// // Сюзанна Масси – женщина, которая положила конец холодной войне

Сюзанна Масси – женщина, которая положила конец холодной войне

2757

«Нам надо не ссориться, а находить то, что у нас взаимно»

3
В разделе

«Человек, который сыграл важную роль в налаживании отношений между Соединёнными Штатами Америки и Советским Союзом в последние годы холодной войны» – таким образом представляет Сюзанну Масси Википедия. Правда, только англоязычная, в русской версии энциклопедии – о ней ни слова. А зря.

Ведь именно она в середине 80-х, став советником президента США, смогла убедить Рональда Рейгана перестать смотреть на Советский Союз как на империю зла, положив начало диалогу между двумя государствами. О своей работе с Рейганом, ожиданиях от прихода к власти Дональда Трампа, перспективах американо-российских отношений, а также о поцелуе с Владимиром Путиным и о том, почему США не умеют «ухаживать» за Россией, г-жа Масси рассказала Николаю Зятькову.

– Сюзанна, вы множество раз бывали в нашей стране, написали несколько книг о России и её культуре, прекрасно говорите по-русски. На Западе часто говорят о «загадочной русской душе». Можете ли вы сказать, что поняли её?

– Я не раз говорила американцам: русские довольно сильно похожи на нас. Я так на самом деле считаю. У вас гигантская страна, потому вы так же цените пространство, любите большой размах, большие вещи. И американцы в душе такие же. Взять, к примеру, Техас. Я приезжала туда, когда начинала скучать по России. Потому что там тоже кругом необъятные просторы, а над ними огромное небо. Так что общего у нас очень много. Наверно, потому, как бы это ни показалось вам удивительно, обычные люди в США очень хорошо относятся к русским.

– Если так, то между нашими странами должно было бы царить полное взаимопонимание.

– Дело в том, что при всех очевидных сходствах есть и различия. Как я обычно говорю в своих лекциях, если бы страны имели гендерную принадлежность, то Россия была бы женщиной. Это объясняет её непредсказуемость, фантазию, креативность, изобилие. Однако Россия не наивная девушка, а довольно немолодая леди. С одной стороны, это хорошо, потому что она имеет за плечами большой жизненный опыт. С другой – такие леди, к несчастью, часто подозрительны и зациклены на молодых людях…

– Вы имеете в виду, что Америка – это молодой человек?

– России уже 1000 лет, а США всего 300. И, как все молодые люди, этот джентльмен мало знает о женщинах и о том, как с ними надо обращаться. Он хочет, чтобы всё происходило быстро. Отсюда и возникает недопонимание.

На самом деле существует много причин, почему мы друг друга не понимаем. Например, в истории, да и в настоящем, есть немало моментов, которые каждой стороне очень тяжело объяснить. Это, увы, проблема, которую необходимо как-то решать.

«На Трампа сейчас оказывается большое давление»

– Сейчас в России многие надеются, что с приходом Дональда Трампа в Белый дом наши страны смогут повернуться друг к другу лицом и начать взаимный диалог. Как вы считаете, эти надежды имеют под собой основание?

– Давайте сперва поговорим о самом Дональде Трампе. Когда он выиграл, я, как и многие, была рада. У нас было немало таких, кто не хотел, чтобы президентом стала Клинтон. Но потом я подумала, что у любой медали всегда есть две стороны. Трамп не знает ничего, кроме того, как делать деньги и вести бизнес. И ещё меня очень удивляет, почему он не думает, прежде чем что-то сказать. Это опасно.

Я ещё ни разу не встречала президента, который бы так разговаривал.

Есть ещё один важный момент – приход Трампа разделил Америку на два лагеря.

Я впервые вижу такое в нашей стране. Мой сын не хочет, чтобы я произносила имя Трампа!

– Я слышал, что 50% сторонников Трампа воспринимают Россию положительно.

– Да, это правда. Многие американцы устали от противостояния, они не хотят воевать с вами. Даже люди без образования понимают, что при Обаме отношения с Россией складывались ненормально. И единственный, кто может изменить их к лучшему, это господин Трамп. Вопрос лишь в том, что никто не знает, что он скажет завтра. Потому что каждый день Трамп говорит что-нибудь по-другому, каждый день.

На самом деле Трамп сейчас в затруднительном положении. В США есть большая группа людей, которые не хотят, чтобы он встречался с Путиным. Такие люди есть в сенате – например, Маккейн. По разным причинам они этого не хотят. Будет ли Трамп достаточно смелым, чтобы не обращать на них внимания? Судить об этом во многом можно по тому, кого Трамп назначит послом США в России. На него в связи с этим сейчас оказывается большое давление. И Путин, я считаю, прав, что не делает громких заявлений, а ждёт, как поведёт себя Трамп завтра и каким будет дальнейшее направление его политики.

– Вряд ли получится ждать долго. Через год в России пройдут президентские выборы. В преддверии их Владимир Путин должен будет чётко сказать, как мы относимся к Америке: это наш враг – и мы воюем с ней или же она наш друг – и мы с ней торгуем, дружим и так далее. При этом в США продолжают поддерживать политику санкций и заявлять, что Крым был присоединён к России незаконно.

– Ответом, вероятно, должно служить то, что потенциальная потеря порта Севастополь представляла собой серьёзную опасность для России. И если бы я узнала, что власти Украины собираются размещать у себя войска НАТО, то никогда бы этого не допустила. Потому что это вопрос безопасности государства.

Сейчас нам надо не ссориться, а находить то, что у нас взаимно, чтобы поговорить о том, чего у нас нет. Никто не хочет войны. Это очень важно. Россия в XX веке воевала в общей сложности 27 лет, потеряла огромное количество людей. Поэтому надо не допустить новой войны, а для этого нам с вами нужно начать улучшать отношения, для чего сейчас открываются возможности.

«Путин зря думает, что его за рубежом никто не любит»

– Что именно можно было бы сделать сейчас, чтобы Россия и Америка снова стали друзьями?

– Знаете, у американской общественности нет никакой русофобии, совершенно. Это всё идёт от правительства, но не от обычных людей. Люди не говорят меж собой тех вещей, которые пишут в СМИ. И вам это надо понять и использовать. Но есть одна ошибка, которая совершается вашим посольством и сейчас, и в советские времена: вы продолжаете думать, что всё всегда происходит в Вашингтоне. А это не так, большинство американцев даже не интересуются мнением Вашингтона – они расценивают его как довольно странное место. Потому вашим дипломатам нужно немного изменить свою политику. Надо, чтобы вас, русских, стало видно, а для этого нужно начать появляться на публике. Но ваше посольство беспокоится только о Вашингтоне. А нужно идти туда, где живут обычные люди.

– Я много раз слышал это от Владимира Познера. Он говорил: «Давайте сделаем массовую гражданскую дипломатию». Культура, балет, выставки, музыка – это же можно очень масштабно развернуть.

– Давайте вернёмся к аналогии с подозрительной женщиной и молодым неопытным человеком, который не знает, как обращаться с этой леди. Я бы сказала, и президент Рейган думал так же, что им нужно найти «кровать». Это может быть как раз культура. Что сейчас нужно с вашей стороны – это забыть о политике, просто найти в себе силы сделать то, что может тронуть нашу публику, их сердца, интересы. Как это сделать? Надо, конечно, устраивать выставки. У вас есть много что показать миру. Например, сейчас мы с вами беседуем в помещении музея Ильи Глазунова, за что ему отдельное спасибо.

Также есть идея, которую я когда-то озвучивала господину Рейгану, и она ему очень понравилась. Можно создать ситуацию, при которой обе наши страны будут выглядеть хорошо. Взять, например, родео. Вы любите наших ковбоев, мы очень любим ваших наездников. А есть ещё знаменитые русские тройки, орловские рысаки… Только представьте, как это понравится СМИ, если устроить соревнования с участием ваших знаменитых наездников и ковбоев! И не важно, кто выиграет – это же будет просто спорт, шоу, а не битва политиков друг с другом.

– Безусловно, культура – это отличный базис для налаживания взаимопонимания между нашими государствами. Однако от политики всё-таки никуда не деться. Мне кажется, что есть несколько проблем в международной политике, отношение к которым у США и России одинаковое, – они и могли бы послужить для Вашингтона и Москвы точками соприкосновения. Во-первых, это борьба с ИГ (запрещённая в РФ экстремистская организация. – Ред.) Во-вторых, сокращение объёмов ядерного оружия.

– Я совершенно согласна, что это две большие проблемы, которые мы должны разрешить вместе. Я аплодирую вам за ваши достижения в борьбе с ИГ (организация запрещена в РФ). Путин сказал правильную вещь: когда разрушаешь страну, неизвестно, что может произойти с ней в дальнейшем. Потому мы должны бороться с террористическим ИГ вместе, и многие американцы поддерживают эту идею. Другая вещь, про которую вы говорили, это сокращение объёма оружия. Но очень многие русские этого не хотят, потому что они расценивают это как слабость.

– Может быть, оттого, что у России меньше зарядов, чем у Америки? Сокращать их количество дальше уже некуда.

– Да, это верно. Я знаю, что ядерное оружие в России уступает оружию в Америке. Понятно, что сегодня Владимир Путин относится с подозрением к политике США. Но если бы я имела возможность поговорить с ним, я бы ему сказала: «Не надо этого делать, подозрительность – это отрицательная черта, это самая плохая черта». Владимир Владимирович зря думает, что его за рубежом никто не любит, это неправда. Сейчас просто сложный период.

«У меня есть возможность объяснять американцам про Россию»

– Насколько я знаю, вы знакомы лично с Владимиром Путиным.

– Да, я знала Путина ещё с тех времён, когда он работал в мэрии Санкт-Петербурга и мы звали его просто Володей. Потом я случайно встретила его, когда Собчак проиграл выборы Яковлеву, а Путин тогда возглавлял предвыборный штаб Собчака. Я спросила, что теперь он будет делать, Путин ответил – будет работать в администрации президента. Я сказала: «Смело». Он дал мне свой номер телефона, но я, конечно, никогда ему не звонила. А в 2000 году, когда Ельцин внезапно ушёл и Владимир готовился стать президентом России, мы случайно встретились снова. Это было в церкви, в ночь перед Рождеством, за день до моего дня рождения. Меня хорошо знают в Русской православной церкви, поэтому я получила приглашение на праздничную службу. Она началась – и вдруг я увидела Путина. Он поднял голову, взглянул на меня и вдруг развернулся, подошёл ко мне и трижды поцеловал. Я не знала, что делать. Конечно, я помнила, что это такой красивый русский обычай приветствия, но просто не ожидала ничего подобного. Смогла только вымолвить что-то вроде «поздравляю вас». Владимир развернулся и пошёл обратно. Люди за спиной говорили: «Зачем он это сделал?» Поскольку я была единственной американкой на церковной службе, я расценила его поступок как знак дружбы по отношению к Америке. Правда, надо сказать, что это случилось 16 лет назад и с тех пор я не видела Путина и не разговаривала с ним. Кстати, однажды на радиопередаче в Бостоне меня очень забавно представили как единственную в мире женщину, которую целовали Рональд Рейган и Владимир Путин.

– Вы четыре года были консультантом у Рональда Рейгана. Как вы попали на эту должность?

– Начать надо с того, что моя мама по происхождению швейцарка. В 17 лет она заболела, и врачи посоветовали ей сменить климат. Например, какое-то время пожить в России. У дедушки – он был крупным представителем часовой промышленности – были

друзья в Москве, они согласились её принять. Это было летом 1914 года. Что случилось дальше, вы знаете. Война, вы­ехать обратно в Швейцарию невозможно, потому мама пять лет прожила в России. Несмотря на все невзгоды, она искренне полюбила её и говорила нам, что Россия – это страна сердца. Вот так с детства у меня появилась симпатия к вашей стране, а с ней и интерес.

Оба эти чувства окрепли позже, когда я стала взрослой. Но это уже не очень весёлая история. Когда мой сын Бобби был совсем ещё малышом, вдруг выяснилось, что у него гемофилия – несвёртываемость крови. Это страшная болезнь, смертельная. Мой мальчик очень страдал, и мы искали любые способы, чтобы помочь ему. Так мы с мужем узнали про вашего царевича Алексея, который тоже был гемофиликом, и про Распутина, умевшего заживлять его раны. В 1968 году мы прилетели в Россию и узнали много интересного о царской семье. Заодно, пока мы с мужем были в России, познакомились со многими вашими художниками, поэтами из числа диссидентов. Решили издавать их стихи на Западе – в частности, вышла книга Иосифа Бродского. В результате Россия становилась для меня роднее и ближе. Правда, советские власти считали иначе – мне на 10 лет закрыли визу. Холодная война тем временем достигла апогея. Я довольно неплохо знала сенатора от штата Мэн, и он однажды позвонил Роберту Макфарлейну, который был у Рейгана советником по национальной безопасности, и порекомендовал ему меня. С этого всё началось. Впервые я встретилась с президентом в середине января 1984 года и затем встречалась с ним ещё 20 раз, вплоть до окончания его президентства в 1988 году.

– Вы принимали участие в подготовке переговоров Рейгана с Михаилом Горбачёвым. Тогда их встреча стала исторической – отношения между США и СССР были ещё более обострёнными, нежели сейчас между Америкой и Россией. Как тогда удалось найти общий язык? Может быть, этот опыт пригодится сейчас?

– Вы знаете, большинство его советников тогда тоже не хотели, чтобы он встречался с Горбачёвым. Но он в конце концов сказал: «Я буду». Он долго-долго думал, готовился. Даже в мелочах. Все помнят, как Рейган в ходе переговоров о сокращении ракет средней дальности произнёс по-русски вашу известную пословицу «Доверяй, но проверяй». Это я научила его ей. Мы как-то обедали, и я сказала: «Вы знаете, господин президент, русские часто любят выражать свои мысли в пословицах. Есть одна пословица, которая может вам пригодиться. Вы актёр, вы сможете выучить её за минуту». И он её тут же запомнил и затем использовал вроде бы как шутку. Хотя, надо сказать, он очень любил шутки. Помню, когда Горбачёв спросил: «Как ваше впечатление о Кремле?», он сказал: «Мне нравится всё, что старше меня». Рейган говорил: «Когда ты шутишь, тебя лучше воспринимают».

– Ваша последняя книга, рассказывающая о работе с Рейганом, так и называется – «Доверяй, но проверяй». До этого вы писали лишь о русской культуре, а теперь решили написать о политике. Почему?

– У меня есть одна прекрасная возможность – объяснять американцам про Россию.

У меня сейчас есть время – дети выросли, создали свои семьи. Бобби, кстати, несмотря на болезнь, получил два высших образования – в Принстоне и Гарварде, сейчас он баллотируется на пост губернатора штата Массачусетс. Мне нравится моё независимое положение, которое даёт мне возможность обращаться к американцам. Они знают, что я не одержима какими-то идеями. Я считаю, что у нас есть чем поделиться друг с другом. Мне кажется, что сейчас, в этих условиях, это невероятно важно, при Трампе. Это сложно, но мы не должны находиться в таком противостоянии, как сейчас, потому что, как только это происходит, начинают вмешиваться враждебные силы. Это моё мнение, и я его никогда не скрывала. Сейчас сложный период, но я скажу как дипломат: будьте спокойны и открыты к взаимодействию.

СПРАВКА

Сюзанна Масси занимается изучением России и русской культуры около 40 лет. В соавторстве с Робертом Масси написала книгу о семье последнего российского императора – «Николай и Александра». Также является автором исследования по истории культуры дореволюционной России «Земля Жар-птицы. Краса былой России», книги об императорском дворце в Павловске, разрушенном фашистами; организовала в США Общество друзей Павловска, собрав пожертвования на реставрацию царского дворца. Кроме того, Сюзанна Масси является основательницей Санкт-Петербургского благотворительного фонда «Жар-птица», опекающего детей, страдающих гемофилией.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 03.04.2017 07:45
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх