Парламентские партии начали череду съездов, приуроченных к наступающему единому дню голосования. Первыми выступили коммунисты с либерал-демократами и не смогли обойтись без разочаровывающих наблюдателей кадровых решений. Неужели это те самые партии, которые собираются бороться за звание «второй политической силы» страны?
КПРФ провела свой съезд 20 июня. Пожалуй, больше всего он запомнился тем, как были наполнены предвыборные списки партии. Запомнился и… быстро забылся после того, как Геннадий Зюганов допустил неоднозначное высказывание в Госдуме.
В свою очередь, ЛДПР выступила 23 июня. И тоже, кажется, нашла, чем огорчить не только своих сторонников, но и публику, помнящую Владимира Жириновского и по этой старой памяти к партии неравнодушную.
Выборный сентябрь определённо поставит принятым решениям диагноз. Который, к слову, может быть воспринят руководителями КПРФ и ЛДПР с удовлетворением. Ведь вполне вероятно, он изначально зашивался в ту парадигму, согласно которой теперь и будут действовать партии.
Выбор коммуниста
Перед выборами партии определяют, кто поведёт их в электоральный бой на федеральном и региональном уровне. КПРФ поставила на проверенных людей: в первую пятёрку всероссийского списка вошли собственно Геннадий Зюганов, глава Хакасии Валентин Коновалов, первый зампред ЦК КПРФ Юрий Афонин, зампред ЦК Дмитрий Новиков, первый вице-спикер Госдумы Иван Мельников. Как сформулировали в АПЭК (Агентство политических и экономических коммуникаций. – Ред.), «формально предвыборный список КПРФ обновлён, но лидируют по-прежнему давно известные деятели».
По мнению политолога Наталии Елисеевой, «получилась очередная партия вождистского типа. Первый зампред ЦК партии Юрий Афонин оказался в тройке, потому что он «бегал по Москве» и активно занимался партстроительством, отвечал за организацию. Глава Хакасии Валентин Коновалов здесь – условный «молот», скажем так». «Но при этом мы должны понимать, что это скорее всего последние выборы для КПРФ в том составе, в том количестве и в том виде, в каком мы привыкли её видеть», – добавила эксперт. Неужели коммунисты упустили момент для решительного кадрового обновления?
Более интересна ситуация с региональными списками. В частности, яркого саратовского коммуниста Николая Бондаренко обрекли на работу с избирателями в не родных для него Пермском крае и Удмуртии. Губернатор Орловской области Андрей Клычков пролетел волей высшего партийного руководства мимо федерального списка и будет окучивать Брянщину, Курщину, Орловщину и Смоленщину. Ранее избиравшийся от Москвы Сергей Обухов вдруг возглавил территориальную группу по Белгородской и Воронежской областям. Если это и карьерные лифты, то везут они своих пассажиров явно не в ту сторону, куда им хотелось бы.
А можно ли то же сказать о резонансном высказывании Зюганова – куда он хочет направить свою партию? На прошлой неделе, выступая перед пленарным заседанием Госдумы, лидер КПРФ заявил в числе прочего следующее: «В банках лежат 67 трлн рублей граждан и 63 трлн – предприятий. В сумме – 130 триллионов. Три бюджета – это гигантские средства. Банки наживаются на них, не вкладывая в развитие страны. Это полное безобразие!»
Остановка судоходства в ключевой энергетической артерии спровоцировала передел мирового рынка сжиженного природного газа. Через Ормузский пролив проходит до 30% глобальных поставок СПГ, и его фактическая блокада из-за конфликта на Ближнем Востоке заставила покупателей из Азии и Европы бороться за доступные объемы.
Многие комментаторы интерпретировали эти слова именно как призыв Зюганова изъять вклады граждан. Сам политик поспешил опровергнуть данные измышления, отметив, что сбережения людей «священны». А Юрий Афонин и вовсе назвал «гнусной провокацией» приписывание лидеру КПРФ таких намерений.
Но, как говорится, ложечки-то нашлись, однако осадок остался. В любом случае эксперты успели предположить, что опытный политик просто сыграл порученную ему роль. «Это такой специальный ход по разнарядке со Старой площади, чтобы рейтинг КПРФ прибить, а то слишком вырос на критике блокировок интернета? Тогда браво! Затея удалась», – иронизирует финансист Алексей Антонов. «Зюганов – не фанатичный юнец, а тёртый в таких вопросах калач. Он умеет сливаться, когда хорошо попросят, вспомним хоть 1993-й и 1996-й и ещё кучу раз по мелочам вроде утверждения бюджетов и премьеров», – констатирует публицист Егор Ершов. «Можно предположить, что от КПРФ в ультимативном порядке потребовали сдвинуться со второго места на осенней ГД и уступить его какой-то иной партии», – не исключает политолог Алина Жестовская.
Но ведь о том же может свидетельствовать и наполнение предвыборных списков коммунистов. «Главный итог съезда... демонстрация того, что ради системной игры партия готова пожертвовать наиболее активными деятелями», – комментируют аналитики АПЭК.
ЛДПР по-слуцки
Либерал-демократы на своём съезде сформировали следующую федеральную десятку. Первые три места были отведены лидеру партии Леониду Слуцкому, участнику СВО Алексею Верещагину, первому замруководителя центрального аппарата ЛДПР Марии Воропаевой. На нижеследующих семи позициях разместились: вице-спикер Госдумы Борис Чернышов, депутаты нижней палаты Андрей Луговой, Дмитрий Свищёв, член высшего совета ЛДПР Виктор Бут, другой первый замглавы центрального аппарата – Александр Курдюмов, участник СВО Дмитрий Жирков, а ещё дипломат Сергей Козлов, с 2017 года работающий чрезвычайным и полномочным послом России в Саудовской Аравии.
Съезд либерал-демократов прошёл под лозунгом «Выбирай ЛДПР – спаси Россию!», невольно отсылающим одновременно и к лозунгу черносотенцев, и к происхождению лидера партии. Программа же, презентованная на съезде, получила название «100 дней преобразования России», в свою очередь, невольно отсылающее к известной программе партии «Яблоко».
Впрочем, в данном случае такая вторичность вряд ли является критичной. «Никто на самом деле не читает никакие программы. Состав списка репрезентует программу: кто там во главе, об этом и партия», – считает политолог Илья Гращенков. А вот тут-то к ЛДПР и могут быть вопросы: насколько привлекательной и, второй вопрос, узнаваемой окажется озвученная федеральная десятка для избирателей?
Илья Гращенков, политолог
– Политически КПРФ делает ставку на мобилизационный язык. Возможно, партия пытается показать, что она готова стать идеологическим ресурсом для будущего мобилизационного правительства, слухи о котором периодически появляются в политических кругах. Мол, если страна перейдёт к более жёсткой экономической модели, коммунисты смогут сказать: мы давно предлагали национализацию, директивное управление, принудительное перераспределение ресурсов. Но электорально это рискованная ставка.
Евгений Минченко, политолог
– У нас исчезла ниша русского национализма. Худо-бедно в этой нише был Владимир Жириновский, но после прихода к власти в партии Леонида Слуцкого произошёл переворот. Переворот кадровый, с зачисткой старой гвардии. Переворот идеологический. Если у Жириновского было: «Мы за бедных, мы за русских», то у Слуцкого осталось только «мы за бедных», пропало «мы за русских», исчезла стратегическая глубина, которая была у Владимира Вольфовича. Это всё исчезло из повестки партии, Жириновский остался только символом, маскотом, как Че Гевара у современных левых, но без сохранения его глубокой философии.
Дмитрий Орлов, гендиректор АПЭК
– Съезды КПРФ и ЛДПР демонстрируют: обе партии действуют на старте выборов вполне адекватно, однако у их мобилизации есть серьёзные ограничители. Федеральные части списков у обеих партий слабее, чем в кампании-2021. КПРФ определённо отказалась от выдвижения (либо выдвинула на периферийных позициях) наиболее жёстких протестных лидеров, и это ограничивает её потенциал. В списке ЛДПР не много узнаваемых фигур.
