// // Елена Ваенга: Фамилия переводится как «самка оленя»

Елена Ваенга: Фамилия переводится как «самка оленя»

811
Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Такого ажиотажа в столице не было давно. Подобные очереди в Кремль выстраивались только на концерты мировых суперзвёзд. И кто бы мог подумать, что, пока в Россию приезжал тот самый суперстар, накапливала свой мощный творческий потенциал девочка, которая родилась в посёлке Вьюжном, что рядом с городом Североморском.

–Лена, как вам удалось покорить Москву?

– Дорогие мои, сразу хочу сказать: ничего я не покоряла. У меня даже и задачи такой не было. Для меня Москва такой же город, как и Владивосток, Пенза и Новосибирск. Я сама вообще из маленького города, но я не вижу разницы между городами. Да, Москва – это столица, но люди-то в ней живут те же самые и проблемы у них такие же, как у жителей других городов. И у меня в том числе. Хочу сказать, что я обожаю своих московских поклонников за их адекватность и абсолютную нормальность.

– Трудно ли организовать концерт в Кремле? Причём у вас концерты идут один за другим?

– Нет. Абсолютно нетрудно. Потому что в Кремлёвском концертном зале работают творческие люди, и работают они на своих местах, они всё знают и понимают. Я к ним пришла, и мне сразу же предложили концерт. Без проблем. Так что ничего сложного не было.

– А как же высоченные кремлёвские аренды? Ведь нужны такие суммы!

– Конечно, всё упирается в финансы. И я не хочу сейчас кривить душой. Мы действительно сами оплачиваем аренду. Но – опять же хочу подчеркнуть – ни богатых, скажем так, покровителей, ни щедрых спонсоров у меня нет. Все эти деньги мы заработали сами за два года. И решили вложить их в организацию концерта в Кремле. Да, аренда большая. Но всё остальное: телевидение, съёмки, престиж и резонанс – всё бесплатно. Тот концерт, который был показан в новогодние праздники на Первом канале, – посмотрите внимательно, там же было всё руководство Первого канала.

– По приглашениям пришли?

– Нет. Они пошли и купили билеты. Правда. И разницы с моим любимым Питером не было никакой. Я не почувствовала. Правда, в первый день не все зрители понимали, кто же я такая. И мне пришлось постараться достучаться до их сердец. И у всех зрителей Кремля открылись эти дверцы.

– Надо же, а если б не достучались?

– Откроется она или нет, это зависит от артиста. Когда я ездила с гастролями по стране, во многих городах не было необходимости объяснять, кто я. Достаточно мне было выйти на сцену – и зал взрывался аплодисментами. Мне зрители скандировали! Там были мои поклонники, которые знали моё творчество наизусть. И мне ничего не нужно было им объяснять.

– А вас напрягает необходимость рассказывать о себе огромным залам?

– Нет. Напротив, это хорошо, когда приходится объяснять. Я чувствую, что расту и становлюсь на голову выше. Я же стараюсь. Хотя я всегда стараюсь, но в таких ситуациях в два раза больше стараний.

– А как высоки цены на билеты на ваши, в том числе и кремлёвские, концерты?

– Очень высоки. Но я это стараюсь оправдать и работаю так, чтобы люди не пожалели о больших суммах, потраченных на билет. Когда люди покупают билет на последние деньги, а после концерта говорят, что обязательно придут снова, это лучший комплимент всем моим стараниям. Вообще, со мной происходят потрясающие вещи. Меня очень радует отношение моих поклонников. Когда известного артиста видят на улице, то обычно люди подходят и просят автограф или говорят, как любят творчество этого артиста. Ко мне подходят люди, чтобы взять за руку, сказать «спасибо» и отойти. Они деликатно не хотят тратить моё время. И таких тысячи! И я им очень благодарна.

По теме

– Правда ли, что с вами работают только родственники и близкие друзья?

– Да, это верно. Объясню почему. Свои не воруют (улыбается). А во-вторых, изначально родственники переживают за творчество. Я для них не бизнес, а человек. Это для постороннего человека – бизнес. Поймите правильно, я не против, и это нормально. Он думает в первую очередь о том, как продать товар. И всё же… У меня был такой случай. Во Владимире мне было очень плохо. И, несмотря на огромные финансовые убытки, мой директор – он мой племянник – сказал: «Сегодня мы не поём». А в зале был переаншлаг. Пришлось извиниться перед зрителями и заплатить все штрафы.

– Вы ведь однажды уже приезжали в Москву. Тогда у вас была фамилия Хрулёва. Что произошло, почему вы решили изменить фамилию?

– Всё объясняется банально. Это произошло 10 лет назад. Меня в Москву пригласил Юрий Чернавский. К моему творчеству был интерес. Со мной продюсеры заключили контракт, по условиям которого я не могла выступать под своей фамилией. Со своей стороны я выполнила все условия контракта. Я должна была записывать музыку, предоставлять новый музыкальный материал, петь и быть очень работоспособной, а этой работоспособности у меня хоть отбавляй. А вот продюсеры, которые должны были заниматься моей раскруткой, как это в то время называлось, – ратировать мои песни на радио, снимать клипы и размещать на ТВ-каналах, – начали пробуксовывать. И наш договор медленно, но верно заглох. Мой материал накапливался у продюсеров и никуда не шёл. А я сидела в Питере и чего-то ждала. Так я оказалась в свои 23 года в сложной ситуации. Боязнь не выполнить обязательства загнала меня в рамки. И вот сидела я в Санкт-Петербурге и не могла выступать.

– И как же вы вышли из этой ситуации?

– Мне помогла моя мама, она мне подсказала псевдоним: Ваенга. Во-первых, это река на Кольском полуострове, там, где живут саамы. Удивительный народ с самобытной, интереснейшей культурой. Но кроме этого Ваенга в переводе с саамского языка – «самка оленя». Так что благодаря этому имени я помню место, где я родилась.

– Жалеете, что первый контракт провалился?

– Спустя столько лет претензий у меня не осталось. Более того, я очень рада, что не стала популярной в 23 года. Сейчас у меня и голова на месте, и я понимаю, что делаю, зачем и для кого. Не говоря уже о том, что я за эти годы стала более-менее профессионалом, ведь два образования – музыкальное и театральное – дают право называть себя профессиональным артистом? Не говоря уже о послужном стаже. Последние два года я нахожусь в стране на гастролях. Так и отвечаю на вопрос: «Где вы живёте?» – «В стране».

– Ваш сценический опыт не прошёл даром. Вы очень органичны на сцене. И вообще на концертах выглядите как никто другой.

– У меня был в театральном училище педагог, Пётр Сергеевич Вельяминов, и он меня учил: «Ты – одна такая. И каждый человек на этой планете в единственном экземпляре, он неповторим». А когда люди пытаются на кого-то походить, подражать, я могу это понять, только если это происходит в переходном возрасте лет в 13. В эти годы ребёнку хочется быть похожим на кого-то. И, слава богу, если ему хочется быть похожим на Майкла Джексона, или на Марию Терезу, или на живописцев Шишкина и Серова. Это хорошие ориентиры. Нормальный человек же не хочет быть похожим на Чикатило, или Бивиса с Батт-Хедом, или на парочку убийц – Бонни и Клайда? Или группу «Тату». Я никогда не скрывала своего негативного отношения к этой группе и к тому, что она пропагандирует.

– А когда вам было 13, на кого вы хотели быть похожи?

– На Жанну Бичевскую. Да, правда, я её постоянно слушала. А ещё мне нравился Богдан Титомир. Потому что это был один из немногих исполнителей, выступавших в нашем маленьком городе. И все мальчишки нашего города подстриглись под Титомира. Было интересно! Кроме того, у меня ж в моей семье были определённые вкусы и что мне давали, то я и слушала. Это сейчас есть возможности, тем более в большом городе, есть доступ к любой музыке. А в те годы была с музыкой просто жесть. Мама мне давала слушать Розенбаума.

– А как с отечественной примой Аллой Пугачёвой у вас складываются отношения?

– У меня с ней отношения складываются великолепно. Потому что она не только самая мудрая и самая крутая певица в стране, но и самая проницательная! Она смогла разглядеть во мне трудягу. Этот человек заинтересовался моим творчеством, сходил на мой концерт, целиком его прослушал, и более того, я видела, как Алла Борисовна поёт наизусть мои песни! Да, у неё статус самой великой певицы страны, но мы не должны забывать, что она прежде всего человек. И в этой роли ей может что-то нравиться и что-то не нравиться. Я знаю, что я нравлюсь ей.

Я люблю свой труд и своё предназначение. И если, не дай бог, это случится, если мне за мою работу не будут платить, я всё равно буду петь! Мне Бог дал этот талант, и я его должна реализовать. И сделать это хорошо. Бог всё видит. И он не может не заметить мой титанический труд и труд людей вокруг меня, включая моих родителей, которые заложили в моё появление и образование основательный фундамент. Они ведь научили меня трудиться и понимать, что ты должна, а не тебе должны. Мой дед говорил мне: «Только труд держит человека на этой земле».

Лариса Алексеенко
Опубликовано:
Отредактировано: 31.01.2011 10:55
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх