// // Заключенный Михаил Дербин ждал четыре года, пока ФСИН вытащит ему гвоздь из легкого

Заключенный Михаил Дербин ждал четыре года, пока ФСИН вытащит ему гвоздь из легкого

1094

У меня в грудине гвоздь

2
В разделе

Ингодинский районный суд города Читы через четыре года после первой жалобы обязал врачей ФСИН удалить гвоздь из груди заключенного. Гвоздь отбывающий наказание за грабеж Михаил Дербин вогнал самостоятельно: еще в 2012 году, как акт протеста против неоказания медицинской помощи.

«Необходимости в операции нет»

Михаил Дербин, который отбывает срок в ИК-2 поселка Шара-Горохон Карымского района Забайкальского края, страдает гепатитом С, а также артритом суставов пальцев рук и ног. По словам заключенного, должного лечения ему в колонии не оказывали и не оказывают, лекарства, которые передает мать Дербина, просто уничтожаются. Вбивая себе в грудь гвоздь заключенный, как поясняют отслеживающие ситуацию представители правозащитной организации «Зона права», надеялся на экстренную медицинскую помощь. Однако вместо того, чтобы отреагировать на вопиющий случай, врачи исправительного учреждения предпочли оставить его без внимания.

Единственный, кто как-то отреагировал на жалобу – Росздравнадзор по Забайкальскому краю, который еще 4 года назад констатировал, что права осужденного нарушаются самым серьезным образом. По мнению специалистов ведомства, Дербина должны были госпитализировать в лечебно-профилактическое учреждение хирургического профиля в срочном порядке. Но на просьбу Дербина удалить гвоздь, который вызывал сильные боли в легком, со стороны медслужбы ФСИН последовал ответ: необходимости в операции нет, тем более что заключенный «намерено нанес себе травму, нарушив обязанность заботиться о сохранении своего здоровья, предусмотренную законом».

Не трогай, чтобы не болело

В дальнейшем ежегодные плановые проверки Росздравнадзора по-прежнему фиксировали нарушение права заключенного на медицинскую помощь и плановую операцию. Но с места ни гвоздь, ни дело не двигались. «Инородное тело инкапсулировалось, заключили специалисты тюремной больницы, состояние здоровья осужденного остается удовлетворительным и необходимость в срочном оперативном вмешательстве нет, так как в грудной клетке нет кровотечений или нагноений». Дербин, однако, продолжал жаловаться на невыносимые боли и ухудшение самочувствия – теперь уже не только в связи с артритом и гепатитом, но и инородным телом, давившим на легкое.

Обжаловать бездействие медиков взялся юрист Забайкальского правозащитного центра Роман Сукачев – и в конце концов, добился своего. Согласно решению суда, операция по извлечению инородного тела из груди 35-летнего Михаила Дербина должна быть проведена медиками больницы № 1 медсанчасти № 75 ФСИН России по Забайкальскому краю в течение полугода с момента вступления решения в законную силу.

По теме

Поселок «Шаргоп»

ИК-2 («Двойка») – федеральное казенное учреждение «Исправительная колония №2» УФСИН России по Забайкальскому краю – находится в поселке Шара-Горохон Карымского района, который расположен в 100 километрах к юго-востоку от Читы. Основанное в 1936 году, учреждение до 1959 года функционировало как колония общего режима, с 1959 – строгого, с июня 1983-го и по сей день – как колония особого режима. Здесь же последние 16 лет действует участок для отбывания наказания осужденными к пожизненному лишению свободы.

Отбывающие срок в ИК-2 осужденные занимаются заготовкой и переработкой древесины, производят войлок и валенки, мебель и пиловочный материал, а также сувениры.

Как отмечается на официальной странице учреждения, «в колонию приезжают жители ближайших поселков, чтобы заказать мебель для своих квартир и другую домашнюю утварь, а бабушки особенно любят тапочки и унты, сшитые руками осуждённых». В теплицах ИК-2, сообщает сайт исправительного учреждения, круглый год выращиваются огурцы, помидоры, кабачки, перцы и даже розы.

Для поселка Шара-Горохон (в переводе с бурятского «желтая вода» или «желтый песок») колония особого режима (в народе – «Шаргоп») – главное и единственное «градообразующее» предприятие. Все жители поселка – сотрудники ИК-2 и члены их семей. «Ёмкость» Шара-Горохонской колонии – примерно 1000 человек, наказание в ней отбывают особо отличившиеся представители всех регионов России. Средний возраст сидельцев – 40 лет, но есть и старожилы, отбывающие наказание (с краткими перерывами между отсидками) со времен СССР. Попадают в ИК-2 за тяжкие и особо тяжкие уголовные преступления – убийства, разбои, тяжкие телесные повреждения, незаконный оборот наркотиков, причем совершенные не первый раз – «первоходки» здесь не сидят.

В окруженном пятиметровыми заборами Шаргопе, в частности, сидели воры в законе Георгий Углава (Тахи) и Гела Такидзе (Гела Кобулетский). Последний в ИК-2 и закончил свои дни, повесившись в палате медсанчасти. 39-летний уголовник, осужденный к 18 годам колонии особого режима за вооруженный разбой, был неизлечимо болен туберкулезом последней стадии.

Фото: https://ingoda--cht.sudrf.ru
Фото: https://ingoda--cht.sudrf.ru

Опубликовано:
Отредактировано: 23.05.2016 15:33
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх