Пока достоверно известно лишь то, что в ходе визита в КНДР Андрей Белоусов награждал северокорейских солдат и офицеров, участвовавших в освобождении Курской области от украинских захватчиков. А о чём он договаривался с тамошним руководством, можно только гадать. Западная пресса намекает, мол, не иначе как о военном участии Пхеньяна в украинской спецоперации.
Белоусов – прагматик, и протокольные зарубежные визиты не его стиль. К тому же недавно северокорейских братьев по оружию уже награждали в Кремле, а на Параде Победы 9 мая ожидается представительная делегация минобороны КНДР. Определённо поездку министра за тридевять земель готовили не ради ведомственной показухи. Через месяц начнётся давно обсуждавшаяся военными аналитиками летняя наступательная кампания. При этом от мобилизации у нас, как известно, решено было отказаться, а для эффективного наступления могут потребоваться дополнительные ресурсы. Ходили слухи, что после разгрома ВСУ в Курской области северокорейское руководство не раз предлагало нам посодействовать в этом вопросе, и, возможно, решение на сей счёт было принято. Если так, то уже через две-три недели к СВО могут подключиться от полутора до трёх сотен северокорейских бойцов (или даже больше, если верить слухам, доносящимся из Верховной рады Украины). А почему бы и нет? В середине 40-х годов, едва победив в Великой Отечественной войне, на пике послевоенной разрухи Советский Союз всем, чем мог, помогал Пхеньяну отстоять свободу. В том числе и военспецами, и военными лётчиками. А теперь Пхеньян помогает нам противостоять коллективному Западу на Украине.
Не исключено, что министр обороны России мог обсуждать в КНДР и другие практические вопросы. Вот, к примеру, член президиума организации «Офицеры России» Тимур Сыртланов уверяет, что Северная Корея «активно направляет» нам «орудия, гаубицы, другую технику и, что критически важно, боеприпасы». В свою очередь, наше издание располагает данными об обсуждавшемся Москвой и Пхеньяном участии северокорейских военных в строительстве укрепрайонов в Херсон-ской и Запорожской областях. Но показательна реакция НАТО – там отчего-то убеждены, что корейцы, похоже, окажут нам помощь не только в строительстве фортификаций. Как ни крути, но сегодня Северная Корея (не считая союзной Белоруссии) – наш единственный военный союзник. Хотя уместно напомнить, что поездка Белоусова в Северную Корею состоялась вскоре после встречи главы российского военного ведомства с его китайским коллегой. Другими словами, в Пекине не возражают? Так о чём же шла всё-таки речь на переговорах в Пхеньяне?
Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров адресовал предупреждение европейским политикам, которые, по его оценке, демонстрируют непонимание ситуации, заявив, что ответ России на возможное нападение будет сокрушительным.
Версия 1
О взаимодействии с нашими военными партнёрамина Востоке
Сто раз мы писали о том, что наша страна наращивает группировку на Тихоокеанском флоте, отправляя туда практически все новые корабли и подлодки. Казалось бы, уместнее отправлять их в горячие точки – на Балтику или на Чёрное море. Или же на Северный флот – укреплять наш арктический транзит. Мы же гоним новинки на ТОФ – и неспроста, а во исполнение наших партнёрских договорённостей, прежде всего с Пекином. Но и Пекин нам содействует: военный эксперт Сергей Простаков отмечает в этой связи, что «контакт с министром обороны Китая Дун Цзюнем, а затем и визит Белоусова в Пхеньян могут свидетельствовать о попытке выстроить более системную линию взаимодействия с восточными партнёрами». И речь не о «разовых шагах», а «о стремлении добиться конкретных результатов в расширении военно-политической кооперации». То есть сегодня нам помогают корейцы на Украине, к примеру, а завтра мы поможем китайцам решить проблему Южно-Китайского моря и, возможно, в какой-то мере – Тайваня? Вернувшись в Москву, Белоусов упомянул о плане военного взаимодействия до 2031 года: «Договорились с минобороны КНДР перевести военное сотрудничество на устойчивую долгосрочную основу».
Версия 2
О расширении сотрудничества Москвы и Пхеньяна – не только военного
Отношения России и КНДР переживают очевидный ренессанс. Развивается железнодорожное сообщение, мы помогаем нашим соседям продуктами питания, а они нам – боеприпасами. На российских стройках появились северокорейские рабочие. Западные издания – не предъявляя доказательств – вовсю обсуждают вероятность участия российских специалистов в отладке ядерной программы Пхеньяна (при этом неясно, о чём идёт речь, то ли сугубо о мирном атоме, то ли – не совсем). Отметим в этой связи, что незадолго до Белоусова в КНДР побывали председатель Госдумы Вячеслав Володин и глава МВД России Владимир Колокольцев. Кстати, их поездки в Пхеньян примерно совпали с визитом главы МИДа Сергея Лаврова в Пекин – спроста ли? «Несистемное» сближение Москвы и Пхеньяна «систематизируется» китайцами?
Версия 3
Белоусову предложили своими глазами взглянуть на некие новинки
В экспертном сообществе бытует такое мнение: мол, оружие, которым противостоящие друг другу стороны воюют на СВО, не в состоянии обеспечить существенного прорыва на поле боя. И хорошо бы применить нечто неожиданное, но не настолько неоднозначное, как «тактическая ядерка». Поговаривают, что у Ким Чен Ына появилось что нам предложить в этом смысле. А Белоусов – хозяйственник от войны – решил осмотреть новинки собственными глазами. Разумеется, в этом случае все подробности мы узнаем не скоро. Не раньше, чем новое чудо-оружие появится на украинском театре.
