Есть один вопрос, который я задаю многим экспертам и так называемым экспертам вот уже несколько лет. Он звучит так: «Какой будет наша победа на Украине и над Украиной?». Ведь эта победа должна быть, не правда ли? А иначе как?
Нам заявили, что Россия ведёт войну на выживание. Ну, все эти вещи вроде «противостояния коллективному Западу» и так далее. Хорошо, возьмём данный тезис за точку отсчёта. Следовательно, мы не имеем права проиграть – и обязательно победим. Но какой будет наша победа? Как она оформится? И что для этого необходимо сделать?
Сначала нам говорили о демилитаризации и денацификации. Вскоре выяснилось, что оружия на Украине больше, чем во всей Европе. Собственно, оттуда оно и стекается, поставляется. Меж тем украинскими националистами стали даже те, кто раньше фыркал от памятников Тарасу Шевченко, не говоря уж о каких-нибудь Бандере и Шухевиче. Грустно признавать это, но те, кто говорил со мной в Киеве и Полтаве, Харькове и Одессе на прекрасном русском языке, теперь осваивают украинский. И не только потому, что так надо, но и из-за личных убеждений.
Далее у нас завели разговор о том, что всё под контролем и «война идёт до последнего украинца». «Медленное, но верное перемалывание живой силы противника» – примерно так это звучало. Ликвидация, уничтожение – скоро некому из украинцев воевать будет. Оставляем за скобками (если это в принципе возможно) некоторую людоедскость формулировки – идёт война, и на ней происходит много жуткого, омерзительного, страшного. Но ведь это не мясорубка, чтобы проворачивать её в одну сторону. Потери идут и с той, и с другой стороны. Да и сколько надо убить? Какие ещё победные варианты? Занять украинскую территорию? Я не военный, но даже от самых оптимистичных экспертов на хорошей зарплате уже не слышно прогнозов о том, что скоро Российская армия дойдёт до Львова. Да и для чего это нужно?
Суть победы заключается в том, что украинцам необходимо сделать выгодное предложение, максимально привлекательное для них. Предложение, от которого они если и смогут отказаться, то лишь хорошенько подумав. И вот тут вопрос: ну а что со смыслами? Что с нарративами? Что с проектами и предложениями? Куда-то захоронен под залитую кровью землю проект «Русский мир». Был ли он привлекателен на самом деле? Работал ли он в головах и сердцах украинцев? Что с экономическими преимуществами? Что с политическими? Что вообще предлагали мы, кроме памяти о Великой Отечественной войне и возможности говорить на русском языке? Но ведь и трагедия заключается как раз таки в том, что на поле боя с двух сторон звучит русская речь.
Нет смысла швырять камнями, но ведь мы – как государство – всё время и на всех уровнях апеллируем к взаимовыгодным отношениям, к экономическим интересам, к рынку. Это понятие, слово «рынок», определило в нашей жизни, на всех уровнях и во всех разрезах, столь много, что от того порою выть хочется. Как писал Достоевский: «Дайте мне святынь посвятее». Так если повсюду рынок, если рыночные отношения, то кто сказал, что нас должны любить просто так? На Украине, в Иране и Сербии, Армении и Азербайджане, где-то ещё. Для этого мало всё того же Достоевского, Чайковского и Гагарина. Мало прошлого – нужно настоящее, и в нём у нас должны быть свои «выгодные предложения». Как по мне, на уровне смыслов в первую очередь.
В России отметили 80-летнюю годовщину Победы в Великой Отечественной войне
В том и должна состоять наша победа. Меж тем главная российская проблема – это отсутствие смыслов. Не идеологии даже, а именно смыслов. Здравых и убедительных прежде всего. Мы существуем в тотальной бессмысленности, а экономических «скреп» бесстыдно мало для того, чтобы склеить всё воедино. И да, трагикомично противостоять Западу, как то подаётся, существуя в его матрице и по его законам, периодически вкидывая в бытие – в качестве то ли развлечения, то ли просто по разнарядке – все эти бесконечные елейные истории о скрепах, традициях и великой России. Это не работает, не убеждает, а чаще смешит. Необходимо то, что по-настоящему своё, а иначе – никак.
Возможно, далее я скажу патетическую банальность, больше свойственную диалогам о русской философии, которые обычно ведутся за чаем вприкуску с конфетами «Кара-Кум» или чем покрепче, но всё же. Сила в правде – это не просто слова. Это установка, суть, а правда понимается в русской традиции как истина и как справедливость. Так вот, чтобы украинцы реально захотели нас, россиян, Россию, слышать и слушать, нужно установить эту правду на новых территориях. Тех, которые, как сообщается, были освобождены. Дать почувствовать людям там, что они дома, что их уважают и что их слышат, что это не просто территории, а часть одного единого большого дома.
Создать им достойную жизнь, чтобы тот же Донбасс воспринимался не как страшилка, а как образец, чтобы люди оттуда не были унижаемы сотней бюрократических экзекуций, а, наоборот, их слышали – чтобы, как в том стихе, «это всё моё, родное». Витрина? Пусть так. Но начинать стоит с адекватной жизни, а не с бесконечного вранья и такого же бесконечного передела. И тогда можно и нужно будет говорить с остальными: мол, смотрите, здесь не только русский язык и русская культура, но и вообще здесь всё по-честному, здесь русские действительно своих не бросают. Это работает лучше любых историй, пафосных и не очень, это убеждает и даёт надежду. Так вот, я уверен, что если получится реализовать нечто подобное, то это и станет нашей главной победой.
