// // Если бы всё «чёрное золото» отдали в частные руки

Если бы всё «чёрное золото» отдали в частные руки

72

Россия могла остаться без нефти

Если бы всё «чёрное золото» отдали в частные руки
В разделе

Что б там ни говорили, но большинство граждан современной России, пожалуй, поддерживают курс на усиление роли государства в сырьевых отраслях. После экспериментов начала 90-х по раздаче части стратегических ресурсов в частные руки и крайне неэффективного распоряжения розданным экономисты и политики от крайне правых до крайне левых взглядов начали высказываться за более активное участие государства в этих отраслях. К тому же, как показывает практика, нигде в мире, кроме, пожалуй, Соединённых Штатов Америки да Великобритании, не существует полностью частных нефтяных и газовых компаний, в которых бы не учитывались интересы властей. В России же буквально за 6—8 лет некоторым частным нефтяным компаниям удалось настолько отклониться от национальных интересов и начать действовать исключительно в личных целях, что от государства потребовались оперативные действия по наведению порядка. Единственными гарантами устойчивого развития нефтегазового сектора в стране за всё это время оставались только госкомпании, исправно платившие налоги, разведывавшие новые месторождения, создававшие свои социальные программы, то есть активно вкладывавшие в развитие человеческого потенциала отрасли, регионов и страны. Таких в России на сегодняшний день немного — 5. Крупнейшие из них — «Газпром» и «Роснефть», при этом государству принадлежит 100% акций только в одной компании — ОАО «НК «Роснефть».

Процессы, происходившие при изменении форм собственности в России, привели к уменьшению долгосрочных инвестиций, и прежде всего в воспроизводство нефтегазовых ресурсов. Основной целью частных компаний было увеличение объёмов добычи нефти любыми способами и минимизация налогов для получения сверхприбыли. Планомерные работы по проведению геологоразведки и эффективному использованию имеющихся ресурсов и производственных мощностей вели только компании, контролируемые государством. Естественно, что реализация долгосрочных инвестиционных проектов очень сильно зависит от того, насколько общество и государство будут на деле содействовать планам нефтегазовых компаний, направленным прежде всего на интенсификацию экономического развития России.

Общеизвестно, что так называемое благополучие брежневского застоя в конце 70-х годов практически полностью обеспечивалось высокими мировыми ценами на нефть. Из-за противостояния ближневосточных нефтяных производителей и США, крупнейшего потребителя нефти в мире, цены на «чёрное золото» взлетели в несколько раз. Отдавая себе отчёт, что благополучие страны в немалой степени зависит от нефтяного фактора, советское руководство активно занималось развитием добывающей отрасли. Наиболее интенсивно сырьевая база развивалась в 1960—1991 годах. Тогда государство не жалело сил и средств на вложения в «нефтянку». Поэтому степень освоения разведанных запасов на сегодняшний день наиболее высока в Уральском (84,4%), Поволжском (91,1%),

Северо-Кавказском (88,5%) регионах, Калининградской (на суше — 91,9%) и Сахалинской (94,5%) областях. После распада СССР в состав топливно-энергетического комплекса России вошли все нефтегазодобывающие объединения, расположенные на территории России, 25 нефтеперерабатывающих заводов суммарной мощностью по первичной переработке 261 млн. тонн нефти в год и 6 заводов по производству смазочных материалов.

На сегодня разведанные и извлекаемые запасы нефти в Российской Федерации оцениваются в более чем 25 млрд. тонн. Нефть в нашей стране добывают более чем на 2 тыс. месторождений, из которых 14 размещаются на шельфах, более 1800 являются чисто нефтяными, а около 500 — нефтегазовыми, газонефтяными и нефтегазоконденсатными.

В государственном реестре запасов числится ещё более тысячи месторождений. В них сосредоточено 77% всех запасов, которые учтены в недрах 40 субъектов Российской Федерации. Сегодня добыча нефти осуществляется в 35 из них. Основные месторождения нефти сосредоточены в Западной Сибири, Урало-Поволжье и на Европейском Севере. Доминирующее положение занимает Ханты-Мансийский автономный округ, в котором сконцентрировано свыше 50% запасов нефти страны. Крупные разведанные запасы, превышающие 500 млн. тонн, содержатся в Ямало-Ненецком автономном округе и Татарии. В республиках Коми, Башкирии и Удмуртии, в Пермском крае, в Оренбургской, Самарской и Томской областях сосредоточено от 300 до 500 млн. тонн нефти.

Основная часть прогнозных ресурсов приходится на Западную и Восточную Сибирь, Дальний Восток, шельфы Карского, Баренцева и Охотского морей. Интерес к освоению нефтегазовых ресурсов на новых территориях проявляют в основном иностранные компании и некоторые российские, лидером которых является «Роснефть». Ещё бы, проекты по освоению новых нефтегазоносных провинций России, расположенных в суровых климатических условиях и необжитой местности и требующих значительных вложений в создание инфраструктуры, окупятся только через 10—15 лет, что для большинства частных российских нефтяных компаний непозволительная роскошь. Конечно, вполне достаточно жить одним годом, нежели вкладываться в перспективу. Тот же ЮКОС с удовольствием вкладывал больше средств в развитие своего имиджа в обществе и медийном сообществе, нежели в мощь и богатство страны. Инвестиции в развитие нефтяных мощностей страны делаются сегодня только компаниями, в силу тех или иных причин озабоченными социально-экономическим развитием регионов своей деятельности. Как показывает практика, любые вложения в добычу полезных ископаемых окупаются только в том случае, если они происходят постоянно и с неизменной отдачей для всех участников проекта — не только для собственников, но и для простых работников.

По теме

Нефть на грани исчезновения

С 1975 по 1985 год Советский Союз ежегодно вкладывал по $16—20 млрд. в развитие нефтяной промышленности. Но уже в 1990—1995 годах этот показатель снизился в 2—4 раза, до $5—9 миллиардов. Такое снижение вложений в нефтяную отрасль обусловлено процессом смены форм собственности всех предприятий нефтегазового комплекса. В нефтяном комплексе России с 1992 по 1995 год согласно указам Президента Российской Федерации от 1.07.92 г. № 721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества» и от 17.11.92 г. № 1403 «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения» было создано 7 нефтяных компаний с определяющей долей собственности Российской Федерации:

Далее, в соответствии с планами реализации пакетов акций, находящихся в государственной собственности, полностью перешли частным акционерам 11 крупных нефтяных компаний. Среди них: ЮКОС, ЛУКОЙЛ, «Сибнефть», «Сургутнефтегаз».

Необходимо отметить, что 29 предприятий нефтяного комплекса, из которых 8 расположены на территории Татарии, а 21 — в Башкирии, были преобразованы в акционерные общества не по процедуре указов Президента Российской Федерации, а в соответствии с нормативными документами указанных республик.

Вскоре выяснилось, что приватизация нефтедобывающих компаний не стала универсальным инструментом для ускорения развития нефтедобычи в нашей стране. Наоборот, главной проблемой нефтяного комплекса в 90-х годах стала острая нехватка инвестиций.

Объём инвестиций сократился со 112 млрд. рублей в 1990 году до 33,1 млрд. рублей в 1998 году, то есть в 3 раза. Фактически речь шла о полномасштабном свертывании добычи «чёрного золота». И как раз в этот период частные нефтяные компании показали себя не с самой лучшей стороны.

Погоня за шальными доходами и нерачительное использование частными собственниками нефтяного достояния страны привели отрасль на грань разорения. Нефтяной бизнес России с момента передачи скважин в частные руки устойчиво ассоциируется у членов общества со сверхприбылью. Здесь и история залоговых аукционов, и криминальные разборки времён середины 90-х, когда в борьбе за контроль над нефтью противостояли различные политические и бизнес-группы. Очевидно, что каждый новый собственник стремился максимально «обналичить» свою долю в виде канарских вилл и прочих высоколиквидных активов. Налоговое и таможенное администрирование нефтяного бизнеса шло из рук вон плохо. В системе, когда большинство чиновников, контролировавших нефтяную отрасль, официально получали зарплаты ниже прожиточного минимума, на каждом углу процветали коррупция, неплатежи в бюджеты всех уровней, фиктивные взаимозачёты и многие другие схемы, позволявшие выводить из-под налогообложения миллиарды долларов. Частные нефтяные компании стремились к максимизации прибыли «наверху». Развитие бизнеса и ценовая политика этой группы компаний формировались исходя из приоритетных задач увеличения притока денежных средств и максимизации прибыли. В финансово-хозяйственной деятельности в этот период широко применялись внутрикорпоративные (трансфертные) цены, позволявшие минимизировать налогообложение и перераспределять финансовые потоки, сконцентрировав их в головной компании. Производственный цикл строился следующим образом: головная компания закупала основные объёмы нефти у своих нефтегазодобывающих дочерних обществ по внутрикорпоративным ценам для дальнейшей реализации на экспорт или поставки на нефтеперерабатывающие заводы, которые осуществляли переработку давальческого сырья, то есть нефти, также по внутрикорпоративным ценам на условиях процессинга. Закупочные цены на нефть и цены на услуги НПЗ формировались исходя из себестоимости добычи нефти и её переработки, а также с учётом прибыли, необходимой для осуществления текущей производственно-хозяйственной деятельности, уплаты налогов и частичного покрытия инвестиционных затрат (инвестиционная составляющая в цене).

По теме

Сокращение инвестиций в нефтегазовую отрасль привело к обвальному спаду геологоразведочных работ. Из-за сокращения объёмов финансирования геологии разведанные запасы нефти к 1999 году уменьшились в целом по стране на 13%. В основном нефтедобывающем регионе — Западной Сибири — разведанные запасы нефти сократились на 1/5 часть. Сокращение геологоразведочных работ привело к снижению темпов воспроизводства ресурсной базы нефтедобычи. С 1990 по 1998 год объёмы поисково-разведочного бурения уменьшились более чем в 4 раза. Разведанные запасы нефти за 1997—1999 годы сократились на 613 млн. тонн, а в основном добывающем регионе — Западной Сибири — на 528 млн. тонн. Начиная с 1994 года, приросты запасов перестали компенсировать текущую добычу. Ее восполнение новыми запасами в последующие годы оставалось на уровне 60%.

Из-за бездействия некоторых частных нефтяных компаний годовые уровни прироста запасов нефти не превышали 200 млн. тонн при добыче на уровне 300 млн. тонн. Невосполненная добыча нефти за 1994—2000 годы составила около 700 млн. тонн. Основные приросты запасов были получены за счёт доразведки ранее открытых нефтяных залежей, а также за счёт перевода её запасов из предварительно оцененных в разведанные. Ввод в действие новых производственных мощностей сократился в 2—5 раз. По существу, был упущен важный период подготовки новых регионов к проведению широкомасштабных поисково-оценочных работ, а в дальнейшем — и к разработке промышленных запасов нефти. Из-за этого к 2010 году доля высокорентабельных запасов может снизиться до 30%. При этом обеспеченность добычи нефти высокорентабельными запасами колеблется по месторождениям от 20 до 50 лет, а трудноизвлекаемыми запасами — от 48 до 115 лет.

С момента приватизации существенной части нефтедобывающих предприятий объём эксплутационного бурения сократился в 7 раз, ввод новых скважин — в 5 раз, их доходность в целом по России — в 5 раз, в Западной Сибири более чем в 10 раз. Сегодня из-за недостаточных инвестиций в технологическое и экологическое оснащение скважин свыше трети эксплуатируемых скважин имеют высокую «обводнённость», достигающую 70 и более процентов.

За время передачи большинства месторождений под контроль частных нефтяных компаний ухудшилось использование фонда скважин. Их общее количество сократилось практически в два раза. Бездействующий фонд скважин в 2000 году составил почти 79 тыс. единиц с потенциальной добычей из них 80 млн. тонн нефти, что в конечном итоге привело к безвозвратным потерям части извлекаемых запасов.

Как становятся нефтяными лидерами

Благоприятная ситуация с мировыми ценами на нефть и нефтепродукты в 1999—2000 годах оказала позитивное влияние на финансовое состояние большинства нефтяных компаний. После общего кризиса нефтяной отрасли, связанной со снижением цены за баррель в 1998 году до $8—10, «Роснефть» стала одной из немногих компаний России, главным приоритетом которой явилось значительное увеличение инвестиций в нефтедобычу. Стратегия развития НК «Роснефть», утверждённая советом директоров, в состав которого входят представители государства, предусматривает рост нефтедобычи на период до 2020 года. Такой рост возможен за счёт существенных долгосрочных вложений в инфраструктурные проекты, освоение новых месторождений, повышение эффективности технологических процессов добычи нефти. Поэтому инвестиции «Роснефти» — это не сомнительные PR-проекты типа «Открытой России» ЮКОСа, а вполне обоснованные вложения в отрасль, в социально-экономическое развитие регионов своей производственной деятельности и, таким образом, в Россию в целом. Вместе с ростом инвестиций в нефтедобычу «Роснефть» ежегодно перечисляет более $1 млрд. в бюджеты всех уровней и внебюджетные фонды. По итогам работы в 2004 году «Роснефть» заняла первое место и стала победителем Всероссийского конкурса среди организаций высокой социальной эффективности.

Стоит отметить, что инвестиции во все дочерние акционерные общества «Роснефти» уже в 2000 году достигли 18,9 млрд. рублей, из которых вложения в добычу составили 10,4 млрд., увеличившись в 2,6 раза по сравнению с 1996 годом. Это позволило существенно обновить парк основного технологического оборудования и существенно снизить показатель износа до 35—65% против 64—96% на конец 1999 года. Все последующие годы «Роснефть» продолжает обновлять свои основные фонды, попутно вкладывая существенные средства в разведку новых месторождений.

По теме

К 2015 году прогнозируется, что потребление нефти в мире увеличится не менее чем на 70%. Динамика развития и использования сырьевой базы и объемы инвестиций в ТЭК России будут обусловлены уровнем и структурой внутреннего спроса и необходимостью выполнения экспортных обязательств. При этом особую роль станут играть месторождения Восточной Сибири и Дальнего Востока, так как основные потребители нефти располагаются в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Стратегически важными для России станут нефтегазоносные провинции с высокой концентрацией нефти в пределах крупных объектов на больших глубинах. К этой группе относятся ресурсы неосвоенных районов Севера и Приенисейской части Западной Сибири, наиболее изученных районов Восточной Сибири, значительной части шельфа Баренцева и Охотского морей. К ним также относится большая часть Дальневосточного региона, восточный сектор Арктики. Будущее нефтегазового сектора страны, её социально-экономического развития будет зависеть от того, какие компании будут осваивать месторождения указанных регионов, насколько ответственные компании будут осуществлять данные стратегии. «Роснефть» — в первых рядах претендентов на участие в освоении новых нефегазоносных провинций. Вместе с «Газпромом» и «Сургутнефтегазом» компания каждодневными делами подтверждает свою готовность участвовать в долгосрочных и капиталоёмких проектах.

Современность и перспектива

Сегодня нефтяная отрасль остаётся одной из самых благополучных среди прочих отраслей российской экономики. Доля топливно-энергетического комплекса в объёме ВВП составляет более 25%, из которых нефтяному сектору принадлежит более 14%. За последние 3 года в отраслях ТЭК произошли значительные перемены. Рост мировых цен на углеводородное сырьё и другие энергоресурсы повлиял на финансовые результаты отраслей комплекса и на доходность бюджета страны. ТЭК обеспечивает до 35% всех налоговых поступлений в бюджетную систему Российской Федерации и до 55% валютных поступлений. Оценка итогов деятельности топливно-энергетического комплекса в 2004 году показала, что в целом ТЭК продолжал наращивать уровни добычи и производства топливно-энергетических ресурсов и обеспечивал как внутренние потребности страны в энергоресурсах, так и выполнение экспортных обязательств. Например, добыча нефти к началу 2005 года выросла на 10,9% и достигла рекордного рубежа за последние

10 лет — без малого 460 млн. тонн. Нефтяная отрасль обеспечивает более 70% общего потребления энергоресурсов и до 90% потребления продуктов переработки углеводородов. Между тем число работников, занятых в нефтяной отрасли, составляет чуть более 3% населения страны, что, надо сказать, было не всегда. Таким образом, высокие экономические показатели современной «нефтянки» совсем не манна небесная, как многие привыкли считать. Это плоды тяжёлой и кропотливой работы российских нефтяников и газовиков.

Нефть в интересах большинства

В результате быстрого обогащения частных нефтяных структур и как следствие возникших у их хозяев намерений выгодно продать свой бизнес своим не в пример более могущественным иностранным коллегам сложилась ситуация, когда единственными нефтяными компаниями, продолжающими пользоваться доверием своих работников и большей части населения России, остаются компании государственные. Конечно, зачастую несведущие граждане по привычке продолжают мазать одним миром всех нефтяников — и частных и государственных, мол, и те и другие — воры. В том числе и поэтому в период бурного роста цен на «черное золото», так неожиданно случившегося в последнее время, российские власти приняли единственно верное решение — взять под контроль стратегические высоты в стратегической для России отрасли. Однако, как показывает практика, такой порядок вещей вовсе не устраивает некоторых владельцев нефтедолларовых «проток и заводей», которые до сих пор пытаются пройти мимо легального русла. Отработав до совершенства способы уклонения от налогов, они решили прикрыть свой бизнес щитом декларирования «эффективности, прозрачности и транспарентности», прежде всего, естественно, в глазах зарубежных инвесторов. Им казалось, что это гарантирует их от всех неприятностей, которые так или иначе могло бы им обеспечить их туманное прошлое. Однако они ошиблись. Следствием, извините за каламбур, стало следствие в отношении всем известной частной нефтяной компании, особенно отличившейся в стремлении к западному эталону ведения бизнеса, но действовавшей при этом совсем не «транспарентными» методами.

По теме

Бои за «прозрачность»

С появлением дела ЮКОСа практически весь нефтяной бизнес в глазах обывателя приобрёл устойчивый имидж теневого. Для этого было достаточно предпосылок. Из нефтяных месторождений выжимался максимум возможного, без особых оглядок на их будущее состояние. А все обвинения в антисоциальных решениях подобного рода закрывались мощными расходами на пиар-компании о «западных стандартах», которые соблюдались разве что только в офисах и коттеджах собственников верхушки ЮКОСа.

При всем при этом будущее нефтяной отрасли России зависит как раз от тех компаний, которые могут ответственно относиться к добыче нефти и готовы брать на себя огромные расходы на улучшение социальной сферы и экологической обстановки в тех регионах, где они работают. Конечно, таким компаниям просто не нужно вбухивать безумные деньги в пиар, так как их деятельность естественным образом направлена на решение вполне реальных проблем социального и экологического характера — как сейчас модно говорить — по определению. И ЛУКОЙЛ, и «Сибнефть» имеют развёрнутые программы поощрения своих сотрудников, оказывают помощь в благоустройстве объектов социально-культурного назначения в регионах своей работы. Однако мало кто может похвастать таким географическим масштабом деятельности своих предприятий, а следовательно, и масштабностью социальной ответственности, которую в этой связи приходится нести перед местными жителями отдалённых регионов, как «Роснефть».

Эта компания выделяется еще и тем, что развивает крупномасштабные проекты по добыче нефти и газа в новых, абсолютно неосвоенных регионах, создавая там собственную транспортную и производственную инфраструктуру. Так, на Северо-Западе уже запущена уникальная для России технологическая схема экспорта нефти с помощью гигантского танкера-накопителя «Белокаменка», установленного в незамерзающей акватории на рейде Мурманска. С него загружаются большегрузные танкеры, доставляющие сырьё потребителям в Европе. В перспективе плавучее нефтехранилище должно будет сыграть ключевую роль в организации транспортных схем поставки сырья из новых нефтеносных провинций России, разработка которых в данный момент только начинается, — это Тимано-Печора, шельф арктических морей России и Восточная Сибирь. Реализация стратегических проектов по освоению нефтегазовых ресурсов арктического шельфа России даёт работу многим предприятиям-смежникам, не только производителям нефтегазового оборудования, но и судостроителям, машиностроителям и другим. Как известно, обладая огромными ресурсными возможностями, многие северные территории России за последние 10 лет практически полностью подверглись запустению. Поэтому жизненно важны для нашей страны стратегические проекты «Роснефти» в Приполярном и Заполярном регионах, которые смогли бы вдохнуть новую жизнь в развитие промышленного производства Севера и Дальнего Востока.

А как оценить вклад «Роснефти» в освоение восточно-сибирских месторождений, скажем, Ванкорского? Там до сих пор не было ровным счётом ничего из того, что на языке промышленников называется мудрёным словом «инфраструктура». Имеются в виду дороги, линии электропередачи, трубопроводный транспорт, промышленные предприятия, энергогенерирующие и передающие мощности и так далее. Теперь ощущается уверенность в том, что с приходом в этот дикий и неосвоенный край людей ответственных и работящих всё это там появится.

Опубликовано:
Отредактировано: 24.11.2016 00:22
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Наверх