// // Кампания по дискредитации президента Махмуда Ахмади Нежада направлена против ядерного проекта этой страны

Кампания по дискредитации президента Махмуда Ахмади Нежада направлена против ядерного проекта этой страны

23

Мирный атом для Ирана

Кампания по дискредитации президента Махмуда Ахмади Нежада направлена против ядерного проекта этой страны
В разделе

Политологи считают, что подлинной причиной «оранжевых» революций является стремление Соединённых Штатов к утверждению собственной политической и экономической гегемонии. Югославия, Афганистан, Грузия, Ирак, Украина, Киргизия... Отжившие своё режимы сдаются без боя. Почти везде приветствовалось если не само появление новых хозяев, то по крайней мере либеральные преобразования. Однако путь торжествующей демократии отнюдь не усыпан розами. Президентские выборы 24 июня в Иране показали, что некоторые народы думают иначе. Вопреки ожиданиям на пост президента страны иранский народ выбрал консервативного радикала мэра Тегерана Махмуда Ахмади Нежада. Он набрал 61,9% голосов, обойдя фаворита президентской гонки либерала Али Акбара Хашеми-Рафсанджани, набравшего лишь 35,7% голосов.

Для Ирана вопрос, кто станет президентом страны, означал не только выбор дальнейшей судьбы страны, но и решение судьбы иранского ядерного проекта.

Уже в своих первых выступлениях свежеизбранный иранский президент заявил, что будет бороться за «национальную независимость и защиту собственных интересов». Для этого Ахмади Нежад намеревается всячески препятствовать губительному влиянию Запада — «большого шайтана», в терминах исламской революции. «Иран будет отстаивать право своей страны на освоение мирных ядерных технологий. Ядерное развитие Ирана никто не остановит, и это право иранского народа скоро будет признано даже теми, кто его до сих пор отвергал. Это право страны — развиваться в различных сферах и обладать всеми возможностями. Ядерные технологии мирного назначения являются результатом научного прогресса молодого поколения иранского народа», — сказал Ахмади Нежад.

В ответ на желание Ирана развивать ядерные технологии Вашингтон отреагировал, мягко выражаясь, истерично. «Иран идёт не в ногу с остальным регионом, где очевидно усиление демократии и свободы», — заявила официальный представитель Госдепартамента США Джоанна Мур, раскритиковав итоги голосования в Иране и назвав их подтасованными.

Особо стоит отметить, что главный упор в американской критике сделан не на политические планы нового президента, а на сомнения в его легитимности. Ещё во время первого тура Джордж Буш намекнул будущему главе Ирана, что он не будет считать его законно избранным.

Аргументы и факты у Соединённых Штатов есть. Во-первых, в Иране «закрытая» избирательная система, работу которой проверить просто невозможно. Во-вторых, американцы утверждают, что в подсчётах голосов не учитывались бюллетени иранцев, находящихся за пределами страны. Хотя, по мнению ряда исследователей, это вряд ли повлияло на ситуацию. К тому же на иранские выборы не допускаются иностранцы. Ни в качестве международных наблюдателей, ни как представители социологических служб.

Но, как ни крути, простой подтасовкой успех тегеранского мэра объяснить нельзя. Махмуда Ахмади Нежада, единственного политика, не имеющего религиозного сана, поддержали могущественные консервативные кланы: Штаб координации исламских обществ министерств и ведомств, Общество выпускников полуострова Индостан, Коалиция достойных женщин Ирана, Союз исламских обществ Министерства транспорта ИРИ, Исламское общество студентов ИРИ. И также 250 самых авторитетных преподавателей иранских университетов.

Бывший мэр Тегерана действительно популярен в «народной гуще». Он выходец из бедной семьи и, став мэром, запустил социальную программу «заботы о самых необеспеченных слоях населения». В президенты он прошёл не столько как консерватор, сколько как «свой» — тот, кто был в шкуре бедняка, кто знает их проблемы и беды не понаслышке.

Но непризнание легитимности, поддержанное Соединёнными Штатами, — один из базовых элементов «оранжевого» конструктора. Ситуация в Иране во время выборов и в их канун действительно была тревожной, если не сказать предреволюционной. В стране, где существовавший режим жёстко контролировал внутреннюю ситуацию, первый тур голосования ознаменовался крайне неспокойными и даже трагическими событиями. Тогда в пяти иранских городах прогремело 15 взрывов: погибли 10 человек, а ранены были 98. Акции такого масштаба никакая внутренняя оппозиция не способна была организовать.

По теме

Однако ни теракты, ни заявления о подтасовках предвыборную ситуацию не взорвали. Последовал следующий удар. Соединённые Штаты заявили: Махмуд Ахмади Нежад — террорист. Обвинение основано на показаниях сотрудников американского посольства в Тегеране, 26 лет назад взятых в заложники радикальной мусульманской организацией студентов. Одним из её руководителей был, как считают они, Ахмади Нежад. Четверо из бывших заложников узнали в новом президенте Ирана одного из своих мучителей, который, по их словам, отличался особой жестокостью.

Весьма своевременное воспоминание, особенно если можно доказать, что участие в захвате посольства США в Тегеране — часть официальной биографии тегеранского мэра.

Сразу после сенсационного опознания Джордж Буш заявил, что у него «нет никакой информации», но прошлое нового иранского лидера «вызывает много вопросов». А американское правительство добавило, что оно намерено тщательно расследовать это дело.

Ещё забавнее, что не все бывшие заложники согласны с заявлением товарищей по несчастью. Полковник ВВС в отставке Томас Шайфер и офицер безопасности в посольстве США Алан Голасински утверждают, что Ахмади Нежада не было в числе захватчиков.

Разрешить это противоречие взялись американские психологи, сразу же заявив, что «очень сложно опознать человека другой расы или другого этноса», участвовавшего в трагических событиях 26 лет назад.

Эту расплывчатую формулировку в равной степени можно отнести как к тем, кто с уверенностью опознал иранского президента, так и к тем, кто его не узнал.

Сам недавно избранный президент ИРИ пояснил, что в посольстве не находился и тем более никого не пытал. Он всего лишь санкционировал эту акцию. И то после одобрения духовного лидера Ирана имама Хомейни.

Несмотря на опровержения причастности к этому делу, покоя иранскому лидеру ещё долго не дадут. Как из рога изобилия посыпались новые обвинения в его адрес. Выискивать новые «пятна» на репутации президента взялась Австрия. Депутат австрийского парламента Петер Пильц обнародовал свидетельства причастности Махмуда Ахмади Нежада к совершённому в Вене в 1989 году убийству генерального секретаря Демократической партии иранского Курдистана доктора Абдулы Рахмана Гассемлу и двух его помощников. Официальная же версия гласит, что это убийство было делом рук иранских спецслужб.

Снова обнаруживается закономерность. Ахмади Нежад, согласно его биографии, в 1989 году служил в спецподразделении Корпуса стражей исламской революции, в состав которого входила военизированная организация «Аль Кудс», выполнявшая задачи по устранению противников Ирана за границей. Основываясь на фактах из жизни тегеранского мэра, австрийский депутат привёл в доказательство беседу с иранским журналистом, который узнал о ещё одном нехорошем поступке свежеизбранного президента от знакомого иранского генерала, ныне покойного, якобы участвовавшего в той операции. Однако сам Нежад в Австрии никогда не был.

Исходя из биографии и свидетельств типа «кто-то от кого-то когда-то услышал», можно выдвинуть ещё очень много обвинений. Но в таком случае доверие к ним окажется под угрозой. Прогнозируя кампанию по дискредитации иранского президента, можно с уверенностью предположить, что через пару недель обнаружатся свидетели, видевшие его за штурвалом самолёта, врезавшегося в нью-йоркские башни-близнецы.

МИД Ирана жёстко отреагировал на поднявшуюся шумиху, заявив, что «из-за ошибочной информации», которая только играет на руку Вашингтону, нельзя допустить ухудшения «хороших ирано-австрийских отношений».

Остаётся понять, ради чего развязана кампания по дискредитации президента Ахмади Нежада.

Сама идея развития ядерной программы преподносится Ираном как национальное кредо. Тегеран работает над ней уже почти 20 лет, однако обнародованы её подробности были лишь в 2002 году. В ноябре прошлого года, когда возникла реальная угроза того, что вопрос о ядерной программе Ирана может быть рассмотрен Советом Безопасности ООН — а следствием такого рассмотрения могут стать санкции против Ирана, — Тегеран ввёл временный мораторий на обогащение урана.

Запад не устраивает именно временность моратория. Великобритания, Франция и Германия проводили переговоры с иранскими властями, предлагая Тегерану экономические льготы взамен на отказ от обогащения урана. На Западе уверены, что страна, обладающая одними из крупнейших в мире запасов нефти и газа, использует формулировку «мирные ядерные технологии» лишь для отвода глаз.

Между тем опыт Северной Кореи показал, что наличие ядерного оружия — единственная гарантия невмешательства США во внутренние дела страны. Так что для теократического иранского режима срочное переформатирование мирных технологий в боевые — вопрос жизни и смерти. Если учесть этот момент, то становится понятно, почему Запад не может предложить Ирану ничего, что заставило бы его отказаться от своей ядерной программы.

Единственная проблема иранского руководства — внутренняя либеральная оппозиция. Именно в бытность президентом Мохаммада Хатами, имевшего репутацию иранского Горбачёва, был введён мораторий на обогащение урана. Буш и Блэр многое отдали бы, чтоб эти времена вернулись.

Нынешние выборы показали, что либералы уже не имеют прежней поддержки у населения, а значит, консервативное крыло может действовать без оглядки на них. Стало быть, в ближайшее время ядерная программа возобновится, а там уж и недалёк тот день, когда Иран войдёт в клуб ядерных держав.

Опубликовано:
Отредактировано: 12.11.2016 13:03
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх