// // Теперь можно распускать руки дома, не опасаясь тюрьмы. Но в разумных пределах

Теперь можно распускать руки дома, не опасаясь тюрьмы. Но в разумных пределах

2313

Бить или не бить?

Теперь можно распускать руки дома, не опасаясь тюрьмы. фото: LORI
В разделе

Вопрос о декриминализации домашнего насилия вызвал широкую общественную дискуссию. Полгода назад Госдума приняла так называемый закон о шлепках. Часть 1 статьи 116 УК предусматривает возможность уголовного наказания за побои близких родственников, включая детей. А на прошлой неделе депутаты одобрили во втором чтении решение об отмене этого закона. Какими правовыми коллизиями грозят эти изменения и кто их продвигал, разбиралась «Наша Версия».

Принятый в июне ещё Думой прошлого созыва «закон о шлепках» вызвал возмущение родительского сообщества. Люди даже собирались на митинги за его отмену. Выяснилась удивительная вещь: родители не стесняясь, с плакатами в руках готовы отстаивать своё право бить детей. Однако, согласно опросам общественного мнения, таких всё же меньшинство.

«Вышли из шкафа» и некоторые политики. Например, секретарь Общественной палаты РФ Александр Бречалов признался: «Я жёстко воспитываю своего сына… И меня так же воспитывали. Я не говорю, что это правильно или это неправильно. Но очень важно не доходить до маразма в этой ситуации».

Президент России Владимир Путин высказался в ходе декабрьской большой пресс-конференции двояко. Он против перекошенных стандартов в ювенальной юстиции и полагает бесцеремонное вмешательство в семью недопустимым. Но при этом считает, что «детей лучше не шлёпать и не ссылаться при этом на какие-то традиции».

Понять и простить

Итак, противники «закона о шлепках» аргументируют свою позицию недопустимостью необоснованного вмешательства государства в семейные дела. За этим они видят наступление в России эпохи ювенальной юстиции, которой в законодательстве нет, но по факту она есть.

Стоит отметить, что в ч. 1 ст. 116 УК говорится о действиях насильственного характера, вызвавших физическую боль, но не приведших к умышленному причинению даже небольшого вреда здоровью. Речь идёт о побоях, после которых остаются максимум синяки и царапины. Если же люди наносят родственникам тяжкие телесные повреждения – например, ломают нос или конечности – это уже совсем другая статья. И наказание по ней остаётся неизменным, независимо от того, сколь близки родственные связи бьющего и битого. Поэтому говорить, что законодатели разрешили бить родственников, неверно. Сами они настаивают на том, что просто решили выровнять перекосы в правах и обязанностях граждан.

А то получается, что чересчур строгие родители или супруги, живущие в соответствии с русской поговоркой «бьёт – значит любит», оказались в неравном положении по отношению к обычным драчунам.

«Из-за принятия нового закона внутрисемейные побои стали более опасными, чем побои чужих людей», – говорит автор закона о декриминализации, член Совета Федерации Елена Мизулина. Она отметила, что за шлепок близкого родственника сейчас можно схлопотать до двух лет тюрьмы, зато, если побьёшь соседа, отделаешься административным наказанием. А именно – штрафом до 40 тыс. рублей. Максимальное наказание за неквалифицированное причинение лёгкого вреда здоровью – арест до четырёх месяцев.

По теме

«Это вопиющая несправедливость, нарушен принцип соразмерности и справедливости наказания, а также равенства граждан перед законом по семейному признаку, – считает Мизулина. И тут же обращается к вопросам веры: – Способность прощать – это часть православной традиции, а сам закон стал актом ненависти по отношению к семье».

Разгрузка для судов

Член комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Ольга Баталина убеждена: декриминализация побоев в отношении близких не спровоцирует в стране дальнейший рост семейно-бытового насилия. «Не надо думать, что и сами родственники не будут нести ответственность за побои. Продолжит действовать двухступенчатая система привлечения к наказанию: на первый раз – административному, а на второй – уголовному», – обещает Баталина.

Этот механизм предлагался изначально Верховным судом. Цель заключалась в том, чтобы разгрузить суды от мелких разбирательств, к которым относятся дела о насилии в семье. Кроме того, существует практика, когда жертва пишет на обидчика заявление, а потом они мирятся: дело-то семейное. В Кодексе же об административных правонарушениях процедуры примирения нет. «Это наша принципиальная позиция. Мы против такого примирения, потому что понимаем, как оно достигается», – говорит председатель комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников. В целом же он придерживается мнения, что «семейное право – это частное право. В семейные дела не нужно вмешиваться государству, пока там не происходит что-то незаконное».

Примечательно, что именно Павел Крашенинников внёс поправку об отделении «побоев в отношении близких лиц» от простых побоев. Семейное насилие было приравнено к побоям из хулиганских побуждений или по мотивам национальной, религиозной и прочей «ненависти». В то же время простые побои были декриминализированы и перешли в категорию административных правонарушений. Впоследствии же депутат, вероятно, внял доводам Верховного суда, и он стал выступать за декриминализацию.

Против

Жертве некуда пойти

У административного правонарушения есть срок давности. Человек, избивший родственника и получивший наказание в виде штрафа, может подождать год и час, и тогда за побои опять накажут «административкой».

Правда, если злодей побьёт жертву в течение года второй раз, это уже будет «уголовка». Но и тут предполагается процедура примирения, поскольку домашнее насилие относится к делам частного обвинения. А в таких случаях, как справедливо заметил Крашенинников, пострадавшая сторона часто подвергается давлению. Если же говорить о делах публичного обвинения, то там всё не так просто: жертва уже не может забрать заявление.

У противников декриминализации ч. 1 ст. 116 УК есть и другие аргументы. Человеку, обиженному соседом или уличным хулиганом, есть куда пойти за сочувствием – домой, к близким людям. Если же человек подвергается насилию в семье – идти ему некуда. Зависимое положение жертвы и вынуждает применять к обидчикам более строгие меры, убеждены те, кто выступает против отмены «закона о шлепках». Что интересно, против декриминализации выступил и глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин. Он заявил, что побои, наносимые ребёнку, это всегда большее зло, чем побои в отношении взрослого человека, который может постоять за себя или обратиться в правоохранительные органы.

Алёна Попова, основатель и руководитель фонда Human Capital, приводит статистику: сейчас в России 50 тыс. жертв, подвергающихся домашнему насилию. Из них 36 тыс. женщин и около 11 тыс. детей. Около 3 тыс. – мужчины. По избиению пенсионеров статистика латентная. «Наиболее частые жертвы домашнего насилия – женщины, дети и пенсионеры. Представьте себе бабушку, которая должна изыскать деньги на адвоката, пойти в суд. Её в суде просто доведут до сердечного приступа», – говорит Попова. Что же до проблемы отцов и детей, правозащитница отмечает: «У нас сейчас принята так называемая консервативная семейная политика. Она предполагает, что дети – это собственность родителей. Их бьют, потому что они слабее, ими можно помыкать». При этом насилие порождает насилие. Обычно те люди, которых в семье не били, и выступают против того, чтобы разрешить родителям бить детей. И наоборот.

«Каждый человек имеет право защищать свою жизнь и здоровье. Однако механизмов для этого у нас недостаточно. Если принять инициативу о декриминализации, эти механизмы станут ещё менее эффективными, – утверждает создатель мобильного приложения «Насилию.нет» Анна Ривина. – Высокий уровень латентности подобных преступлений говорит о неэффективности системы и о неготовности общества с этими преступлениями бороться».

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 26.01.2017 17:12
Комментарии 0
Еще на сайте
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх