// // Евгений Кафельников: Я старый и больной человек!

Евгений Кафельников: Я старый и больной человек!

428
Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Евгений Кафельников – великий российский спортсмен, и этим всё сказано. Он был велик на корте, сейчас велик и скромен в повседневной жизни. Правда, есть у него одна маленькая слабость: сладкое. Бывает, ест конфеты и не может остановиться. Зато потом моментально появляется стимул худеть…

–Евгений, вы скучаете по большому спорту? Вспоминаются участие в крупных международных соревнованиях, победы, пьедестал?..

– Если бы я сказал «нет, не скучаю», то слукавил бы. Естественно, как любому уважающему себя чемпиону (тем более я восемь лет назад покинул большой спорт), мне до сих пор хочется, как говорится, быть в центре внимания, чтобы мой труд соответственно был как-то замечен поклонниками. Так что, безусловно, да, я ностальгирую.

– Удовлетворяется ли эта ностальгия хотя бы частично, скажем, участием в ветеранских турнирах, подобным тому, который был недавно, во время проведения «Ролан Гаррос»? Это как-то греет душу?

– Не в полной степени. Все эти ветеранские турниры – в большей степени развлечение и для зрителей, и для спонсоров. А мы играем вполне серьёзно, но если бы всё это было так же, как на былых турнирах, когда я был действующим спортсменом, то меня это удовлетворяло бы в гораздо большей степени. Но и всё равно я не жалуюсь, сейчас мне и эти турниры доставляют удовольствие.

– Вы уроженец Сочи. Там и жили, и тренировались, а потом достигли в своём деле огромных вершин. Мария Шарапова тоже жила там и тоже достигла вершин, однако её в детстве увезли тренироваться в США. Как вы думаете, всё дело во времени, в положении в стране или ещё в чём-то?

– Этому очень много объяснений. Во-первых, я не думаю, что самое главное объяснение или совпадение – что мы именно из Сочи. К тому же Маша приехала в Сочи в 3-летнем возрасте по вполне объяснимым причинам. Все мы знаем, что они из Белоруссии, и её родители понимали, что чернобыльская катастрофа может пагубно отразиться на здоровье. Во-вторых, её папа сам взял на себя огромную ответственность и, когда Маше было 7 лет, увёз её в Америку, потому что понимал: в той ситуации, которая тогда сложилась у нас в стране, у неё не будет никаких шансов выбиться. На мой взгляд, он всё сделал правильно. Что касается меня, то у меня дома в своё время была дилемма: либо я расту обыкновенным уличным мальчиком, подающим какие-то надежды, либо буду пробиваться сам – в том числе и для того, чтобы вывести свою семью на определённый уровень жизни. По-моему, всё зависит от избалованности ребёнка, и если он сам всё понимает и голова у него на месте, то на самом деле может всего добиться. А если он живёт в полном достатке и ему ни в чём не отказывают, то маловероятно достигнуть какого-то результата. Лично я не знаю, чтобы кто-то из так называемых благополучных семей добивался каких-то больших успехов.

– Кстати, о Маше Шараповой. Жень, а можно играть в теннис и не кричать?

– Знаете, это такие тонкие теннисные нюансы… Конечно, можно, но это у неё такая изюминка, и мы не вправе её осуждать.

– Но некоторые теннисные школы просто настаивают, что такой вот естественный крик способствует некой концентрации и чуть ли не силе и точности ударов…

– Существует масса методов, что и как нужно делать, но никакой одной и реальной аксиомы нет. То есть кому как удобно, тот так и действует.

По теме

– Некоторые некричащие теннисистки предлагают запретить правилами кричать теннисисткам кричащим.

– Каждый стремится достичь желаемого результата так, как может. И я не думаю, что если бы кто-то действовал не в рамках правил, то на это закрыли бы глаза. Но пока всё происходит в рамках правил, и тут, к счастью, ничего не сделаешь.

– Вы заработали свои деньги потом и кровью. Что вам даёт финансовое благополучие?

– Независимость. Я абсолютно ни от кого не завишу, и это доставляет мне очень большое удовлетворение. Мои родители тоже ни от кого не зависят, и это самое большое счастье!..

– Женя, как вы думаете, можно купить здоровье? Вы как-то мне сказали, что ни за что не будете лечиться в нашей стране. До сих пор придерживаетесь этого мнения?

– Прецедентов сталкиваться с медициной, к счастью (или к сожалению), у меня пока не было. А если что-то такое и было, то так получалось, что я обращался к докторам за рубежом. Я уверен, что в нашей стране сейчас огромный прогресс в том, что касается медицины. Все мы видим, что президент и премьер уделяют этому большое внимание, на медицину выделяются огромные бюджетные деньги. Соответственно рано или поздно мы должны выйти на какой-то уровень.

– Когда я готовился к этому интервью, то часто нарывался на информацию о том, что у вас бывает депрессия. Это на самом деле так? Как вы боретесь с ней?

– Да, бывает, но в последнее время я научился выводить себя из этого состояния. Благо у меня есть хобби, которому я уделяю практически всё своё время. И у меня есть любимая дочка, поэтому я понимаю, что не могу быть совсем уж эгоистом и смотреть только на какие-то свои капризы. То есть у меня есть те, о ком я должен заботиться. И всё это как-то тормозит и охлаждает мою депрессию. На самом деле так и должно быть.

– Как-то вы сказали, что можете сесть и съесть огромное количество конфет, чуть ли не ведро. Это, наверное, тоже помогает в борьбе с депрессией…

– Да, могу. Это одно из моих слабых мест: я сладкоежка, и тут ничего не поделаешь...

– А на рыбалку сейчас время есть?

– Нет, последний раз был на рыбалке в июле 2005 года. Это было под Астраханью, и тогда за три дня я получил массу удовольствия. Последнее время тоже пытаюсь выбраться порыбачить, да всё как-то не срастается.

– А в Швейцарии, где у вас была недвижимость, вы рыбачили?

– Нет, не рыбачил. Да и недвижимости уже с 2008 года там у меня нет.

– А для каких целей покупали там недвижимость?

– Тогда я очень много ездил, а Швейцария – это центр Европы, и оттуда можно было очень легко передвигаться, чтобы попасть на различные соревнования. Только из этих соображений.

– А вы там с кем-то общались?

– Нет, просто не было времени. Честно говоря, не до этого было.

– Зато вы дружили с Борисом Ельциным. Вам что-то запомнилось из этого общения?

– Да, я очень много общался с Борисом Николаевичем. Он приглашал меня к себе в гости, мы вместе с ним пили чай. Он говорил: «Проходи, Женя!», общался со мной и, по-моему, доверял мне. Он позволял себе так открыто общаться далеко не с каждым. Это был сильный и разумный политик; по-моему, только такой человек мог удержать страну в 90-е годы. Сейчас многие осуждают его за какие-то поступки, но когда у тебя 250 млн архаровцев и каждый пытается сделать что-то своё, то только такой руководитель и сможет всё это удержать под контролем. Честно говоря, я удивляюсь очень многим высказываниям, которые сейчас направлены в его адрес, ведь я знал его с противоположной стороны. Я считаю, что только благодаря ему наш теннис вышел на тот уровень, на котором он сейчас и находится. Человек реально болел этим делом, за что ему большая благодарность. И дело не в том, что он приучил играть в теннис всё своё окружение. Когда глава государства проявляет к этому интерес, это вообще приводит к результатам. Ведь делаются финансовые вложения, задаётся конкретное направление и т.д.

– Кстати, о финансовых вложениях. Ваше отношение к тому, что Олимпиада 2014 года пройдёт именно в вашем родном Сочи? А вдруг там в это время будет +15…+20?

– Не исключено. В феврале у нас может быть до +15…

– И как же тогда быть? Снег завозить?

– А что, я был затейником этой Олимпиады? Так что с этим вопросом не ко мне. А снег, возможно, действительно нужно будет завозить…

– У вас был свой самолёт, и вы сами водили его…

– А теперь я приземлённый человек, давным-давно не вожу самолёт и вообще стараюсь как можно меньше летать. У меня исчезла необходимость в активном передвижении и совершенно изменились интересы.

– Вы сейчас активно занимаетесь гольфом…

– Да, я очень плотно занимаюсь им, играю регулярно, практически каждый день. Я чувствую, что у меня есть потенциал, поэтому и занимаюсь – чтобы ещё более улучшить свою игру.

– Вы сами растите дочку, и, наверное, это и есть самое главное занятие вашей жизни…

– Как выясняется, да. Это большая радость и такое маленькое счастье, которое требует постоянного внимания. Вот я и стараюсь уделять любимой дочери как можно больше времени.

– Женя, а можно сказать, что вы – один из самых завидных женихов России, да и не только её, а, может, и всего мира?..

– Боже упаси! Какой я жених… Я уже старый и больной человек, мне 36 лет... Шучу, конечно! Никакой я не «завидный жених». Я вполне ординарный россиянин, правда, с очень большим жизненным опытом, что, конечно, мой самый большой плюс.

– Что вы имеете в виду?

– Свой опыт я сейчас не продам и не куплю ни за какие деньги! За всю свою сознательную спортивную и постспортивную жизнь я очень много повидал и приобрёл. Правда, сейчас для прессы я не буду вдаваться в подробности своей жизни.

– Я так и знал. Вы не впервые даёте мне это понять. Тут как-то проходили сообщения, что вы помирились со своей бывшей супругой…

– В силу того, что у нас общая дочка, мы общаемся. И только в этих рамках, не более того.

– Вы наверняка знаете ваше спортивное прозвище: Калашников…

– Да, немцы так прозвали меня ещё в 1994 году.

– А Ларри Стефански называл вас русским упрямцем. Женя, а как бы вы назвали сами себя?

– Я – обыкновенный россиянин.

Александр Саргин
Опубликовано:
Отредактировано: 19.07.2010 12:24
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх