Версия // Власть // Вчерашние враги научились жить, не стреляя друг в друга

Вчерашние враги научились жить, не стреляя друг в друга

2552

Югославский урок Украине

Этот экспонат мемориала «Ясеновац» называют Тополем Ужаса. Говорят, что дерево не вынесло вида зверских убийств и пыток, которые под ним творились, и умерло.
В разделе

В июне премьер Украины Гройсман посетил Хорватию. Там он ознакомился с опытом возвращения мятежных регионов, проведения там выборов и завоевания доверия населения. Опыт полезный. Только в расчёт лучше брать пример не одной Хорватии, а всего региона.

Мало кто знает, что самый страшный по бесчеловечности концлагерь Второй мировой находился не в Германии. Лагерь «Ясеновац» создали не немецкие наци, а хорватские фашисты. 700 тыс. только подтверждённых смертей. Хотя сколько было на самом деле, не узнаешь: для экономии сил трупы просто сбрасывали в реку.

Был отдельный лагерь для детей. Их убили 18 тысяч. Как и взрослых, молотком по голове. Или специальным ножом, получившим страшное названием «сербосек», – им хорваты-усташи убивали сербов. Нож надевался на пальцы, чтобы удобнее было перерезать горло. И сейчас охватывает ужас, когда находишься на месте этой человекобойни, расположенной в центре Европы, на территории двух суверенных ныне государств.

Впрочем, последняя война в Югославии дала примеры ещё более изощрённого насилия. По своим масштабам и жестокости оно не идёт ни в какое сравнение с конфликтом на востоке Украины. Речь не о многократно больших человеческих потерях – каждая жизнь бесценна. А о страданиях, горе из-за потери близких, изуродованных физически и психологически. Потому, хотя война давно закончилась, взаимной ненависти не избежать. И она продолжает жить.

По теме

Всяк сущий в ней язык

Экскурсию по скупщине (парламенту) автономного края Воеводина для меня проводят лидер фракции «Единая Сербия» в парламентском большинстве Горан Гонджа и руководитель протокола Зоран Якович. В шутку приглашают присесть в кресло спикера – дескать, не хочешь себя попробовать в этом качестве? Отвечаю, как Чапаев из фильма, мол, языка не знаю. Оказывается, что это как раз не проблема – тут можно говорить на родном. Вообще, сербский тут знают все, но если хорват, румын или венгр захочет из принципа сказать на родном, для этого наготове сидят переводчики.

По закону в Воеводине шесть равнозначных языков, на которые переводятся все официальные документы. В их число входит даже русинский, хотя русинов в Воеводине всего 2% населения. А всего тут живёт около 2 млн человек. Примерно как в средней области России или Украины. Сравните, кому интересно, положение тех же венгров, румын, русинов, не говоря уже о русских, проживающих в украинском Закарпатье.

Если здесь и защищают свой язык, то только от засорения. Дальше всех продвинулись хорваты. У них вместо футбола – «ногомёт», а вместо гандбола – «рукомёт». А в Сербии, к примеру, вы не услышите слова «офис», вместо него говорят «канцелярия». Тоже как бы не своё название, но всё же более привычное. Впрочем, сохранять свой язык, своё культурное пространство не значит разрушать чужое. Музыка, сериалы транслируются исключительно по признаку популярности, а не по месту их производства. По такому же принципу организуются и гастроли.

Герои и истуканы

В Древнем Риме существовали храмы культа императора. Когда один правитель сменял другого, на статуях просто меняли голову. Какие-то монументы со временем исчезли, какие-то благодарная память возвращала. История борьбы с ними насчитывает тысячелетия. Достойное место в ней займёт и Украина, где стихийный вандализм превратился в госполитику, которая с памятников перекинулась на борьбу с коммунистической символикой.

С помощью политолога Предрага Раич ищу аналоги. Нашёлся один. В середине 90-х демократический мэр Белграда Джинджич снял с высокой стелы пятиконечную звезду как символ прощания с коммунизмом. Фото демократа – почему-то с зелёной, а не красной звездой – облетело мировые СМИ. Но обезглавленная стела стала ещё более популярной, потому что поневоле у приезжих возникал вопрос: что это за сооружение?

Декоммунизации здесь не проводилось. Но за коммунистов голосуют меньше, чем в посткоммунистических странах Восточной Европы, где она прошла. Правда, каждый второй, а среди пожилых людей едва ли не первый, говорит, как хорошо было при Тито. Медсестра могла купить машину и летом ездить на курорт. Это свидетельствует о том, что коммунизм лечится не сносом памятников, а хорошей жизнью.

Все вопросы переименования и увековечивания решаются на уровне местного самоуправления. И насколько меньше проблем было бы у нынешней украинской «влады», займи она в этом деле нейтральную позицию. Ну решили в городе Стрый поставить памятник Бандере. Какое право мы имеем обижаться, учить, открывать глаза? Дело горожан… Но ставить ли такой же памятник в городе Стаханов и сносить ли прежние, наверное, тоже стоит решать жителям Стаханова.

Во Львове улицы Пушкина и Лермонтова переименовали в Дудаева и бандеровца Чупринки. Опять же, дело львовян. Просто если это более значимые фигуры, то зачем президент Порошенко публично цитирует наших классиков. Не логичнее было бы тогда из Дудаева чего-нибудь? Как-то хочется найти логику и здравый смысл в акции львовян, которые после известных событий целый день разговаривали на русском языке. Правда, до этого все улицы, носящие имена великих россиян, признанных миром (о коммунистах и военачальниках не упоминаем), были переименованы.

Коменданта «Ясеноваца» Динко Шакича хоронили в генеральском мундире, как героя. При этом ни новое государство, ни отдельные ретивые националисты, а, судя по граффити на стенах, они в Хорватии не перевелись, не посягают на мемориал на месте лагеря. Он существует. Опекают его монахини православного монастыря. В свою очередь, постоянно всплывающий вопрос о законе о геноциде сербского народа дальше обсуждения не двигается. Так расходятся на очень узкой дорожке.

Премьер же Гройсман, едва прибыв в Хорватию, попросил признать голодомор геноцидом. И некому было подсказать, что по логике сразу всплывает геноцид в отношении сербов. И если в случае с голодомором встаёт вопрос, почему среди жертв не только украинцы, а среди тех, кто осуществлял злодеяние, украинцы в немалом числе, то сербов резали чётко по этническому признаку.

Каков поп, таков и приход

Почему же в бывшей Югославии, пусть и при взаимной нелюбви и при гигантском грузе обид, люди умудряются жить спокойно и сотрудничать? Почему не застит им глаза пелена ненависти, как у украинцев и россиян? Ответ очевиден. Потому что в одном случае власть и интеллигенция пытаются эту пелену снять, а во втором – навесить. Используя ненависть как горючее для рейтингов и возможность уйти от ответственности.

На мемориале погибших в борьбе за западноукраинскую народную республику поляков и украинцев на Лычаковском кладбище во Львове надпись: «Помним о прошлом, думаем о будущем». Мудрая клятва. А век спустя новые могилы – погибших в Донбассе… Напряжение с Польшей из-за Волынской резни. Прошлое оживляют, демонизируют, им ослепляют, оправдывают самые низменные поступки.

Это касается не только украинцев. Когда российские писатели и актёры палят из пулемётов в братоубийственном конфликте, они расстреливают российскую интеллигенцию, а не вражеских солдат. Когда на ток-шоу в Останкино постоянно вызываются духи Бандеры и Шухевича вместо разговора о великих украинцах, поневоле вспоминаешь народную мудрость о том, что иногда лучше просто молчать.

Но, конечно, мяч сейчас находится на украинской стороне. Отрадно, что после упоения собственным величием и непогрешимостью, там допускают мысль воспользоваться чужим опытом. Но вырвать из него кусок не получится. Без освоения таблицы умножения высшую математику не освоишь. Для начала надо прекратить воевать и отказаться решать проблемы силой. Госмужам перестать призывать раздавить, стереть в порошок, уничтожить. Хорошо бы заодно депутатам Рады перестать бить коллег, говорящих на русском. А вместо слова «ватник» научиться выговаривать «соотечественник». И предложить ему потом право на язык, культуру, самоуправление по стандартам ЕС, в который Украина вроде бы как шагает. Кстати, найдись политик, который сделал бы это сразу после майдана, глядишь, и не было бы ни Крыма, ни Донбасса и не пришлось бы повторять военную фазу югославского опыта. Если же одновременно с попыткой завоевать доверие продолжать пускать злобную пену и рвать на груди вышиванку, за опытом лучше ехать куда-нибудь в Африку.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 01.08.2017 13:12
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх