// // Коррупционные скандалы сотрясают Ингушетию едва ли не чаще, чем антитеррористические операции

Коррупционные скандалы сотрясают Ингушетию едва ли не чаще, чем антитеррористические операции

1171

Банкрот и лесные братья

Фото: РИА Новости
Фото: РИА Новости
В разделе

22 июня Ингушетия отмечала День памяти и скорби. Эта трагическая дата для республики связана не только с началом Великой Отечественной войны, но и с событиями 2004 года, когда на Ингушетию напали боевики Басаева. Были убиты сотрудники правоохранительных органов и силовых структур, госслужащие и мирные люди. Однако и сегодня неспокойно в республике.

Если послушать главу Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, республика вот-вот станет раем: тут и мегапроекты, и грандиозные планы, и ажиотаж среди инвесторов. А если почитать информационные сводки, то становится понятно, что республику можно считать банкротом и она находится чуть ли не на грани гражданской войны.

Судите сами. Когда 24 мая был ликвидирован амир Артур Гетагажев, Юнус-Бек Евкуров и глава ингушского совбеза Алихан Кузьгов уверяли, что с бандформированиями покончено и в республике воцарится долгожданный мир. Увы, уже 2 июня в Сунженском районе взрывом фугаса был убит один и ранены восемь военнослужащих. А 6 июня в Назрани двое боевиков на проходной Ингушской республиканской больницы (ИРКБ) расстреляли сотрудников полиции, пытаясь выкрасть тело Артура Гетагажева. Счастье ещё, что запланированный на День республики теракт шахида-смертника удалось предотвратить.

Отчего же молодые люди уходят в «лесные братья»?

История одной инвестиции

В 2008 году президент России Владимир Путин на Международном инвестиционном форуме в Сочи высоко оценил один из инвестпроектов в Республике Ингушетия – создание промышленного кластера по производству строительных материалов в Сунженском районе. Расположенный на месторождениях минеральных ресурсов (песок, глина, известняк, жёлтый мрамор), кластер включал в себя строительство шести производств, позволявших освоить месторождения и обеспечить стройматериалами республику: заводы ЖБИ, сухих смесей, ячеистого бетона, керамического кирпича, а также предприятие глубокой переработки древесины. Бюджет должен был получить около 1 млрд рублей в виде налоговых поступлений. Президент поручил правительству выделить из инвестиционного фонда порядка 13 млрд рублей на развитие инженерной инфраструктуры промзоны. Прямо на сочинском форуме было заключено три контракта: один с Германией и два с инвесторами из США. К этому времени уже имелись все правоустанавливающие документы на землю, полученную в аренду на 49 лет, лицензии на проведение геологических работ, изыскания, а также соглашение, которое было подписано между правительством Ингушетии и ОАО «Агентство цементной промышленности» – автором проекта. Финансировать проект взялся «Дойче банк», поддержка была получена и от специализированной организации ООН – Международной организации экономического развития.

Казалось бы, какие риски могут поджидать проект, одобренный на самом верху, поддержанный международным капиталом, имеющий первостепенное значение для стабилизации обстановки и повышения благосостояния в регионе? Как выяснилось, один, но самый важный риск – благоволение первого лица республики.

Всё шло прекрасно до тех пор, пока в том же 2008 году главой Ингушетии не стал Юнус-Бек Евкуров. Новый руководитель республики уже в одном из своих первых интервью дал понять, что относится к идее промышленного кластера негативно. «Вопрос – что будет с экологией? У нас высокая рождаемость, но и большая детская смертность. Рисковать не хочется, поэтому я поставил задачу проанализировать все плюсы и минусы проекта. Конечно, ради денег можно пойти на какие-то издержки», – заявил Евкуров газете «Совершенно секретно».

По теме

На этом проект фактически был остановлен. Напрасно Агентство цементной промышленности объясняло, что намерено выстроить предприятия по лучшим европейским образцам. Напрасно возило делегированных общественностью жителей в Германию, где в 20 километрах от Берлина расположен аналогичный цементный завод. Общественники увидели, как соседствуют корпуса цементного завода и дома горожан, отметили с удивлением, что даже обувь не пылится. Но что с того, если для нового главы республики проект чужой? «Тогдашний зампредседателя правительства Ингушетии Павел Пущин на встрече с нами выразился предельно откровенно, что мы не с той стороны зашли. Да и мнение президента не авторитетно», – рассказывает глава Агентства цементной промышленности Умар Цечоев.

С тех пор стройка стоит, а инвесторы пишут жалобы: в администрацию президента РФ, директору ФСБ, в Генпрокуратуру, Минпром, Минэкономразвития, Росприроднадзор, полномочному представителю президента РФ в СКФО – вначале Александру Хлопонину, а позжеСергею Меликову, во все региональные структуры, включая МВД. Более 4 тыс. жителей Ингушетии подписали обращение к президенту России.

«Я потерял 5 млн долларов на этом бизнесе», – жалуется Цечоев. Сколько потеряла Ингушетия, сосчитать трудно, но явно больше. Это как минимум 4 тыс. несозданных рабочих мест. Это дорога Алкун – Таргим, на строительство которой щебень брали с месторождения, принадлежащего Агентству цементной промышленности. Мало того, что брали без спросу, так ещё щебень известковый. Он является прекрасным сырьём для цемента, а вот для дорожного строительства не годится: известняк под действием влаги размывается. Так что жить дороге недолго. Зато власти Ингушетии дали государственные гарантии на 2 млрд рублей под завод химических реагентов в Карабулаке. «В реальности там натуральный сарай, на который потрачено максимум 120–130 млн рублей», – говорит Цечоев. Но в этом проекте участвуют близкие к руководству республики люди, добавляет он.

Потёмкинские деревни

Стоит напомнить, что Ингушетия лидирует среди получателей дотаций из федеральной казны. По данным «Ингушетиястат», за первый квартал нынешнего года доходы республиканского бюджета составили 4,8 млрд рублей, из которых 4,4 млрд (то есть более 92%) пришлись на безвозмездные поступления из федерального бюджета. Но и этого оказалось мало – весной этого года федеральный центр одобрил выделение Ингушетии дополнительных 9 млрд рублей.

Деньги, как видим, в республику вливаются немалые. На что же они идут? Экспертно-аналитическая группа координационного совета Всеингушского гражданского совета (ВГС) провела собственное исследование расходования средств в рамках исполнения федеральных целевых программ по социально-экономическому развитию региона. Выявились массовые случаи коррупции, особенно при строительстве социальных, промышленных и сельскохозяйственных объектов.

К примеру, при строительстве жилья для переселения жителей из оползневой зоны Малгобекского района республики в 2011–2012 годах израсходовано 2376 млн рублей. На эти деньги построено 558 индивидуальных домов, примерно 55 800 квадратных метров. При этом строительство 1 квадратного метра жилья в Ингушетии в тот период не превышало 20 тыс. рублей. Простейший расчёт показывает, что расходы на строительство были завышены на 1260 млн рублей. В 2013 году для этой же категории населения построено 32 многоэтажных дома, общей площадью 91 400 квадратных метров. Сумма инвестиций из бюджета – 3 млрд рублей. По расчётам ВГС, при нормативе в 20 400 рублей на строительство 1 квадратного метра завышение составило 751 560 млн рублей. Всего же на пострадавших от оползней удалось «списать», по расчётам ВНС, 2,3 млрд рублей.

Конфузом обернулась и громкая инициатива Юнус-Бека Евкурова по переселению безработной молодёжи из Ингушетии в другие регионы. Так, на переселение и обустройство в Свердловской области жителей из Ингушетии из средств бюджета по линии службы занятости было выделено около 270 млн рублей. «По нашим данным, в предусмотренных программой местах переселения не зарегистрировано жителей, массово переселившихся из Ингушетии. Мы считаем, что деньги попросту разворованы», – пишут представители ВГС.

Всего же, по подсчётам Координационного совета ВГС, бюджету страны нанесён ущерб как минимум на 7,1 млрд рублей! В начале 2014 года управление Генпрокуратуры по СКФО провело в республике проверку, в ходе которой были выявлены грубейшие финансовые нарушения, которые могут довести до срыва ФЦП по развитию региона. Готовность большинства объектов, которые, по чиновным отчётам, находятся в финальной стадии реализации, оказалась такой только на бумаге.

Где посадки?

Руководство республики не устаёт повторять, что с коррупцией борется нещадно и совсем скоро её изживёт. Посмотрим на цифры. На заседании правительства в ноябре прошлого года секретарь совета безопасности Ингушетии Алихан Кузьгов отчитался, что за 10 месяцев 2013 года правоохранительными органами выявлено 61 преступление коррупционной направленности, однако к реальному сроку были приговорены всего… двое. Пятеро отделались условным наказанием, а 35 человек и вовсе штрафами.

И, наконец, совсем свежий скандал: в мае этого года Юнус-Бек Евкуров лично вручил орден Республики Ингушетия «За заслуги» руководителю фракции ЛДПР в Госдуме Владимиру Жириновскому. Человеку, который публично предлагал оградить Северный Кавказ железной проволокой и принудительно ограничить рождаемость. Эта награда вызвала негодование всего Северного Кавказа: теперь Евкурова здесь называют не иначе, как предателем, вставшим на колени. Вопрос: насколько этот демонстративный жест снизит напряжённость в регионе?

Коррупция, кумовство, выдавливание из республики инвесторов, неподконтрольных властям предержащим – и это на фоне экономических проблем, безработицы, особенно высокой среди молодёжи, которая точно знает, что без родственников во власти у них нет никаких перспектив… Похоже, ответ на вопрос, кто виноват в том, что в республике нарастает нестабильность, найден.

Более того, под его руководством Ингушетия оказалась на грани гражданской войны. И это уже представляет опасность для всей России.

Опубликовано:
Отредактировано: 07.07.2014 15:28
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх