// // Тысячи браконьеров всех мастей уничтожают последних редких животных в Сибири

Тысячи браконьеров всех мастей уничтожают последних редких животных в Сибири

910

Число зверя

2
В разделе

Расследование причин нашумевшей катастрофы вертолёта Ми-171 на Алтае, во время которой погиб полпред президента в Государственной думе Александр Косопкин, проходит под завесой секретности. Дело ведь политическое. Варварская воздушная охота высоких московских чиновников на занесённого в Красную книгу алтайского барана (аргали) ещё долго будет будоражить умы граждан, и лишние напоминания о ней не совсем выгодны властям. Между тем знающие люди говорят: то, что произошло на Алтае, лишь капля в море в той браконьерской вакханалии, которая сегодня творится в Сибирском федеральном округе (СФО). И если государство не предпримет действительно серьёзных мер по защите местной природы, вскоре Сибирь превратится в безжизненную пустыню. Корреспондент «Нашей Версии» решил пройти сибирской браконьерской тропой и сделал немало неутешительных открытий.

К самым горячим браконьерским участкам в СФО экологи сегодня относят Алтае-Саянский экорегион, где есть несколько районов активной нелегальной охоты – Горный Алтай, Тыва, горы Хакасии, Красноярский край. Здесь по вине браконьеров сильно сократились популяции отдельных видов животных, которые сейчас находятся под угрозой исчезновения. Основными объектами запрещённой охоты являются ирбис (снежный барс), аргали (архар), сокол балобан, кабарга и сибирский козерог.

Промышляют в основном местные жители – для многих из них это единственный способ заработка. Хотя и других мотивов у злоумышленников предостаточно.

«Мотивы у браконьеров разные, – рассказывает «Нашей Версии» эксперт Всемирного фонда дикой природы Алексей Вайсман, – это может быть охота и для пропитания и заработка, и просто для развлечения».

К одним из самых опасных видов нелегальной охоты, получившей за последнее время распространение в Сибири, эксперты фонда дикой природы относят так называемое «статусное браконьерство», которым занимаются сильные мира сего.

«Открытое и подчас демонстративное пренебрежение правилами охоты, как, впрочем, и другими нормами законодательства, по представлению этих людей, должно подчеркнуть их высокий социальный статус, их положение «над законом», – говорит Алексей Вайсман. Такие охоты проводятся более или менее тайно. Но шила в мешке не утаишь. «В Республике Алтай люди говорят, что, конечно, они регулярно слышат об охотах чиновников с вертолётов, некоторые сами были свидетелями этого. За последние пять лет есть несколько хорошо известных фактов, но большинство их наверняка остаётся нам неизвестными», – рассказали «Нашей Версии» в Сибирском экоцентре.

Кстати, разгул «статусного» браконьерства, по словам экспертов, привёл к распространению новой формы варварской охоты – браконьерства «протестного». Это ответ на быстро идущий процесс захвата охотничьих угодий сильными мира сего и принявшее массовый характер незаконное прекращение доступа местных охотников в эти районы. В таких случаях животных, представляющих интерес для новых «хозяев жизни», убивают местные жители по принципу «не мне, так и не тебе».

Соображения типа «почему им можно, а нам на нашей земле нельзя» также вносят свою весомую лепту в развитие массовой нелегальной охоты на юге Сибири.

Как рассказали нам в Сибирском экоцентре, главную опасность сегодня представляет незаконный промысел животных, который ведётся в основном ради получения финансовой выгоды. Например, добыча кабарги запрещёнными самоловами (петлями) в неограниченных количествах для продажи мускуса. И это несмотря на то, что почти во всех субъектах РФ юга СФО охота на кабаргу полностью запрещена уже несколько лет. «С помощью запрещённых средств, без лицензии, незаконно добываются для перепродажи, кроме кабарги, медведи и маралы. В меньшей степени барсук, сурок, пушные звери, козерог», – отметили в Сибирском экоцентре.

Причём зачастую браконьеры не забирают с собой убитых животных, а лишь уносят пользующиеся высоким спросом дериваты. Так, например, у медведей их интересуют шкура, жир, желчь, лапы, у марала – панты, кости, пенис, мясо даже не всегда используется – нести тяжело. Барсука и сурка истребляют ради жира.

По теме

Высокопоставленные охотники специализируются в основном на редких и эксклюзивных трофеях. Например, таких как шкура барса или рога аргали и т.п. Порой на VIP-охотах животных, занесённых в Красные книги РФ и субъектов РФ, охота на которых полностью запрещена, убивают просто из «любви к искусству». Так было как раз в случае с охотниками из разбившегося 9 января в горах Алтая вертолёта Ми-171.

Горный баран аргали, на которого охотились чиновники, занесён в Красную книгу РФ, это один из самых малочисленных подвидов млекопитающих в России. «По доступным фото видно, что добыто не менее четырёх животных. Получается, что по существующим тарифам животному миру был нанесён ущерб как минимум в 1,2 млн. рублей», – говорят в Сибирском экологическом центре. Впрочем, это ничто по сравнению с теми доходами, которые приносит браконьерство подпольным охотникам – здесь оборот исчисляется миллиардами.

По данным Сибирского экоцентра, в первичной скупке браконьерской продукции во всём экорегионе участвуют не менее 240 частных предпринимателей, 36 организаций и порядка сотен физических лиц, ведущих свою деятельность нелегально. Многие нелегальные организации экологи вычисляют через газетные объявления о продаже браконьерской продукции. Так, в минувшем году по результатам анализа газетных объявлений выявлено 20 постоянных контактов в Республике Алтай, 26 – в Хакасии и 16 – в Тыве.

«Но в 2008 году было отмечено укрупнение бизнеса: скупка монополизируется, меньше стало мелких скупщиков, а через крупных проходит больший поток дериватов – мускуса кабарги, желчи и лап медведя, рогов оленей и т. д.», – отмечают экологи. Причём сибирский «промысловый» бизнес уже давно вышел за пределы России.

Одним из самых перспективных направлений нелегального трафика браконьерской продукции становится Китай, в силу того что в предыдущие годы в Поднебесной происходил быстрый рост платёжеспособности населения и всё больше китайцев стали позволять себе статусные и дорогие лекарства, применяемые в китайской традиционной медицине. В их состав, например, входят медвежий жир, «кабарожья струя» (мускус), корни дикорастущих растений, сайгачий рог. Если раньше они были доступны для избранных, то теперь их хотят получить и могут это сделать многие. «К примеру, цена на медвежью желчь колеблется в пределах 12–15 долларов за грамм при закупке на месте, при перемещении в Китай она возрастёт в 10 раз! Бешеная прибыль порождает интерес со стороны криминальных групп», – рассказали «Нашей Версии» в Сибирском экоцентре.

Всё большие масштабы приобретает и незаконный импорт балобанов, сапсанов и кречетов, которые высоко ценятся в странах Персидского залива, где их используют как незаменимых охотников в степях и пустынях и за одну особь готовы платить до 5 тыс. долларов. В результате, например, численность балобанов за последние пять лет в целом по региону снизилась на 18%. А, в частности, в Хакасии их число сократилось на 26%. Можно сказать, что скоро в Хакасии не останется жизнеспособной популяции этого сокола.

Как правило, птиц везут с сокрытием от таможенного контроля в своеобразных тубусах из картона или другого материала, которые помещаются в дорожные сумки или багажные ящики с двойным дном. Предварительно пернатых усыпляют снотворным и связывают. Естественно, очень много птиц при таком обращении гибнет ещё во время транспортировки.

Но самым истребляемым видом за последние 10 лет остаётся кабарга. Это маленький олень, самцы которого имеют уникальную мускусную железу, из-за которой этот очень живучий вид практически полностью истреблён во всём ареале своего обитания – от Алтайского края до Тихого океана. Мускус ценится в традиционной восточной медицине, и практически весь идёт за рубеж – в Китай и в другие страны Юго-Восточной Азии.

В целом по региону легально можно добыть около 4 килограммов мускусных желёз в год. Тем не менее, по оценкам экспертов, три года назад в четырёх субъектах РФ (Алтай, Тыва, Хакасия, Красноярский край) ежегодно добывалось не менее 70 килограммов мускуса, а по оценкам 2008 года эта цифра приближается к 110 килограммам.

По теме

Для получения этого количества ценного товара нужно уничтожить не менее 5,5 тыс. зверей, так как в железе взрослого самца содержится всего 20 граммов мускуса. Однако при ловле петлями на одного самца (с мускусом) приходится не менее трёх самок или молодых самцов, которые также погибают. Получается, что общее количество добываемой в год кабарги составляет не менее 22 тыс. животных…

Не случайно такие петли экологи называют самым опасным способом охоты. Ведь помимо непригодных для браконьеров самок кабарги в них попадают и другие звери. Петли так же используют и при ловле сурка, но в степи в них попадает, например, занесённый в Красную книгу манул – дикий кот. Все эти «побочные трофеи» также погибают.

Большой урон наносят живой природе и охотники на снегоходах и машинах с высокой проходимостью. Их с каждым годом становится всё больше – зверя выслеживают, догоняют и просто расстреливают на ходу. При этом правилами запрещена любая охота с использованием техники.

В последние годы распространилась охота на снегоходах без огнестрельного оружия – с бейсбольными битами или палками – на косулю, лису. Просто загоняют и забивают зверя. Убежать им по снегу от снегохода очень трудно. А в случае задержания таким браконьерам нечего и предъявить, ведь зверь ещё не добыт.

Использование же вертолёта делает доступными для охотников самые отдалённые уголки, где зверь до сих пор чувствует себя в безопасности – именно в таких местах обитают последние снежные барсы и архары», – сетуют эксперты экоцентра. Активно применяют браконьеры и осветительные приборы. В этом случае нелегальные охотники используют лампу-фару для ослепления животного, его дезориентации в пространстве, и им остаётся только подъехать и застрелить.

Несмотря на то что такая охота является уголовно наказуемым деянием, всё чаще всплывают факты проведения в охотничьих угодьях целых «осветительных шоу» с тотальным истреблением всего живого, попадающего в луч прожектора.

По словам специалистов Сибирского экологического центра, браконьерство в СФО – довольно важная статья дохода тысяч людей. И снижения незаконной добычи животных не видно. Скорее наоборот. В том числе и потому, что в последние годы всё время реорганизовывают контролирующие органы, перераспределяют их полномочия, а в итоге «на земле» работа развалена.

Так, весь 2008 год охотконтроль почти бездействовал в большинстве субъектов РФ. В том числе и потому, что с начала года эти функции отобрали у федерального ведомства и передали субъектам Федерации. Ну, а пока те создали новые структуры, набрали штат, добились передачи техники и снаряжения (а не просто голых полномочий) – год подошёл к концу. Браконьеры эти перемены тоже без внимания не оставили.

Велика вероятность и ускоренного истребления редких животных и растений в связи со сложной экономической обстановкой в стране. В таких случаях люди всегда ищут альтернативные заработки.

Впрочем, как говорят экологи, очень важен и морально-психологический аспект. «Пока существует безнаказанное браконьерство для высокопоставленных чиновников и богачей, оно будет служить самооправданием для простых коммерческих браконьеров. Они думают, что «если им для развлечения можно, то уж нам-то для прокорма – тем более», отметили в Сибирском экоцентре.

Кроме того, в стране сейчас активно развивается таксидермический бизнес – чучела птиц и зверей можно встретить в охотничьих салонах, на базах отдыха и даже в кафе на автотрассах. Чаще всего эти звери добыты с нарушением законодательства, то есть браконьерски: краснокнижные виды, как было сказано выше, просто запрещены к добыче, а для того чтобы охотиться на другие виды (основная масса птиц), требуется разрешение Росприроднадзора. Надо сказать, что при продаже чучела или шкуры продавец обязан вместе с документом о продаже (чеком, накладной) предоставить покупателю документ о законности добычи животного или птицы (корешок лицензии в случае охотничьего вида или разрешение на добычу от Росприроднадзора). Без этих документов продажа является незаконной.

Новосибирск

СПРАВКА

В ходе анализа рынков сбыта браконьерской продукции из Алтае-Саянского экорегиона специалисты выделяют три основных канала их поставки за рубеж и в европейскую часть России.

1. Сырьё, использующееся в традиционной восточной медицине, везут по маршруту Тыва – Хакасия – Красноярск – Иркутск (или напрямик в Иркутск, минуя Красноярск). Есть косвенные указания, что дальше партии могут вывозиться через каналы Дальнего Востока. Или напрямую самолётом из Иркутска в Сеул (Южная Корея), а также по суше через таможенный пункт Забайкальск.

Кроме того, скупщики со всей России везут свой товар в Москву, оттуда прямыми рейсами либо через каналы на Дальнем Востоке переправляют в страны Юго-Восточной Азии. Либо транспортируют в Брест (Белоруссия), а оттуда прямыми рейсами отправляют в Корею, Китай, Гонконг, на Тайвань.

2. Шкуры барса для частных заказчиков из Москвы и европейской части России, а возможно и с Украины, везут по маршруту: Монголия – посёлок Кош-Агач (Республика Алтай) – Москва – европейская часть России – Украина.

Либо: Памир (Киргизия, Узбекистан) – Россия (Москва) – Украина (Киев, Крым).

3. Соколов для частных заказчиков отправляют по маршруту: Республика Алтай – Москва, европейская часть России – арабские страны.

Или самолётами из Хакасии в арабские страны.

Из Республики Алтай «товар» также переправляют через Монголию и Китай в арабские страны.

Также есть сведения, что с Алтая соколов везут в арабские страны через Казахстан.

«Открытием» 2008 года можно назвать выявленный канал вывоза соколов через Украину: Алтай – Украина (наземным транспортом) – арабские страны.

Опубликовано:
Отредактировано: 24.02.2009 14:53
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх