// // Главный нарколог РФ Евгений Брюн: Принудлечение – мера необходимая и спасительная

Главный нарколог РФ Евгений Брюн: Принудлечение – мера необходимая и спасительная

1257
В России введут принудительное лечение от алкоголизма и наркомании. Чиновники обещают, что оно будет эффективнее и гуманнее, чем в печально знаменитых советских ЛТП
Фото: ИТАР-ТАСС
В России введут принудительное лечение от алкоголизма и наркомании. Чиновники обещают, что оно будет эффективнее и гуманнее, чем в печально знаменитых советских ЛТП Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Сейчас на высшем уровне медицинской иерархии решается вопрос о введении принудительных мер для злостных алкоголиков и наркоманов. Возможно, уже очень скоро их начнут силой отучать от пагубных привычек. Закон, который находится ещё в стадии разработки, вызвал массу противоречивых мнений. Для многих сограждан в воздухе уже забрезжил холодный призрак «лагеря трудового принуждения» – так в народе расшифровывали казённую аббревиатуру «ЛТП». Разъяснить ситуацию мы попросили главного нарколога РФ Евгения Алексеевича Брюна.

–Идея ввести принудительное лечение от алкоголизма и наркомании звучит всё настойчивее. Как вы считаете, россияне уже не в силах справляться со своими проблемами в одиночку? Неужели тут нужно вмешательство «сверху»?

– Чтобы один крепко пьющий человек излечился от своей зависимости, ему нужно потратить массу усилий – и то результат не гарантирован. Но чтобы бросило пить хронически больное общество, представьте, сколько должно быть приложено сил и средств. С наркоманией тоже всё сложно. В любом случае справиться тут реально только государственными силами, и на решение проблемы, безусловно, должны быть мобилизованы все возможные ресурсы, в том числе и законодательные.

– Какова сегодня в стране статистика по алкоголизму и наркомании?

– Количество наркоманов в РФ сегодня составляет 550 тыс. человек, в Москве их 30 тыс. человек. Но, по экспертным расчётам, это количество должно быть умножено на коэффициент 2,5, а в Москве на коэффициент 7. Это значит, что в России примерно 1,5 млн наркоманов, а тех, кто употреблял наркотики, но не является зависимым, в 50 раз больше. Ещё примерно 10% людей, проходящих лечение в общесоматических больницах страны, – это люди с заболеваниями, напрямую связанными со злоупотреблением алкоголем и наркотиками.

– Не является ли принуждение в таком вопросе нарушением прав и свобод личности? И вообще, можно ли лечить человека, если он сам этого не хочет?

– Я сказал бы – и думаю, многие меня тут поддержат, – что принуждать их отказываться от алкоголя и наркотиков не только можно, но и нужно. Хотя, разумеется, без доброй воли больного абсолютного эффекта от лечения ожидать трудно. У психиатров-наркологов есть неписаное правило: излечить нельзя, излечиться – можно. Как показывает опыт, положительная динамика в лечении больного алкоголизмом или наркоманией наблюдается только тогда, когда пациент сам стремится к исцелению. Так вот, все наши активы мы направим на то, чтобы это принуждение принесло положительные плоды и человек потом мог вернуться в общество и не держал бы зла на врачей. Принимая пациента, мы всегда первым делом начинаем внушать ему, что это жизненно необходимо. Вы думаете, что алкоголики и наркоманы прямо-таки бегут в больницы? На самом деле добровольно лечиться почти никто из них не хочет. Соглашаясь пройти курс лечения, такой больной обычно просто идёт навстречу родственникам или сдаётся под влиянием момента, испуга или каких-то других субъективных обстоятельств, но искреннего намерения развязаться со своей проблемой он, как правило, не имеет. Большинство из них начинают проситься домой на второй день! Мы проводим с ними титаническую работу, уговаривая остаться в стенах больницы. Однако насильно удерживать их мы не имеем права, и они снова пускаются во все тяжкие и обрекают себя и нередко своих близких на гибель. Вот почему в таком вопросе принуждение является мерой необходимой и спасительной.

– Как вы видите принуждение без унижения?

– Если такая законодательная мера будет принята и зависимых начнут, как вы говорите, принуждать к лечению, то это будет происходить вовсе не в репрессивной или какой-то унизительной форме. Именно сейчас мы работаем над механизмом этого самого «принудлечения». Во-первых, будет строго соблюдаться законность. Возможно, кому-то дадут шанс сначала самостоятельно решить свою проблему, если надо, помогут пройти лечение добровольно. Во-вторых, никто никого не сможет под эту вывеску «упрятать», об этом мы тоже обещаем позаботиться. Но уж когда больной поступит на лечение, с ним начнут работать целый штат врачей, психологов и социальных работников, и в конце концов он начнёт с ними сотрудничать. Поэтому не стоит сейчас, когда только-только наметился положительный сдвиг в таком серьёзном деле, заранее подвергать критике, по сути, единственную возможную программу по избавлению общества от этой беды. Для начала всем нам надо понять, что в борьбе с пьянством и наркоманией – как на войне – все средства хороши. Если вы хотите морализировать на тему свободы выбора, то спросите сначала мнение тех, в чьих семьях уже случилось такое несчастье, у кого пьёт или колется близкий человек. Эти несчастные отравляют жизнь не только себе! А потом это ведь, образно говоря, заразно. Если в доме употребляет отец, то в 90% случаев эстафету примет сын, причём уже в подростковом возрасте! Те, кто не знает этого из личного опыта, не поймут, до какой степени отчаяния алкоголики и наркоманы доводят своих матерей, жён, мужей и детей, в какую пытку превращают их существование, не говоря уже о своём. Поэтому все разговоры о нарушении свобод в этой ситуации я могу расценивать как безответственный популизм. Когда пьёт почти половина населения, включая женщин и детей, такие слоганы неуместны. И ещё в отношении свободы – я прошу вас задуматься: а разве человек, который полностью зависит от зелья, может считать себя свободным? Является ли он свободным на самом деле? Он уже по уши в рабстве у своей пагубной страсти. Кроме того, этого человека надо спасать чисто физически, так как алкоголизм – это медленное самоубийство. И это серьёзная психическая болезнь.

По теме

– Где предполагается проводить лечение? Учреждения будут принадлежать пенитенциарной системе или системе здравоохранения?

– Пока ещё окончательного решения нет, так же как и готовой схемы последующих действий. Всё находится в стадии разработки. Могу сказать только, что если и будут для этих целей созданы отдельные учреждения, то они ни в коем случае не станут дубликатами советских ЛТП. Мы, в частности, сейчас изучаем зарубежный опыт – опыт тех стран, где принудительное лечение существует и, в общем-то, оправдывает себя. Например, в США такая практика бытует давно и благополучно, и общество вполне ею довольно. Возможно, что-то из зарубежных полезных наработок сможет пригодиться и у нас. Во всяком случае, я обещаю, что мы не собираемся усеивать страну исправительными лагерями с колючей проволокой.

– Как туда будут попадать – по решению суда, по заявлению родственников?

– Конечно, не обойдётся без участия и судебных органов, и ближайшего окружения больного.

– А как быть тем, кто сам хочет «сдаться»? Ждать, когда кто-то даст о нём сигнал? Или надо будет совершить какой-нибудь неблаговидный поступок в общественном месте?

– Ну, это абсурд. Наоборот, таким людям и сейчас оказывается вся возможная помощь, их госпитализируют при первом же обращении, так что нет причин менять что-то и в будущем.

– Но разве мест в государственных больницах хватает? И почему в народе считается, что лечение от алкоголизма стоит фантастических денег?

– Благодаря широкой рекламе коммерческих клиник и частной наркологии, которая действительно стоит огромных денег и не гарантирует никакого результата. И даже хуже того, частная наркология способна только навредить больному, так как работает она лишь на собственный карман, по большому счёту калеча тех, кто обращается к её помощи, и взимая за это космические суммы. Я утверждаю, что единственное возможное лечение алкоголикам и наркоманам в состоянии обеспечить только государственная система медпомощи, включающая в себя целый комплекс необходимых методик, тогда как частники эксплуатируют какой-то один узкий метод, не всем больным подходящий. Поэтому я настаиваю на том, чтобы сделать лечение и реабилитацию нарко- и алкогольно-зависимых прерогативой государственной медицины.

– И всё-таки у нас есть проблемы с койко-местами в государственных наркологических больницах. Во всяком случае, на периферии с этим гораздо сложнее, чем в столице, люди практически предоставлены сами себе. Вы намерены решать эту проблему?

– Минздравсоцразвития РФ уже сейчас направляет большие средства в региональную наркологию, устанавливается более жёсткий контроль за наркодиспансерами на местах, и мы постараемся сделать так, чтобы ни один из самых отдалённых уголков нашей страны не оказался не охваченным необходимой наркологической помощью.

Елена Серебрякова
Опубликовано:
Отредактировано: 21.03.2011 12:12
Копировать текст статьи
Комментарии 1
  • Sibirsky 19.03.2016 11:32

    Частные наркодиспансеры должны быть запрещены.
    Но и подработка наркологов из гос.клиник так же должна
    быть запрещена. И подход к излеченым должен быть
    другой без этих ограничений по труду.

Еще на сайте
Наверх