Версия // Спорт // Почему игроки стоят дороже «Боинга»?

Почему игроки стоят дороже «Боинга»?

5679

Футбольная пирамида

2
В разделе

31 августа в европейских футбольных чемпионатах закрылся летний трансферный период. Сенсационный переход Неймара из «Барселоны» в ПСЖ поднял цены на игроков на заоблачные высоты. За бразильца заплатили 222 млн евро. За эти деньги можно сформировать вполне приличный авиапарк – например, купить несколько «Боингов-737» и к ним в придачу пару самолётов «Сухой Суперджет-100».

Футбольный рынок всё больше напоминает финансовую пирамиду, но крах ему пока не грозит. Игроков уже давно покупают не только ради спортивных результатов: политические и экономические интересы хозяев клубов сейчас гораздо важнее.

После введения в футболе финансового fair play в выигрыше на какое-то время оказались клубы английской Премьер-лиги. Фантастический контракт на продажу телевизионных прав делал даже заведомых аутсайдеров Премьер-лиги богаче лидеров чемпионатов большинства европейских стран. Новичок Премьер-лиги мог «легально» потратить на игроков больше, чем ведущие команды России. Однако на континенте на­шли способ догнать англичан в футбольной гонке вооружений. Сформировавшаяся этим летом новая трансферная модель окончательно разделила европейские клубы на две группы – элиту, которая может тратить любые деньги на покупку игроков, и всех остальных, кому правила fair play навсегда закрывают дорогу к футбольным трофеям. И дислокация клуба теперь не имеет особого значения. Гораздо важнее, кому он принадлежит.

ПСЖ ничего не потратил

Если прежде рынок взрывали испанские гранды – «Барселона» и «Реал» – или лидеры английской Премьер-лиги, то теперь в роли возмутителя спокойствия выступил французский ПСЖ. Сначала в коман­ду пришёл проданный за 222 млн евро бразилец Неймар, а затем Килиан Мбаппе из «Монако», трансфер которого оценивается в 180 млн евро. При этом в ПСЖ просто и беззастенчиво обошли правила fair play.

Неймар выкупил свой контракт у «Барселоны» на деньги, полученные от организаторов чемпионата мира в Катаре напрямую, а Мбаппе пока что пришёл в аренду. Так что формально эти 400 с лишним миллионов евро ПСЖ вовсе не тратил. Тем не менее «Барселона» свои 222 млн получила, а значит, могла спокойно тратить их на свои закупки. Именно поэтому после трансфера 20-летнего Усмана Дембеле из «Боруссии» за 105 млн евро каталонцы до самого конца августа пытались купить у «Ливерпуля» бразильца Коутиньо, предлагая за него около 160 миллионов.

Главным «продавцом» лета стал «Монако». Помимо фактической продажи Мбаппе «Монако» заработал ещё на трансферах Бернарду Силвы и Бенжамена Менди в «Манчестер Сити». За них выручили почти 110 млн евро, хотя обошлись они клубу вместе за 30. Ещё 45 млн «Монако» получил от «Челси» за Тьемуэ Бакайоко, купленного в своё время за 8 миллионов. А теперь давайте посмотрим на хозяев клубов. Про «Челси» и Романа Абрамовича напоминать, наверное, никому не надо. Хозяева «Манчестер Сити» с 2008 года – инвестиционная группа Abu Dhabi United Group (ADUG) из ОАЭ. ПСЖ с 2011 года контролируется фондом Qatar Sports Investments. Контрольным пакетом «Монако» с конца всё того же 2011-го владеет компания MSI (Monaco Sport Invest), связанная с Дмитрием Рыболовлевым.

Правила финансового fair play вводились в своё время, в частности, именно для того, чтобы ограничить влияние инвестиционного капитала и денег «неясного» происхождения на футбольный рынок. Но бизнес-акулы с лёгкостью обошли все ограничения, перекупая друг у друга игроков. А пострадали от fair play команды небогатые, фактически лишённые возможности укрепляться сильными игроками.

По теме

Футболисты оцениваются как предметы искусства

Задирая цены на футболистов, бизнесмены не только ставят крест на fair play, но и увеличивают стоимость своих активов. Можно сказать, что футбольный рынок теперь строится примерно на тех же принципах, что и рынок произведений искусства и антиквариата. Рост цены одного экземпляра сразу же увеличивает стоимость других экземпляров той же категории. За счёт перепродажи отдельных футболистов увеличивается «прибавочная стоимость» и команд в целом.

За бразильца заплатили 222 млн, а значит, примерно столько же должны стоить сопоставимые с ним по уровню игроки – Неймар всё же не возвышавшийся над всеми современниками Марадона. А те, кто немного похуже, должны стоить и дешевле ненамного. Теперь заработать на них можно, даже продавая, условно говоря, с дисконтом, поскольку цена всё равно в разы выше той, что была пару лет назад. События летнего трансферного окна фактически взорвали рынок: суммы, которые стали запрашивать за футболистов, теперь могут превышать июньские оценки в несколько раз. Так, за защитника Рафаэла Толоя, который в январе стоил менее 5 млн евро, а в июне оценивался в 7 млн, в конце августа итальянская «Аталанта» хотела получить с московского «Спартака» в 4 с лишним раза больше: стартовая цена начиналась с 30 миллионов. Впрочем, с точки зрения инвестиций игроков можно и не продавать: здесь важнее отчётность и данные на бумаге.

При определении допустимой стоимости игрока учитывается не только его возможный вклад в грядущие победы. Несколько миллионов евро ПСЖ заработает в ближайшие месяцы только на продаже футболок с фамилией Неймара. Кроме того, громкая трансферная сделка привлекает к клубу дополнительное внимание болельщиков, прессы, спонсоров, рекламодателей. Этот «бесплатный пиар» также закладывается в цену игрока. Став обладателем самого дорогого игрока в мире, ПСЖ обеспечил себе пристальное внимание прессы как минимум на сезон – и не только во Франции, где его и так было предостаточно, но и по всей Европе, даже по всему миру.

В основе сделки – политические интересы

Деньги в футболе ходят по цепочке, и при такой работе системы важно найти «стартовые деньги», чтобы эту цепочку запустить. Некоторое время в футболе таковыми выступали криминальные деньги: покупку-продажу игроков использовали для легализации «нетрудовых доходов». Однако громкий коррупционный скандал в итальянском чемпионате привёл к тому, что футбольные сделки в Европе рассматриваются контролирующими органами с особым пристрастием.

Вероятно, на низшем уровне без криминала и сейчас не обходится, тем более что в формулах отмывания денег задействован тотализатор. Но в случаях с громкими многомиллионными сделками, привлекающими внимание всего мира, юридически всё должно быть чисто. Да и, надо сказать, у владельцев или партнёров топ-клубов обычно нет проблем с объяснением происхождения денег, будь то миллиардеры или государственные инвестфонды. Тем не менее у многих из них есть свои нефутбольные интересы, ради которых и проворачиваются многие сделки.

Проведение чемпионата мира 2022 года в Катаре и без того постоянно ставится под сомнение, а с учётом политического обострения в этом году властям Катара нужно было принимать срочные меры. И приобретение Неймара и Мбаппе – шаг в этом направлении. Катар одновременно решил две задачи. Он показал функционерам ФИФА, что с ним лучше не связываться: Катар способен обойти любые запреты и взорвать футбольный рынок. И одновременно привлёк на свою сторону многих французов, которые понимают, что при подобном размахе за оставшиеся до первенства мира в Катаре пять лет чемпионат Франции может превратиться в сильнейший турнир в мире, оттеснив на второй план извечных конкурентов с другого берега Ла-Манша.

Если каждый звёздный трансфер просчитывается с точки зрения потенциальной прибыли до мелочей, то переходы футболистов просто хорошего, а тем более среднего, уровня носят более хаотичный характер. Здесь весомую роль играют личные связи агентов с командами, а также текущее финансовое положение клубов. В чемпионатах вроде российского обычно не возникает необходимости отмывать деньги – зато иногда появляется возможность «осваивать» спонсорские или бюджетные деньги. Впрочем, на фоне грандиозных сделок европейских топ-клубов суммы, которые заплатили летом за футболистов наши команды, можно даже не рассматривать. Самым дорогим приобретением стал аргентинец Паредес, перешедший из «Ромы» в «Зенит» за 23 млн евро, то есть стоящий одну десятую часть Неймара.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 06.09.2017 14:12
Комментарии 0
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх