// // Продажная стоимость политической структуры в России составляет от 1 до 3 миллионов долларов

Продажная стоимость политической структуры в России составляет от 1 до 3 миллионов долларов

14

Партии под ключ

Продажная стоимость политической структуры в России составляет от 1 до 3 миллионов долларов
В разделе

Мы живём в демократической стране. Пятнадцать лет назад у нас появились многопартийность и свободный рынок. Удивительным образом оказалось, что первое вытекает из второго. Вот недавно Ирина Хакамада заявила прямо на пресс-конференции, что ей предложили купить готовую партию за $1 миллион. Хакамада отказалась, а ведь могла и согласиться.

А в коридорах Думы судачат о том, как Сергей Глазьев отказался прикупить себе Партию трудовой солидарности. Такое предложение Сергею Юрьевичу могло поступить только от депутата Олега Шеина, возглавляющего эту партию. Глазьев тоже отказался, так как Олег Васильевич партию-то предложил, но захотел при этом управлять ею и дальше.

Итак, партии покупаются и продаются, а если так, значит, есть и те, кто их производит.

Если перебрать имена партийных отцов-основателей, то выяснится, что за самыми разными партиями стоят одни и те же специалисты.

Так, «Яблоко» создавалось Международным институтом гуманитарно-политических исследований Вячеслава Игрунова и Фондом эффективной политики Глеба Павловского. Тот же Игрунов затем построил партию «СЛОН», а Павловский — «Единство».

Фонд «Политика» Вячеслава Никонова и Центр политических технологий Игоря Бунина создали:

в 1993 году Партию российского единства и согласия,

в 1995-м — движение «Наш дом — Россия»,

в 1999-м — блок «Отечество — Вся Россия»,

в 2001-м — Народную партию РФ.

Галерист Марат Гельман руководил строительством Конгресса русских общин, Партии любителей пива, движения «Первое свободное поколение» и партии «Родина».

Любопытно, что Ефим Островский начинал вместе с Маратом Гельманом, помогал ему с маргинальным Конгрессом русских общин, а затем, натренировавшись, «слепил» уже вполне успешный СПС.

Коллектив создателей Демократической партии России распался, но из него вышел целый букет вполне профессиональных партстроителей. Рекордсменом можно считать автора более чем десятка федеральных партий Андрея Богданова.

Другой специалист из этого куста, Евгений Сучков, даже написал учебное пособие о партстроительстве. Кроме теоретических наработок у него есть масса и чисто практических. Он был топ-менеджером околокоммунистического «Духовного наследия» и НПСР, а также СПС, «Единой России». Идеологическая всеядность нисколько ему не мешала создавать вполне конкурентоспособный продукт.

Третий их коллега, Валентин Полуэктов, прославился созданием Партии народного капитала на базе обиженных вкладчиков «МММ». Партию полностью контролировал Сергей Мавроди, хотя вкладчики об этом не подозревали. С Полуэктовым Мавроди расплатился обещанием решить «личный вопрос» с зависшими билетами — «мавродиками». Соответственно сам Полуэктов ловил весь партийный актив партии на этот же крючок. Долги отдавали только тем, кто пострадал от рук милиции, разгонявшей митинги. Вкладчики-партийцы так и лезли на рожон и даже упрашивали омоновцев арестовать их.

Четвёртый — птенец травкинского гнезда Евгений Малкин — после работы с Демократической партией России взялся за создание Партии пенсионеров.

Торговлю начинали с $4 тысяч

В начале 90-х годов прошлого века партии пекли как блины. Счёт общественно-политических организаций шёл на сотни . Апогеем мультипартийного плюрализма стали выборы в Госдуму-1995, в которых участвовало 43 избирательных блока. А всего перед думскими выборами 1995 года Минюст зарегистрировал 169 (!) партий.

По теме

По тогдашним законам партии достаточно было иметь 45 региональных отделений по 3 (!) человека в каждом. Эта вольница закончилась после того, как был введён обязательный минимум численности в 10 тыс., а потом и 50 тыс. партийных членов. Под угрозой ликвидации оказалось большинство организаций, даже таких известных, как СПС с 38 тыс. партбилетов. Сейчас в списке Минюста осталось лишь 45 партий.

Но, как откровенно сказал первый замруководителя департамента Минюста по делам общественных объединений и религиозных организаций Алексей Жафяров, ужесточение закона способствует только удорожанию партийного рынка.

Процесс зарабатывания денег на создании политических партий схож с механизмом продажи юридически оформленных коммерческих фирм: чем сложнее правильно оформить все разрешения, получить необходимые лицензии и регистрации, тем это дороже стоит.

В 1993—1994 годах партия «под ключ» стоила каких-нибудь $4 тысячи. Перед выборами 1999-го цена доходила от $100—200 тыс. до нескольких миллионов. Теперь стоимость партии — от $1 млн. и выше.

В первой половине 90-х годов деятельность партстроителей носила творческий характер. Работали на совесть, придумывали оригинальные программы и идеологию, строили на века, по крайней мере тогда так казалось. Но к 1997—1998 годам партстроительство деградировало до уровня контор, за деньги штампующих фиктивные учредительные документы и договаривающихся с чиновниками Минюста о регистрации существующих только на бумаге организаций.

Работа с партийными списками требует особого мастерства. В Минюст подаётся перечень «свежепринятых» в партию людей, но он ведь может и проверить, реальны ли они. Вопрос решается с помощью так называемых информационных сетей — базы данных, оставшихся от уже развалившихся политических организаций, а также от финансовых пирамид, которые когда-то скрупулёзно вели учёт собственных вкладчиков.

Баз на все партии не хватает, поэтому случается, что в списках самых различных партий фигурируют одни и те же люди.

Минюст обрабатывает клиентов на дому

В принципе существует целая государственная структура в рамках Министерства юстиции, которая занимается партийной жизнью. Собственно юридически продажа партий не существует, просто проходят съезды, избираются новые лидеры, изменения регистрируются в том самом Минюсте, так что оснований принимать меры нет.

Но, судя по всему, «юридические» чиновники очень неплохо знают все особенности рынка партийного строительства и даже являются его участниками.

Так, любопытная история произошла в 1995 году с лидером радикальных националистов Александром Ивановым-Сухаревским.

Пожелав поучаствовать в выборах, Иванов-Сухаревский задумал создать свою партию. И пришёл на консультацию в Минюст, чтобы выяснить, какие ему нужны документы для регистрации новой партии.

Проконсультировавшись, он отправился домой. И сразу же, переступив порог, услышал телефонный звонок. Звонили с деловым предложением — купить необходимые для регистрации 45 региональных организаций за $100 тысяч.

Иванов-Сухаревский от предложения отказался, сумма показалась чрезмерной. К тому же некий Владимир Осипов предоставил ему для регистрации региональные отделения собственного союза «Христианское возрождение».

В результате появилась Народная национальная партия.

Любопытно, но о желании Иванова-Сухаревского создать националистическую партию продавцы региональных отделений могли узнать только от юридических чиновников.

Эта история имела продолжение. Как только Народная национальная партия была зарегистрирована и получила право участия в думских выборах, которые должны были состояться уже через несколько месяцев, Иванову-Сухаревскому снова позвонили. И предложили продать партию за $160—165 тысяч.

И на этот раз информация, что на рынке появился новый «партийный продукт», могла утечь только из Минюста.

Михаил Касьянов должен был возглавить «Русь», раскрученную ЮКОСом

Как правило, партии делают под индивидуальный заказ, примерно так же, как портной шьёт на конкретного человека. Продажа партий серийной выделки встречается, но пока партийное прет-а-порте не опережает партийный от-кутюр. Если же кто-то решает купить партию с чужого плеча, то может об этом и пожалеть.

По теме

Так, фонд «ИНДЕМ» Георгия Сатарова придумал движение «Кедр» в 1993 году, подготовил программные и уставные документы, предложения по проведению избирательной кампании. Партийное руководство во главе с Анатолием Панфиловым отказалось прислушиваться к индемовским советам, и думская избирательная кампания в 1995 году оказалась для них неудачной. В 1999 году эту партию решил перекупить алюминиевый магнат Лев Черной. Для реанимации «Кедра» он нанял специалистов из новосибирского филиала фирмы «Имидж-контакт» и обеспечил им «полный коммунизм», оплачивая все их заказы. Несколько месяцев консультанты блаженно купались в деньгах, пока разгневанный Черной не выгнал их. На смену «Имидж-контакту» пришёл фонд «Русский проект». Впрочем, те продержались столько же. За пару месяцев до финиша миллиардер понял всю тщетность своих усилий и закрыл проект, предоставив «Кедр» самому себе.

«Кедр» сменил нескольких собственников, а вот у иных партий не получается обрести даже одного. Свежепостроенная партия так и остаётся бесхозной. Подобная история произошла с партией «Русь», специально созданной под думские выборы 2003 года известным политтехнологом Алексеем Кошмаровым.

«Русь» должна была занять пустующую в российской политике нишу просвещённого национализма. По некоторым слухам, её должен был возглавить Михаил Касьянов, а финансовой раскруткой занимался ЮКОС. Однако на последнем этапе экс-премьер так и не решился на политический шаг.

Кошмаров стал спешно предлагать партию другим лидерам. Переговоры велись с Дмитрием Рогозиным, Сергеем Глазьевым, Геннадием Семигиным и даже с бывшим губернатором Петербурга Владимиром Яковлевым. Однако для одних цена оказалась слишком высока, а другим партия не понадобилась.

Впрочем, Кошмаров не пострадал, потому что, как и положено политтехнологу, работал только на условиях предоплаты. Пострадал только ЮКОС, который ухнул в нереализованный проект $2 миллиона.

Злые языки поговаривают, что «Русь» и поныне выставлена на продажу, причём по себестоимости. Нам эти слухи сам Кошмаров не подтвердил, но ведь продажа партий — бизнес закрытый, в газетной рекламе не нуждается, так что ответа: «Да, продаю за 2 млн.» — мы и не ждали.

Администрация президента «зелёных» не жалеет

Самое выгодное партстроительство — казённый подряд, попросту говоря, работа по заказу администрации президента. В 2000 году такой подряд на строительство «Единой России» получила группа политтехнологов из Фонда эффективной политики и центра «Новоком».

На строительство партии власти шабашникам было выделено в конечном итоге около $200 миллионов.

Как нам рассказал один из топ-менеджеров «Единой России» времён её создания — Дмитрий Жидков, его коллеги ревниво относились к контактам с крупными бизнес-структурами, спонсировавшими строительство партии власти. Например, начальник регионального управления ЦИК «Единой России» «приватизировал» все контакты с «Русским алюминием». Только в красноярское отделение партии «алюминщики» вложили $2 миллиона. Причём освоено из них, по документам, было лишь несколько сотен тысяч.

Зачем нужны партии?

Вопрос не такой уж риторический. Есть действительно богатые люди, которые готовы заниматься политическими преобразованиями в стране. Причём для этого они могут использовать сразу несколько партий.

Так, Михаил Ходорковский помимо провального проекта «Русь» вложился ещё в несколько партий. По некоторым оценкам, КПРФ получила от него не менее $20 млн., а «Яблоко» — $30 миллионов.

Когда-то, на «криминальном» этапе развития российского бизнеса, многие бизнесмены шли в политику ради депутатской неприкосновенности. Но опыт того же Ходорковского показал, что не только мандат, но и целая партия, прошедшая в Думу, сегодня неспособна защитить владельца.

Успешная партия может положительно повлиять и на коммерческие проекты своего собственника. Классический пример — Русская социалистическая партия Брынцалова. Собственная партия демонстрировала крутизну Брынцалова вовсе не избирателю, а деловому сообществу. Эта тактика оправдала себя, Брынцалова стали воспринимать всерьёз. А это помогло ему стать российским «инсулиновым королём», к чему он и стремился.

По теме

Другой пример выгодного сотрудничества партийных и коммерческих структур «случился» в октябре 1998 года, как раз после финансового кризиса, когда многие бизнесмены были вынуждены съезжать из своих особняков. А аппарат Аграрной партии России (АПР) справил новоселье в одном из старейших особняков Москвы на Малокалужской улице, в котором только что был проведён евроремонт. Особняк был арендован для партийцев банковской группой «СБС-АГРО» Александра Смоленского, хотя в связи с дефолтом серьёзные проблемы были и у неё.

Первый заместитель Смоленского Юрий Трушин тут же был включён в центральный совет АПР, а ещё ряд ставленников банковской группы должны были войти на «проходные места» в предвыборном списке АПР-99. «В консолидированное избирательное объединение Аграрная партия России вливается банковская группа «СБС-АГРО», — прямо признавалось на совещании региональных отделений АПР. А вице-премьер правительства Геннадий Кулик (в то время член правления Аграрной партии) в обмен на финансовую поддержку партии помог в выделении стабилизационного кредита банка «СБС-АГРО».

Случается, что партии приобретают в срочном порядке для создания предвыборных блоков. Так, в 2003 году проблемы с партиями-соучредителями были уже у создающегося блока Глазьева, в итоге получившего название «Родина».

Все будущие лидеры блока (Глазьев, Рогозин, Скоков) к началу предвыборной кампании входили в Партию российских регионов, но для образования блока нужна была ещё минимум одна партия.

Главный спонсор «Родины» тогда предлагал солидные деньги партиям, желающим войти в блок.

Мы разыскали посредников, участвовавших в переговорах по покупке бывшей партии Лебедя. Это два довольно известных политика 90-х, подвизавшихся на ниве комсомольско-молодёжных организаций.

Партия Лебедя согласилась продаться за $300 тыс. ($50 тыс. из них досталось посредникам, по их собственному признанию). Однако, получив деньги, новые союзники «Родины» потребовали включить своих лидеров в предвыборный список на проходные места. «Родинцам» это показалось чересчур, и сделка была расторгнута. Договорённости были аннулированы, а деньги пришлось возвращать (посредники свой «куш», естественно, уже не вернули).

Наконец, иные партии создают для элементарного жульничества.

Никакой пиар не может провести в Думу карликовый новодел, но этот самый пиар может создать иллюзию такой возможности. Вот тогда и начинается торговля местами в избирательном списке. В 1999 году этим отметились объединение «Май», Российская партия самоуправления трудящихся, Социалистическая народная партия Мартина Шаккума.

А в 2003 году «Евразийская партия — союз патриотов России», созданная Абдул-Вахедом Ниязовым, убедил многих татарских и дагестанских бизнесменов, что с ним они могут попасть в Думу. Ведь Ниязов уговорил возглавить свою партию госсекретаря Союза Белоруссии и России Павла Бородина.

Опубликовано:
Отредактировано: 13.08.2007 16:37
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх