Росавиация намерена продлить допустимый срок эксплуатации самолётов Ан-28 до 50 лет. Ранее стало известно о желании увеличить ресурс самолётов «Сухой Суперджет 100» и Airbus А320. Авиаэксперты отмечают: эти решения выглядят как признание: летать нам сегодня не на чем, а потому эксплуатировать самолёты придётся, пока они будут способны подниматься в воздух.
В начале сентября подведомственное Росавиации ФГУП «ГосНИИ ГА» заключило договор о проведении сертификационных работ. За 6 млн рублей специалисты должны будут доказать, что самолёты Ан-28 технически способны летать вплоть до полувекового юбилея. Прежде критическим порогом для них являлся возраст 40 лет.
Ан-28 впервые поднялись в небо в 1969 году, а их производство завершилось в 1997-м. Самолёт предназначен для перевозки пассажиров и грузов на местных авиалиниях, а также проведения геологоразведки, поисково-спасательных операций и т.д. Достоинством Ан-28 является умение взлетать с полосы длиной всего 260 метров, при этом аэродромом для него может стать даже грунтовая дорога или заснеженная поляна. Вот почему, несмотря на преклонный возраст, Ан-28 продолжают летать – сегодня в России эксплуатируются шесть таких самолётов.
Ни «Байкала», ни «Ладоги»
«Продлить срок службы самолёта комиссия при желании может, но что дальше?» – рассуждает основатель сервиса безопасности полётов RunAvia Андрей Патраков. Пятидесятилетний самолёт всё равно что человек того же возраста – вроде и не старый и выглядит бодрячком, но какие-то болячки всё равно имеются. Как минимум за четыре с лишним десятилетия посыплется электропроводка, для замены которой самолёт придётся разбирать почти полностью, что обойдётся в копеечку. Если же поднимать вопрос о модернизации конструкции, то потребуется техническая документация, а она вся осталась на Украине.
Да и есть ли смысл городить огород? Ещё в 2021 году тогдашний глава Объединённой авиастроительной корпорации Юрий Слюсарь заявил: от использования старых Анов следует отказаться. Поводом стала череда катастроф с самолётами этой марки – сперва на Камчатке разбился Ан-26 (погибли 26 человек), затем в Томской области из-за остановки обоих двигателей жёсткую посадку совершил Ан-28 – жертв удалось избежать лишь чудом. Тогда «МК» писала: «Они не соответствуют нормам лётной годности. Не только сегодняшним, а вообще никаким. Даже советским, так как эти машины разрабатывались вообще до того, как нормы лётной годности были приняты. За границу мы на таких самолётах не летаем – их просто туда никто не пустит. А дома, значит, можно? Особенно если подальше от центра – в Сибири, на Дальнем Востоке? Получается, что на своих людей нам наплевать? Пусть падают и бьются?»
Казалось бы, в такой ситуации надо думать не о продлении срока эксплуатации Ан-28, а о том, почему они до сих пор используются. Хотя что тут думать – просто летать больше не на чем. Заменить Ан-28 отчасти должен был ЛМС-901 «Байкал», разработка которого началась в 2019 году. Сдать самолёт обещали в 2024-м, но затем сроки «сдвинулись вправо», а после и вовсе выяснилось: на этапе проектирования были допущены такие ошибки, что «Байкал», по сути, надо создавать заново. В итоге в мае 2025 года вице-премьер Юрий Трутнев заявил, что проект заморожен. В Минпромторге, курирующем разработку «Байкала», слова Трутнева опровергли, заверив, что работы продолжаются и на них выделено ещё 10 млрд рублей. Более того, уже заключён госконтракт с Уральским заводом гражданской авиации (УЗГА) на выпуск «Байкалов». И вот теперь стало известно: Минпромторг обратился с иском к УЗГА, причём сумма его такова, что речь может идти о банкротстве завода. Таким образом проект опять оказывается в подвешенном состоянии.
В Великобритании двое 15-летних фигурантов дела об изнасиловании получили условные сроки в том числе из-за того, что их интеллектуальные способности были оценены как крайне низкие. Теперь дело отправлено в Апелляционный суд.
Под вопросом и будущее турбовинтовой «Ладоги», которую также рассматривали в качестве замены Ан-28 – её тоже хотели собирать на УЗГА. «Ладога» полностью повторила судьбу «Байкала»: сперва громкие обещания к 2030 году построить 140 машин, потом постоянный перенос сроков, пока минувшей весной не стало наконец известно: проект приостановлен и передан в ведение Минобороны. Впрочем, иного ожидать было странно: за восемь лет работы над «Ладогой» едва удалось построить только один самолёт, и то не полностью. «Денежки берут с удовольствием, а потом начинают хвостом вилять. Грубо говоря, идёт распил бюджета», – без обиняков комментировал произошедшее генерал-майор авиации Владимир Попов.
Кстати, и правда – куда делись деньги? Выделено их на «Байкал» и «Ладогу» было немало. Кто-то ответит за пошедшие прахом средства? Или банкротство УЗГА как раз и призвано помочь избежать неприятных вопросов?
Ещё полетают
История с вынужденным продлением жизни Ан-28 не исключение, а тренд. Ранее стало известно о решении Минпромторга выделить 4,5 млрд руб-лей на изучение возможности продлить ресурс самолётов «Сухой Суперджет 100». В результате планируется увеличить его с 10–15 тыс. полётов до 15–20 тысяч. Не то чтобы авиакомпании так дорожили «Суперджетами» – их обслуживание обходится в 1,5–2 раза дороже иностранных бортов, отмечали «Ведомости». Однако иного выхода нет – альтернативы «Суперджету» в классе регио-нальных самолётов на 90–100 мест сейчас отсутствуют. Самая большая проблема – французские двигатели SaM146, запчасти к которому стало не найти. В качестве замены был создан отечественный мотор ПД-8 – заявлялось, что их установят вместо французских и проблема будет решена. Однако теперь выяснилось, что авиакомпании не хотят покупать ПД-8. Их позицию можно понять: ремоторизация каждого «Суперджета» обойдётся в 2,3 млрд рублей, тогда как весь самолёт стоит примерно 3,7 миллиарда. Потому даже в государственном «Аэрофлоте» уже заявили: либо бюджет субсидирует замену моторов, либо самолёты придётся списать. Интересно, когда принималось решение о создании ПД-8, никому не пришло в голову подсчитать, насколько он окажется рентабельным? Или задача заключалась в том, чтобы освоить деньги?
Потому перевозчики думают над тем, как продлить ресурс имеющихся у них иностранных лайнеров, в большинстве своём и так не отличающихся юностью. В феврале о запуске проекта по увеличению эксплуатационного ресурса самолётов семейства Airbus A320 свыше 96 тыс. лётных часов сообщили «Уральские авиалинии». Эта новость вызвала удивление у авиационных экспертов – по их словам, сама компания Airbus определяет максимальный налёт в 90 тыс. часов и пытаться увеличить его без доступа к технической документации, фактически в «гаражных» условиях, мягко говоря, крайне смело. Но что делать – сегодня для закрытия нужд авиаотрасли России не хватает порядка 300–400 самолётов, и с каждым годом потребность будет только расти. Минтранс пытается договориться с другими странами о том, чтобы взять в так называемый мокрый лизинг их самолёты вместе с экипажами, однако те, опасаясь санкций, не спешат приходить на помощь. Вот и получается, что единственный выход – продлевать ресурс лайнеров, надеясь, что запаса прочности хватит и очередной рейс не станет последним.
Конкретно
Ресурс увеличивают не только у самолётов. Вторую жизнь решено дать атомным ледоколам, срок эксплуатации реакторных установок которых подошёл к концу. Однако если поставить ледоколы на прикол, развитие Северного морского пути окажется под вопросом.
Также в прошлом году было решено увеличить срок эксплуатации лифтов, отработавших свой ресурс. Изначально планировалось, что все лифты, отработавшие 25 лет, будут заменены или отремонтированы до 15 февраля 2025 года. Теперь этот срок продлён на пять лет.
Показательная история произошла в Екатеринбурге. Там местные власти постановили смягчить требования к качеству водопроводной воды – теперь повышенное содержание в ней железа и жёлтый цвет не считается нарушением санитарных норм. Понятно, что всё это не более чем попытки замести под ковёр проблемы, для решения которых нет средств, технических возможностей и специалистов. Однако можно сколько угодно пытаться заводить рака за камень, но, как говорят инженеры, «железку не обманешь». Бесконечно латать пластырем обветшавшие конструкции не получится – однажды они всё равно выйдут из строя. И хорошо, если обойдётся без жертв.
