// // СССР мертв, а мы еще нет: рассуждения в годовщину ГКЧП

СССР мертв, а мы еще нет: рассуждения в годовщину ГКЧП

3878

Заговор обреченных

4
В разделе

В эти дни на постсоветском пространстве принято вспоминать события, вошедшие в отечественную историю под названием августовского путча 1991 года – ставшего прологом к распаду СССР, чему одни радуются, называя почившую в бозе страну тюрьмой народов, а другие сожалеют, характеризуя крушение союза пятнадцати республик как величайшую геополитическую катастрофу двадцатого века.

В конце лета 1991 года вряд ли кто из граждан уже трещавшего по всем швам, но все еще казавшегося незыблемым Союза подозревал, что уже через четыре месяца со Спасской башни Кремля под звук курантов, возвещающих наступление нового года, спустят красный флаг с серпом и молотом и водрузят на его место триколор.

Тем большей неожиданностью для беременной переменами страны стало утро 18 августа, когда на улицах Москвы появились танки, а в телевизоре вместо привычных программ по всем каналам ЦТ шел балет «Лебединое озеро». На памяти советских людей такое происходило по экстраординарным случаям – вроде смерти вождей. Но на сей раз никто не умер. Вместо этого хмуро-сосредоточенная диктор Вера Шебеко зачитала обращение к советскому народу. В документе говорилось, что временным высшим органом «для управления страной и эффективного осуществления режима чрезвычайного положения, решения которого общеобязательны для исполнения на всей территории СССР» объявляется Государственный комитет СССР по чрезвычайному положению, вошедший в историю под аббревиатурой ГКЧП.

Дословно

«В целях преодоления глубокого и всестороннего кризиса, политической, межнациональной и гражданской конфронтации, хаоса и анархии, которые угрожают жизни и безопасности граждан Советского Союза, суверенитету, территориальной целостности, свободе и независимости нашего Отечества; исходя из результатов всенародного референдума о сохранении Союза Советских Социалистических Республик; руководствуясь жизненно важными интересами народов нашей Родины, всех советских людей заявляем:

В соответствии со статьей 127-3 Конституции СССР и статьей 2 Закона СССР «О правовом режиме чрезвычайного положения» <…> ввести чрезвычайное положение в отдельных местностях СССР на срок 6 месяцев с 4 часов по московскому времени 19 августа 1991 года», – говорилось в заявлении ГКЧП.

Также прильнувшим к радиоприемникам и экранам телевизоров гражданам сообщили, что главный «прораб перестройки» – президент Михаил Горбачев внезапно занемог от неведомой болезни, а потому, не может по состоянию здоровья исполнять свои обязанности. Вместо него и. о. президента СССР назначался вице-президент Геннадий Янаев, который одновременно – по должности – возглавил и ГКЧП.

Помимо установления режима чрезвычайного положения, пожалуй, самым важным и центральным моментом обнародованных ГКЧП документов стало объявление «безусловного верховенства Конституции СССР и законов СССР на всей территории Союза ССР». Это было вызвано гулявшим тогда по стране так называемым парадом суверенитетов, как его окрестила перестроечная пресса. Союзные республики наперебой принимали декларации о суверенитете, в которых прописывался примат республиканских законов и конституций над общесоюзными. Тем самым открывали ящик Пандоры, из которого вырвался призрак национального сепаратизма. Пламя вооруженных конфликтов между еще вчера братскими народами вовсю разгоралось по всему периметру союзного государства – от Молдавии до Карабаха.

Как все начиналось

Собственно говоря, архитектором развала стал сам незадачливый первый и последний президент СССР Михаил Горбачев, стремившийся выбить стулья из-под оппозиционных его политике консервативных республиканских партбюрократов, заигрывая с возникавшими как грибы после дождя «народными фронтами», сначала декларировавшими верность курсу перестройки, но чем дальше в лес, тем больше скатывавшимися к самому примитивному местечковому национализму.

Когда Горбачев осознал, что теряет контроль над ситуацией, было уже поздно. Не помог даже инициированный центром и формально выигранный просоюзными силами референдум о сохранении СССР от 17 марта 1991 года. Три прибалтийские республики к тому моменту уже де факто вышли из состава СССР и не принимали участия в голосовании, а на Украине, в Молдавии и республиках Закавказья хитрые республиканские власти параллельно с общесоюзным провели и свои, республиканские, опросы, итог которых позволял самостийникам трактовать волю народа к своей выгоде и фактически нивелировать результаты общесоюзного голосования.

Вот на этом-то фоне Михаил Горбачев затеял процесс подготовки к подписанию нового Союзного договора. Консультации по этому поводу получили название «новоогаревского процесса» – по названию правительственной резиденции в подмосковном Ново-Огарево, где совещались представители центра и республик. Кстати, именно недопущение подписания подготовленного на новоогаревских посиделках договора о Союзе Суверенных Государств, который, по мнению консерваторов, упразднял СССР, и было одной из основных целей гэкачепистов.

Кем они были

После поражения этих людей стали называть «путчистами», а саму затею с ГКЧП – «путчем». С одной стороны, это и понятно. Ведь, как писал классик, «мятеж не может кончиться удачей, в противном случае его зовут иначе». Но с другой стороны, глядя на персональный состав ГКЧП, как-то не поворачивается язык назвать этих людей мятежниками. И тем более сомнительны ставшие общим местом в историографии утверждения, будто их целью был захват власти. Все они и так были этой самой властью. Причем, верховной. Судите сами.

Вот кто вошел в ГКЧП: вице-президент СССР Геннадий Янаев, председатель правительства СССР Валентин Павлов, председатель Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов, председатель КГБ СССР Владимир Крючков, министр внутренних дел СССР Борис Пуго, министр обороны СССР Дмитрий Язов, первый заместитель председателя Совета обороны СССР Олег Бакланов, а также лидеры Крестьянского и Промышленного союзов, объединявших директоров оборонных и сельскохозяйственных предприятий страны. Кто-нибудь верит в то, что эти люди намеревались захватить власть сами у себя?

Революция с дрожащими руками

Дальнейший ход событий общеизвестен и пересказывать его в подробностях нет особого смысла. ЧП ввели, однако обеспечить его выполнение у инициаторов ГКЧП не хватило ни духу, ни смелости, ни государственной воли. Вскоре выяснилось, что «заболевший» Горбачев на самом деле заблокирован в своей резиденции в крымском Форосе и ельцинисты вступили с ним в переговоры. А знаменитая пресс-конференция «путчистов», запомнившаяся выхваченными объективом телекамеры дрожащими руками Геннадия Янаева, лишь убедила колеблющихся в том, что ставить на ГКЧП не стоит. Тем временем антисоюзные силы, сгруппировавшиеся вокруг президента РСФСР Бориса Ельцина, перешли в активное наступление и вскоре перехватили инициативу даже в условиях фактически объявленной в стране цензуры. ГКЧП так и не решился отдать приказ о применении силы к сторонникам Ельцина, а напротив, вступил с ними в переговоры, которые лишь затягивали ситуацию неопределенности. Что играло на руку противникам «путча». В итоге танки начали выводить из Москвы, так и не дождавшись от руководства ни одного внятного приказа. А жертвами этой обернувшейся фарсом истории стали трое молодых москвичей. В результате хаотичного маневрирования боевой техники и применения солдатами боевого оружия два человека были застрелены, а один случайно задавлен. Уже после провала ГКЧП указом Бориса Ельцина всем троим – Дмитрию Комарю, Владимиру Усову и Илье Кричевскому были посмертно вручены медали «Защитников свободной России».

К концу третьего дня «путча» из Москвы в Форос вылетела делегация сторонников Ельцина, которая привезла в столицу живого и здорового Михаила Горбачева. Он, едва спустившись с трапа самолета, обвинил все свое окружение в заговоре. ГКЧП в полном составе был арестован. Правда, министр внутренних дел Пуго и активно поддержавший ЧП маршал Ахромеев успели покончить жизнь самоубийством. Как и управделами ЦК КПСС Николай Кручина. Правда, насчет последнего уже тогда ходили слухи, что это не было самоубийством, а покойный якобы был посвящен в тайны местонахождения «золота партии», за что и поплатился. Ведь мертвые не говорят.

Так что же это все-таки было?

Одни говорят: путч, попытка замшелых номенклатурных ретроградов остановить ход истории, в агонии хватавшихся за ускользающую за власть. И ведь что ни говори – глядя на эти кислые лица и трясущиеся руки, легко соглашаешься с такой трактовкой. Как пел в те же годы известный шансонье Владимир Асмолов в своих «Частушках-беспределках»:

Нету худа без добра,

Но всем давно понять пора,

Что беспредел – опасная игра!

Все уже дошло до путча,

Да не вышел рожей дуче!

Не сидел бы туча-тучей –

Стал бы дучей!

Другие говорят: это была отчаянная попытка «последних рыцарей советской империи» спасти и страну и советский строй, по которому уже звенел колокол Большой Приватизации. И действительно, если вдуматься, демонизированный ГКЧП и его опору составили по преимуществу люди в погонах, технари и хозяйственники. А вот среди сторонников Ельцина и «демократов» мы находим практически всех «говорунов» и популистов, крупнейших трибунных витиев того времени: от Гавриила Попова и Анатолия Собчака до Александра Яковлева.

А есть ведь и версия о том, что имела место многоуровневая провокация, и Горбачев изначально если и не дал сам отмашку на ЧП, то как минимум был в курсе и не против происходящего. И только увидев, к чему идет дело, демонстративно отмежевался от своих незадачливых соратников.

Наиболее близкой к истине представляется версия, что ГКЧП был плохо скоординированной и изначально обреченной на провал попыткой предотвратить коллапс системы, осуществленной теми, кто знал систему изнутри, а потому остро понимал последствия такого коллапса. Бесцветные, косноязычные товарищи с трясущимися руками и скучными лицами на самом деле были ответственнее, адекватнее и современнее краснобаев, сделавших себе карьеру в последующие годы на развале своей Родины и растаскивании по карманам ее богатств. Другое дело, что Мать-История обычно жестока к тем, кто собственноручно расписался в собственном бессилии. Аргумент «Ну не смогла я, не смогла» в таких случаях не засчитывается. Те, от кого ждали приказа, в решающий момент сдрейфили. Если бы у них не дрогнула рука, возможно, дальнейшая история на одной шестой части суши пошла бы другим путем. Менее кровавым и болезненным для десятков миллионов людей. Если бы вдруг эти нелепые в своей беспомощности «путчисты» смогли удержаться у власти и сохранить страну, жизнь в ней была бы меньше подчинена идеологии, но зато была бы более сносной для обывателя. Тем, кто сомневается, можно порекомендовать посмотреть на КНР, пережившую свою площадь Тяньаньмэнь, не отрекшуюся ни от символов, ни от идеалов и, тем не менее, ставшую сегодня мировой экономикой №1.

Горькие уроки

История не знает сослагательного наклонения. Случилось то, что случилось. У участников ГКЧП не было ни сильного лидера, ни реальной программы действий, ни решимости идти на крайние меры ради спасения страны. Возможно, их осудили бы современники, но зато поняли бы потомки. Политику не делают в белых перчатках. Особенно, когда речь идет о таких категориях, как судьба Родины. И вдвойне особенно – если эта судьба находится в твоих руках. Надел погоны – соответствуй. Или хотя бы имей мужество застрелиться, как это в итоге сделали маршал Ахромеев и министр Пуго.

И все же, безумству храбрых поем мы песню. Даже если перед нами всего лишь заговор обреченных.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 21.08.2018 12:00
Комментарии 0
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх