы от КПРФ Тамара Плетнёва, которая ранее работала директором школы в Тамбовской области, обрушилась с налоговыми претензиями на корпорацию «Тольяттиазот» – крупнейшего в мире производителя аммиака, ссылаясь на «расчёты выведенной экспортной выручки ОАО «Тольяттиазот» за период с 2004 по 2005 год».

Депутатские запросы, под которыми значатся подписи видных деятелей оппозиционных фракций, могут стоить уже десятки тысяч у.е. Как ранее сообщала газета «Коммерсантъ», в письме к премьер-министру Михаилу Фрадкову ряд депутатов–членов КПРФ озаботились законностью приватизации волгоградским ОАО «Каустик» биоочистных сооружений и рассолопромысла. В ответ гендиректор этого предприятия Эльдор Азизов обвинил депутатов в том, что «они, очевидно, не разбираются в том, о чём пишут», их «просто используют». А независимые эксперты предположили, что в письме были заинтересованы конкуренты этого предприятия.

Крупным компаниям по силам организовать и коллективный запрос от лица сразу нескольких депутатов. Так, например, в Госдуме предыдущего созыва вдруг озаботились финансово-экономической деятельностью Архангельского целлюлозно-бумажного комбината (АЦБК) сразу 10 депутатов из фракций «Родина» и КПРФ, причём весьма далёкие от его проблем как по профилю своей думской работы, так и по географическому «происхождению». Депутатские запросы в Генпрокуратуру и ФСБ с подробным описанием ситуации на АЦБК направили, например, зампред Комитета ГД по образованию и науке из Москвы Олег Денисов, член Комитета по регламенту ГД саратовец Валерий Рашкин, член Комитета Госдумы по делам женщин семьи и детей из Кургана Николай Безбородов, астраханец Олег Шеин… Как говорил гендиректор АЦБК Владимир Белоглазов, «на комбинате специально отведены две комнаты для проверяющих, и они никогда не пустуют».

Чуть ранее с запросами по поводу якобы незаконной приватизации Котласского ЦБК компанией «Илим Палп» выступили сразу 20 парламентариев. По странному совпадению корпоративную войну против АЦБК и «Илим Палп» вела одна и та же компания – «Базовый элемент» Олега Дерипаски. Она же конфликтовала и с Балахнинским целлюлозно-бумажным комбинатом (Нижегородская область), негодующий депутатский запрос по поводу которого написал ещё один депутат от «Родины», москвич Андрей Савельев. По словам гендиректора Балахнинского ЦБК Александра Сонина, на комбинате порой одновременно проводилось до пяти ревизий.

По теме

Существует и такая дорогостоящая услуга, как фракционный запрос, то есть запрос сразу от имени всей фракции. По слухам, он стоит сотни тысяч долларов, причём деньги идут в партийную кассу. Очень редко, но бывали запросы, организованные сразу несколькими фракциями – например, совместное обращение СПС, «Яблока» и «Единства» в Госдуме третьего созыва к главе правительства, организованное в поддержку управляющей компании «Паллада» в её конфликте с Федеральной комиссией по рынку ценных бумаг. О цене такого многофракционного запроса можно только гадать.

Но вернёмся к одиночным парламентским запросам. В публикациях в СМИ на аналогичную тему можно прочитать заверения в том, что минимальная цена рядового запроса составляет не менее 10 тыс. долларов. Вероятно, такие цифры объясняются тем, что на пути между депутатом и заказчиком, как правило, стоят посредники. Дело в том, что осторожный думец, боящийся «подставы», не рискнёт брать деньги за свой «гражданский порыв» от малознакомого бизнесмена. Он будет работать только с тем узким кругом людей, которым он доверяет. Так же зачастую поступают и его не менее осторожные помощники, тоже опасающиеся вылететь по неосторожности с хлебного думского места. Складывается целая вереница посредников, каждый из которых «накручивает» тариф. В итоге до самого народного избранника, по оценкам знающих людей, иногда доходит лишь 10% стоимости заказа.

Наконец, есть ещё один фактор, в зависимости от которого цена депутатского запроса меняется в разы, – знает ли о нём сам парламентарий? Немало депутатских запросов совершается без ведома «народного избранника» его помощниками. Как правило, у них всегда есть факсимиле шефа. А значит, тиснуть его на думском бланке с запросом не проблема. Как рассказывал депутат Госдумы Александр Хинштейн, некий аферист посылал запросы на депутатских бланках за подписью депутата Геннадия Гудкова, хотя тот об этом даже не подозревал. По словам Хинштейна, «бланки – это самое уязвимое место, несмотря на то что они номерные и расписаны на конкретных депутатов. Зашла в кабинет в конце рабочего дня уборщица, кто за ней следит? По номеру на бланке потом можно определить, из какой приёмной они утекли, а как именно – никто не знает». Думские старожилы могут припомнить десятки забавных случаев, когда очередной изумлённый парламентарий читал чиновный ответ на запрос с подробным разъяснением той проблемы, о которой он и не ведал. Увы, как правило, фамилии в данном случае не называются, поскольку думцы не любят выносить сор из избы своих фракций.

Но одна история была уж слишком скандальной и закончилась уголовным делом. Как ранее сообщала газета «Коммерсантъ», некто Валерий Белозёр – помощник депутата Госдумы от фракции ЛДПР Сергея Абельцева – поставил изготовление депутатских запросов на широкие рельсы. Так, в течение долгого времени он успешно обрабатывал бывшего главу ВИП-банка Алексея Френкеля, пообещав ему организовать смещение тогдашнего зампреда ЦБ РФ Андрея Козлова за 100 (!) млн. долларов! Дескать, за эти деньги был бы организован коллективный запрос 90 депутатов в Счётную палату РФ, которая провела бы проверку деятельности Козлова и вынесла бы ему суровый приговор, а также организована соответствующая кампания в СМИ. Френкель якобы регулярно выплачивал Белозёру по 10 тыс. долларов, а вопрос, разумеется, так и не стронулся с места.

Одновременно с этим Белозёр так же «эффективно» помогал и руководителю Эпин-банка Наталье Кремлёвой. За обещанное ей содействие в продлении банковской лицензии она передала Белозёру сумму в размере около 300 тыс. долларов, после чего тот потребовал дополнительно ещё 500 тысяч! В то же время через двух посредников на этого помощника Абельцева вышла руководитель ООО «Инфотех» Елена Латышева. Она просила помочь ей снять арест с крупной партии импортного сахарного сиропа, задержанной на границе с Белоруссией из-за неуплаты таможенных платежей. Белозёр пообещал ей организовать запрос шефа в Федеральную таможенную службу, который, дескать, решит проблему. Стоимость заказа, включая услуги посредников, составляла 300 тыс. долларов. Латышева передала предоплату в 30 тыс. долларов, однако на этом всё и закончилось, поскольку Белозёр был арестован и вскоре за мошенничество приговорён к семи годам лишения свободы.

Депутатские запросы на коммерческой основе практикуются не только в Госдуме, но и в Совете Федерации. Но, как говорят компетентные источники, там действуют совсем другие расценки. Запрос стоимостью в несколько тысяч долларов лоббистам из Совета Федерации неинтересен. Поэтому там, как правило, идёт большая игра, когда свои усилия объединяет целая группа сенаторов. Яркий пример того – депутатский запрос в Федеральную налоговую службу по поводу Тюменской нефтяной компании, якобы занимавшейся «уходом от уплаты законно установленных налогов» на сумму 22 млрд. рублей. Под ним подписались сразу 45 (!) членов Совета Федерации, в том числе зампред верхней палаты Светлана Орлова.

По словам зампреда Комитета Совета Федерации по правовым и судебным вопросам Михаила Капуры, депутаты Госдумы «нередко злоупотребляют запросами, а их большое количество девальвирует ценность запросов». В итоге, дескать, депутат в ответ получает «формальную отписку за подписью начальников отделов, хотя запросы пишут на имя руководителей ведомств». Например, из 401 запроса, направленного в СКП РФ, удовлетворено лишь 23, то есть 5,7%. Однако поток депутатских обращений и в силовые органы, и в «гражданские» ведомства не ослабевает, как и поток «ходоков» от бизнес-структур в думские комитеты. Должны же «народные избранники» оправдывать свои мандаты…

Опубликовано:
Отредактировано: 07.12.2009 11:57
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх