// // Журналистов можно не любить, не соглашаться с ними, возражать им. Но бить и стрелять в них – зачем?

Журналистов можно не любить, не соглашаться с ними, возражать им. Но бить и стрелять в них – зачем?

424

Не стреляйте в журналиста

2
В разделе

Россия занимает второе место в мире по числу журналистов, убитых за последние 10 лет во время исполнения профессионального долга. У этой страшной статистики есть объяснение: убийство работников СМИ практически не подразумевает наказания. Более того, журналист в России живёт в среднем меньше госслужащего, политика, преподавателя, священника, артиста… Причина не только в стрессах, но и в отношении к нашей профессии.

Ни врачи, ни историки, ни политики не помнят, чтобы на оказание медицинской помощи тяжело раненному человеку был наложен запрет. К сожалению, именно такой парадоксальный случай произошёл недавно на Украине. Тяжело раненного 9 мая в Мариуполе оператора Russia Today Фёдора Завалейкова руководство телеканала сразу пыталось эвакуировать на борту немецкого медицинского самолёта. Однако украинские власти в течение нескольких дней отказывали в его посадке в Мариуполе. Напомню: оператор Фёдор Завалейков никого не провоцировал, показал вооружённым людям в масках, что он безоружен, и предъявил своё журналистское удостоверение. Но в него всё равно выстрелили, когда он перебегал улицу.

Репортёрам проход закрыт

Следственный комитет России уже возбудил уголовное дело по факту ранения внештатного сотрудника RT в Мариуполе. И это едва ли не первый случай, когда российские правоохранительные органы встали на защиту журналиста – раньше СК подобные факты не интересовали.

МИД, Следственный комитет и Генпрокуратура также хранили молчание, когда киевские власти начали массово запрещать представителям российских СМИ въезд на территорию Украины, разворачивая их на границе. Мне не раз приходилось пересекать в составе съёмочных групп границы других государств. На моей памяти бывали длительные досмотры. Случалось иметь после въезда малоприятные беседы в дипломатическом ведомстве о том, что можно и чего не стоит снимать. Но такого, что описала моя коллега по ТВЦ Лилия Попова, я не припомню. Вот небольшой фрагмент из рассказа, опубликованного на её страничке в Facebook: «Отправили нас в командировку в Донецк. Прилетели, пошли на паспортный контроль. Люди в зелёной форме сразу стали выхватывать из очереди операторов с камерами. Их отправляли к отдельному кабинету. Меня допрашивал какой-то мужчина в штатском. Спросил, что собираемся снимать, поинтересовался, есть ли аппаратура, позволяющая выходить в прямой эфир. А теперь самый интересный момент: спросил, сколько у меня с собой денег. Честно ответила: 170 тыс. рублей. Потом вместе с оператором нас усадили в самолёт, и только в Москве мы получили паспорта и бумажки, в которых была написана причина отказа во въезде на Украину: недостаточно денежных средств для въезда на территорию страны! И этой богатейшей стране, где 2–5 тыс. долларов – жалкие гроши, за наш газ платить нечем?!»

Политику можно всё!

И всё же надо сказать, что и у себя на родине журналисты не могут чувствовать себя защищёнными от произвола. Думаю, всем ещё памятна история, главными действующими лицами которой стали вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский и беременная журналистка – корреспондент агентства «Россия сегодня», спросившая у парламентария, стоит ли вводить ответные санкции на запрет Украины на въезд россиян. Напомню, что в ответ Жириновский начал выкрикивать оскорбления в её адрес. После этого он начал оскорблять вступившихся за неё коллег. Я не беру сейчас в расчёт такие естественные для любого мужчины качества, как уважение к женщине. Видимо, г-н вице-спикер утратил представление обо всём этом по неизвестным причинам. Но о чём думал политик Жириновский, выкрикивая призывы «жёстко насиловать» беременную?

По теме

Собственно, все эти деяния однозначно подпадали по УК РФ, но скандал быстро замяли. Комиссия по этике Госдумы лишила вице-спикера слова на пленарных заседаниях на месяц «за неуравновешенность». С каких пор оскорбление и призыв к насилию стали квалифицироваться у нас как «неуравновешенность»?

Всё это стало знаковым событием: с журналистами можно делать всё, что угодно!

«Нападавшие не установлены»

В 2012 году я лично столкнулась с отношением наших правоохранительных структур к журналистам. Тогда несколько изданий послали своих корреспондентов снимать протестную акцию у храма Христа Спасителя. Там на них набросилась хорошо организованная группа крепких мужчин в тёмных одеждах. Предположительно это была охрана храма. Журналистов били по голове, заламывали руки, ломали штативы, рвали редакционные удостоверения. Корреспондент газеты «Мой регион» Владимир Видилин заснял всё происходившее и выложил видео в социальных сетях. Я попросила председателя Союза журналистов России Богданова написать письмо на имя руководителя СК РФ Бастрыкина с просьбой разобраться в случившемся. Всеволод Леонидович долго советовался с кем-то, сомневался, но в конце концов письмо всё же подписал. В СК мне сказали «бросить в ящик» и ждать ответа в течение месяца. И ответ пришёл. Следственный комитет написал, что «нападавшие не установлены», хотя их лица были ясно видны.

Два года назад председатель Комитета по защите свободы слова и прав журналистов Павел Гутионтов решил обобщить случаи нападения на журналистов. Я взялась собрать эту информацию. В общей сложности набралось около 50 инцидентов! И ни по одному из них не было возбуждено уголовное дело по статье 144 УК РФ, которая как раз и предусматривает наказание за препятствование профессиональной деятельности журналистов. Причём среди собранных случаев были и вовсе вопиющие. Например, журналист интернет-издания «Газета.ру» Александр Артемьев во время освещения акции на Триумфальной площади 31 мая 2010 года получил закрытый перелом руки – настолько сильно полицейские в автозаке заломили ему руки. Получив отказ в возбуждении уголовного дела, журналист обратился в Страсбургский суд, который признал его потерпевшим. После этого в МВД перед Артемьевым лишь извинились…

На прошлой неделе глава Совета по правам человека при президенте России Михаил Федотов предложил расширить статью 144 УК РФ, сделав преследование журналистов за критические высказывания уголовно наказуемым. Удастся ли добиться этого?

Экс-президент Франции Шарль де Голль однажды произнёс фразу, которая вошла в историю: «Для того чтобы проиграть президентские выборы, достаточно поссориться всего с одним журналистом». Но это у них. У нас всё происходит иначе.

Опубликовано:
Отредактировано: 19.05.2014 15:49
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх