// // Парламентский контроль законодательно превратили в имитацию кипучей деятельности

Парламентский контроль законодательно превратили в имитацию кипучей деятельности

577

Потупили надзор

Аварию на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году расследовала парламентская комиссия, но три попытки фракции КПРФ добиться, чтобы доклад был заслушан на пленарном заседании, были торпедированы ЕР
Фото: ИТАР-ТАСС
Аварию на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году расследовала парламентская комиссия, но три попытки фракции КПРФ добиться, чтобы доклад был заслушан на пленарном заседании, были торпедированы ЕР Фото: ИТАР-ТАСС
В разделе

Госдума приняла в первом чтении законопроект «О парламентском контроле в РФ» от «Единой России» (ЕР), перед этим отвергнув проект закона с аналогичным названием, внесённый ещё два с половиной года назад «Справедливой Россией» (СР) и КПРФ. Оппозиция доказывает, что в отличие от её проекта, усиливавшего полномочия парламента по контролю за исполнительной властью, «единороссовский» такую попытку лишь имитирует. О том, как партия власти вовсе не желает быть таковой, рассказывает корреспондент «Нашей Версии».

Злоупотребления чиновников стали повседневной реальностью, и никакого полноценного контроля за ними со стороны депутатов не наблюдается. Так, по регламенту Госдумы депутаты вправе запрашивать при проведении парламентского расследования документы у руководителей госорганов, однако последние по закону «О правительстве РФ» вовсе не обязаны их предоставлять.

Реальными контрольными правами обладает Счётная палата (СП) РФ, которая изначально была обязана по депутатским поручениям проверять, как исполнительная власть расходует государственные деньги. Но затем был принят новый закон, по которому все аудиторы СП утверждаются президентом, хотя в Конституции о его роли в формировании палаты ничего не сказано. А позже было отменено и право депутатов определять задания СП. Президент страны получил право лично поручать СП проверки того или иного ведомства, а та кладёт свои отчёты непосредственно ему на стол…

Начнём с того, что парламент России в своём нынешнем виде существует уже почти 20 лет, а закона о парламентском контроле у нас до сих пор нет. Наконец-то исправить это политическое недоразумение и предоставить Госдуме её главную функцию предложили две фракции Госдумы – СП и КПРФ. Их депутаты ещё в 2009 году внесли законопроект «О парламентском контроле в РФ», по которому комиссии парламентского контроля и уполномоченные ими лица вправе, посещая любые органы и учреждения, знакомиться с их документами. А «должностные лица государственных и муниципальных органов обязаны явиться по вызову органов парламентского контроля».

Предполагалось также право этих комиссий на доступ к материалам завершённых или закрытых уголовных дел. При этом никакого влияния на допросы, обыски, изъятие документов депутаты ни в коем случае не имели бы. Согласно проекту «деятельность органов, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность, органов предварительного расследования и судов может быть объектом парламентского контроля… с соблюдением принципа невмешательства в их оперативно-разыскную и процессуальную деятельность».

Один из авторов законопроекта, Геннадий Гудков (СР), назвал парламентский ежедневный контроль «единственной мерой, которая является сдерживающим фактором для того, чтобы исполнительная власть служила народу, а не самой себе». По его словам, изначально «парламенты создавались с единственной целью – ограничить самодурство монархов». Лишь позже у парламентов возникла законодательная функция, а первейший их смысл был в контроле за исполнительной властью. Как выразился Гудков, «этот законопроект – важнейший за прошедшие пять лет, он возвращает парламенту исконную функцию контроля. Без неё мы дальше существовать не можем. Это всего лишь первые шаги, начало пути, которое Федеральное собрание обязано пройти».

По теме

Причём, по словам депутата, законопроект «достаточно мягкий, ведь ключ от этого контроля находится в руках правящей партии». Согласно проекту большинство в Комитете парламентского контроля должно принадлежать думскому большинству, то есть фракции ЕР. Однако власть испугалась даже такого безопасного для себя варианта.

Член Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Николай Ковалёв (ЕР) заявил, что законопроект оппозиции «просто опасен для России», так как «основным становится парламент, который вправе дать указания следователю, суду». А глава этого же комитета Ирина Яровая (ЕР) обвинила оппозицию в том, что право на знакомство с уголовными делами нужно ей для того, чтобы организовывать рейдерские захваты и коррупционные преступления. По мнению Яровой, доступ к архивам уголовных дел – это что-то невиданное и неслыханное. Между тем согласно действующему законодательству полное право знакомиться с ними имеет уполномоченный по правам человека в РФ, назначаемый Госдумой. Получается полный абсурд: сами депутаты контролировать работу следствия и суда не могут, а назначаемый ими омбудсмен может.

В итоге та же Яровая стала автором внезапно появившегося на свет законопроекта о парламентском контроле от ЕР, который и получил незамедлительное одобрение думского большинства. Среди прописанных в нём форм парламентского контроля – проведение безобидных для исполнительной власти «правительственных часов» и парламентских слушаний, участие депутатов в некоторых правительственных комиссиях, получение чуть большего количества бумаг из правительства и СП... Более того, в законопроекте специально запрещается вмешательство депутатов и сенаторов в «осуществление правосудия, расследование уголовных дел, оперативно-разыскную деятельность, деятельность органов госвласти и местного самоуправления».

По мнению первого зампреда Комитета Госдумы по безопасности и противодействияю коррупции Виктора Черкесова (КПРФ), законопроект «единороссов» «реальный парламентский контроль подменяет имитационным законом и никак не укрепляет статуса парламента как представительного органа власти». Можно сказать, что этот законопроект ЕР стоит в одном ряду с такими «реформами», как законы о выборах губернаторов или поправки к законодательству о партиях. Основная задача этих правовых актов – стремление власти продемонстрировать готовность идти навстречу оппозиции, но на самом деле принципиально ничего не менять в сложившейся политической системе.

То же самое констатировал депутат от СР Дмитрий Горовцов: «Этот закон принимается лишь с целью камуфляжа, чтобы дать возможность трубадурам власти объявить обществу и международным институтам, что и в РФ представители народа наделены контрольными полномочиями, хотя на деле ничего этого не будет. Сегодняшнее Сожалеем, что наших коллег устраивает эта бесправность, а значит, ничтожность сегодняшнего российского парламента в жизни страны».

Валентин Романов (КПРФ) напомнил, что аварию на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году расследовала парламентская комиссия, но «три попытки фракции КПРФ добиться, чтобы доклад был заслушан на пленарном заседании, были торпедированы ЕР».

По сути, законопроект от ЕР повторяет уже имеющиеся законодательные нормы. И участие депутатов в работе правительственных комиссий по расследованию чрезвычайных ситуаций, и проведение правительственных часов и парламентских слушаний, и приглашение министров и представителей СП на обсуждения в комитеты Думы – все эти бюрократические действия уже функционируют долгие годы и никак не способствуют появлению настоящих парламентских расследований. Как выразился Гудков, «министры и так приходят на комитеты, а аудиторы СП ходят сюда как на работу». Толку-то…

Особенно разителен контраст полномочий российского парламента в сравнении с зарубежными аналогами. Депутат Госдумы Дмитрий Гудков (СР) отметил: «Во всех демократических странах с нормальной парламентской системой власть, по сути, отдаёт право контроля своей деятельности оппозиции. Президент, министр, любое должностное лицо обязаны прийти при необходимости лично в парламентскую комиссию и дать пояснения по вопросу, который становится предметом парламентского контроля». Причём неявка любого ответственного лица для этого отчёта является уголовным преступлением.

В Германии, например, парламент вправе создавать следственный комитет, который требует от правительства предоставить ему проекты любых документов. Причём назначение этого следственного комитета – прерогатива оппозиции. В Великобритании палата общин делится на комитеты по отраслям и сферам управления. Их главная задача – контроль за деятельностью соответствующих министерств. Комитеты могут проводить расследования и в этих целях истребовать документы, вызывать свидетелей, назначать экспертов…

Гудков-старший констатирует: «Народ во всех странах признан единственным источником власти и имеет право через своих представителей контролировать всё, что делает исполнительная власть. У нас же разворовывается, разграбляется страна, чудовищная коррупция, потому что власть бесконтрольна. Одним из ключевых инструментов выкорчёвывания коррупции во всём мире являются механизмы контроля. И начинаются они с парламентского контроля. К нему добавляются контроль общественный, гражданский, медийный... У нас этого практически нет. Парламент лишён всяких властных полномочий, депутат – это никто и звать его никак. У нас не осталось никаких сдержек и противовесов всевластной, бесконтрольной и из-за этого коррумпированной исполнительной власти. Депутатам остаётся лишь самораспуститься, поскольку парламент, неспособный взять на себя ответственность, стране не нужен»…

Опубликовано:
Отредактировано: 23.07.2012 16:09
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх