// // Процесс слияния Минобороны и МЧС запущен

Процесс слияния Минобороны и МЧС запущен

12575

Спасательная операция

Фото: РИА Новости
Фото: РИА Новости
В разделе

На прошлой неделе масштабное наводнение, причинившее много неприятностей Дальнему Востоку, унесло первую человеческую жизнь. На подтопленной трассе Хабаровск – Комсомольск-на-Амуре утонул «КамАЗ», за рулём которого находился военнослужащий. По решению главы военного ведомства Сергея Шойгу рядовой контрактник Баир Банзаракцаев будет посмертно представлен к государственной награде. «Наша Версия» разбиралась, почему военные всё чаще рискуют жизнью в зоне чрезвычайных ситуаций?

По данному факту заведено уголовное дело. Командиру роты, который вопреки запрету со стороны сотрудников ГИБДД приказал пересекать затопленный участок автомагистрали, грозит пять лет тюрьмы. Однако, несмотря на происшествие, Минобороны только наращивает число военнослужащих, которые помогают региону справиться с небывалым наводнением. В настоящее время 75% всех сил, которые борются с паводком на Дальнем Востоке и участвуют в ликвидации последствий наводнений, – это представители военного ведомства. Всего в Дальневосточном федеральном округе спасательными работами занимаются более 5 тыс. военнослужащих, задействованы 1 тыс. единиц специальной техники, 26 самолётов, 24 вертолёта и 39 катеров Минобороны. Солдаты участвуют в возведении дамб, помогают эвакуировать население. Военнослужащие также оказывают помощь местным жителям в оборудовании водоотводных каналов, восстановлении садово-огородных и фермерских хозяйств, расчистке дворов и приусадебных участков. По последним сообщениям из Минобороны, в настоящее время подразделения войск радиационной, химической и бактериологической защиты Восточного военного округа проводят послепаводковую дезинфекционную обработку: очищают освобождённую от воды территорию и проводят дезинфекцию питьевых колодцев в Амурской области.

Минобороны всегда участвовало в ликвидации последствий ЧС

На фоне Минобороны участие профильного спасательного ведомства МЧС куда скромнее: представительство спасателей в несколько раз меньше и составляет приблизительно шестую часть от всех участвующих в ликвидации последствий паводка сил и средств. По оценкам экспертов, это максимум, на что способно МЧС, – у них попросту нет ресурсов, чтобы одновременно заниматься ликвидацией последствий паводка сразу в пяти субъектах Дальневосточного федерального округа.

Нужно отметить, что Минобороны всегда активно участвовало в ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций в стране. Можно вспомнить, что при тушении масштабных пожаров в Подмосковье в 2010 году наиболее эффективными были трубопроводные батальоны Вооружённых сил. В прош­лом году при ликвидации последствий затопления в Крымске основные работы также выполнялись армией – к слову, именно военные очистили от завалов и грязи более половины затопленных территорий. При этом армия является главным участником ликвидации последствий различных чрезвычайных ситуаций, несмотря на то что на это средства в бюджете не запланированы, по сути, военные помогают бесплатно.

Нужно заметить, что раньше армейцы участвовали в спасательных операциях под нажимом и по прямому указанию руководства страны. Наверное, самым ярым противником такого использования военнослужащих был предыдущий министр обороны Анатолий Сердюков. В период его руководства военным ведомством известны случаи, когда при обращении с просьбой оказать помощь ставились вопросы, кто будет компенсировать расходы, к примеру, за ГСМ и амортизацию техники. Шойгу в этом плане сильно отличается от своего предшественника. Порой создаётся впечатление, что он до сих пор ассоциирует себя с МЧС – министерством, которое нынешний министр обороны создавал с нуля и руководил им на протяжении 18 лет. К примеру, только по его личной инициативе по тревоге были подняты две бригады железнодорожных войск и в течение суток направлены в районы наводнения на Дальний Восток со всеми инженерными средствами: машинами разграждения, бульдозерами, самосвалами.

По теме

Идея объединить спасателей и военных сегодня буквально повисла в воздухе, не последнюю роль в этом играет харизма личности Сергея Шойгу, заработавшего себе славу в борьбе с различными катаклизмами. И нет ничего удивительного, что появившиеся в конце августа сообщения, что руководство России обсуждает предложение главы военного ведомства о реорганизации МЧС в структуру, которая будет подчинена Минобороны, были легко приняты на веру. И, несмотря на то что в Минобороны категорически опровергли предположения о слиянии двух министерств, ряд экспертов убеждены, что процесс объединения уже запущен, а вброшенная информация не что иное, как прощупывание общественного мнения.

При этом всё отчётливее проявляется ряд косвенных признаков, выдающих это намерение. В первую очередь это небывало возросшая в последнее время активность военных во время чрезвычайных ситуаций. Ранее также было объявлено, что создаётся центр робототехники Минобороны, который будет работать как для нужд военного ведомства, так и на МЧС. Признаки предстоящего слияния двух ведомств наблюдаются даже в мелочах. Так, форма нового образца, предназначенная для офицеров дежурных смен командных центров и управления оборонного ведомства и гражданских специалистов, поразительно похожа на форму МЧС.

На ключевые посты министр обороны активно расставляет офицеров МЧС

Кстати, в объединении Минобороны и МЧС нет ничего нового, ведь с 1971 года функции МЧС выполняли войска Гражданской обороны, входившие в Вооружённые силы, а командующий войсками ГО был первым заместителем министра обороны. Но в 1991 году было объявлено, что войска ГО не готовы к работе в условиях крупных аварий и катастроф, они были переданы в состав вновь созданной структуры. Дальше стараниями Сергея Шойгу МЧС выросло до размеров министерства, фактически обладающего своими вооружёнными силами и насчитывающего 350 тыс. человек, на содержание которого вкладывается до 10% средств, выделяемых на национальную оборону. Когда новое ведомство набрало силу, было решено, что Минобороны должно заниматься только вопросами обороноспособности, отражением внешней агрессии, а МЧС была поручена ликвидация последствий стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций. Такое чёткое деление функций некоторые эксперты и сегодня считают наиболее сбалансированным.

Если обратное объединение всё же произойдёт, то, несомненно, большим плюсом станет существенная экономия бюджета, позволяющая сократить непомерно раздутый управленческий аппарат МЧС, где самая большая концентрация генералов из всех силовых структур. Структуру МЧС также можно будет дополнительно оптимизировать за счёт перераспределения функций спасателей и воинских подразделений. Также улучшится координация в действиях МЧС и Минобороны, что позволит эффективнее использовать имеющиеся ресурсы.

Кстати, в самом МЧС к возможному объединению относятся без видимого отторжения. Объяснение этому простое: если спасатели станут частью Вооружённых сил, то у офицеров МЧС появятся новые возможности для карьерного роста. Тем более что свои люди в Министерстве обороны уже есть, на ключевые посты министр обороны активно расставляет офицеров МЧС. Например, должности двух ключевых замминистра заняли бывшие служащие этого ведомства – Руслан Цаликов и Юрий Садовенко.

Если объединение случится, то за счёт единовременного укрупнения армии и слияния бюджетов двух структур новое силовое суперведомство будет обладать поистине неограниченными полномочиями, помноженными на финансовые и людские ресурсы. Также появится обоснование для оснащения МЧС вооружением и военной техникой, это позволит под видом спасателей посылать войска в горячие точки. Для руководства страны положительным моментом станет то, что окончательно закрепляется практика, когда, как в СССР (больше всего войск использовали при аварии на АЭС в Чернобыле и после землетрясения в Спитаке), армию без всяких бюрократических проволочек можно будет направлять ликвидировать чрезвычайные происшествия. Тогда под рукой всегда будет находиться большое количество рабочей силы, которую можно использовать при любом форс-мажоре без ущерба для бюджета.

КОММЕНТАРИЙ

Анатолий ЦЫГАНОК, руководитель научно-аналитического центра по проблемам национальной безопасности информационного агентства «Оружие России»:

– Ситуация на Дальнем Востоке наглядно показывает, что сегодня нужен единственный руководитель, который должен управлять как армией, так и войсками МЧС. В любом случае объединение не навредит обоим ведомствам. Напомню, что в 1992 году Борис Ельцин в большей степени по политическим причинам создал МЧС – по сути, ему была нужна военизированная структура, которая подчинялась бы только ему. Сейчас ситуация кардинально другая, сегодня нет никаких веских причин искусственно разъединять армию. Так что если Сергей Шойгу действительно поставил цель объединить ведомства, вывести войска гражданской обороны в подчинение военного ведомства, то поступает очень правильно. Но, по последней информации, сейчас принято решение пока не объединять эти структуры. По-моему, это не совсем логично.

Опубликовано:
Отредактировано: 16.09.2013 16:06
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх