// // Значительная часть помощи жертвам бесланской трагедии не дошла до адресатов

Значительная часть помощи жертвам бесланской трагедии не дошла до адресатов

48

Гуманитарные мародёры

Значительная часть помощи жертвам бесланской трагедии не дошла до адресатов
В разделе

Увы, но нынешние проблемы Беслана не сводятся к опознанию погибших. Разумеется, прокуратура и судмедэксперты — это ещё не всё отечественное чиновничество: скандалы в Беслане связаны практически со всем, что происходит в городе после сентябрьского теракта. Главная беда состоит в том, что непосредственно на людских судьбах сказывается неторопливое передвижение бумажек по столам разного рода начальников. Бумажки спорят, бумажки теряются, бумажки противоречат друг другу... Бессчётные комиссии и подкомиссии, отделы, советы выхолостили помощь конкретным людям. В итоге всенародная гуманитарная акция в Беслане превратилась в планово-отчётное мероприятие.

«Версия» провела специальное расследование того, чем отличается реальный вариант помощи пострадавшим от бумажной версии.

Любая гуманитарная помощь начинается с ответа на, в общем-то, несложный вопрос: кому надо помогать? Так вот в Беслане он не решён до сих пор! В списке Генеральной прокуратуры официальное число граждан, признанных потерпевшими, составило 1014 человек — показательно, что прокуратура смогла подсчитать эту цифру только к ноябрю. Однако помощью занимается не прокуратура, а органы социальной защиты и здравоохранения. Так вот согласно спискам, утверждённым Республиканской межведомственной комиссией для координации работы по выполнению распоряжения Правительства РФ от 11.09.04, № 1184, в денежной компенсации нуждаются лишь 956 человек. Из них погибшими числится 271 человек (в этих случаях компенсацию получают ближайшие родственники), получившими серьёзные ранения — 550 человек, лёгкие ранения — 12 человек, других граждан из числа заложников — 123 человека. Возникает вопрос, почему 58 потерпевших в компенсации не нуждаются? Увы, вопрос этот далеко не единственный.

Почти половина средств, выделенных государством, зависла на счетах североосетинского правительства

Напомним, что Правительство России дало распоряжение Минфину выделить из резервного фонда в 2004 году на каждого погибшего в результате теракта единовременную материальную помощь в размере 100 тысяч рублей, а для оплаты захоронения ещё 18 тысяч. Тем, кто получил тяжёлые ранения и ранения средней тяжести, правительство распорядилось выделить помощь в размере 50 тысяч рублей. Легкораненые должны получить по 25 тысяч рублей, а другим гражданам из числа заложников выделялось по 15 тысяч. Расчётная потребность в денежных средствах для оказания единовременной материальной помощи пострадавшим гражданам составила 61 миллион 623 тысячи рублей, Правительство России выделило 59 миллионов 991 тысячу двумя траншами: один — в конце сентября, другой — в конце октября 2004 года.

Почему денег выделили меньше, чем посчитали изначально? Оказывается, первоначальную цифру никто сомнению не подвергал, но из-за ошибок в оформлении не были учтены 23 человека. То есть все знали, что в реальности эти люди были, но на бумаге их почему-то решили не считать. От ошибок, конечно, никто не застрахован, но их непременно нужно исправлять. Вот тут и начинается театр абсурда: региональная комиссия, ведавшая распределением компенсаций, решила пока вообще не выделять 23 плохо посчитанным заложникам единовременную материальную помощь — это пообещали сделать как-нибудь в другой раз. Что это значит? Когда будет следующий теракт и появится оказия получить ещё один компенсационный транш из центра?

Из 933 человек, которые всё-таки попали в нужные списки, компенсации получили только 477 пострадавших граждан — всего на их лицевые счета было перечислено чуть более 37 млн. рублей. По нашим сведениям, по состоянию на 1 ноября, то есть спустя 2 месяца после трагедии, на счетах Министерства труда и социального развития Республики Северная Осетия — Алания оставалось более 22 млн. рублей федеральных средств из тех, что должны были быть выплачены в качестве единовременной материальной помощи пострадавшим! Чиновники объясняют это необходимостью уточнить паспортные данные и подтвердить степень родства при получении помощи. Надо полагать, что речь идёт о случаях, когда компенсацию пытается получить человек, который прямым родственником не является. Разрешить такой спор чиновники, естественно, не могут, эти вопросы находятся в компетенции суда. Однако таких случаев было установлено всего 8! Так почему же более 22 млн. рублей оставалось на счетах Минтруда по прошествии 60 дней с момента теракта?

По теме

Восстанавливать повреждённые дома бесланцы начали за свой счёт

Всем известно, что в Беслане заложников освобождали методом войсковой операции и последствия были соответствующие. С лица земли была стёрта не только школа № 1, пострадали и находящиеся поблизости жилые здания. Проверка установила необходимость проведения срочных аварийно-восстановительных работ на 7 объектах жилищно-коммунального хозяйства, 2 объектах социальной сферы и 33 объектах индивидуального жилого фонда. На эти работы требовалось незамедлительно выделить более 3 млн. рублей.

Эти деньги были нужны, чтобы ликвидировать опасность несчастных случаев, падения стёкол, обрушения крыш и стен пострадавших от взрывов близлежащих домов, восстановления деятельности коммунальных систем и подачи газа. Однако до ноября включительно денежные средства, необходимые для аварийно-восстановительных работ, не выделялись. Причина — МЧС республики, нарушая все мыслимые сроки, затягивало с передачей соответствующих документов на федеральный уровень. К тому времени, как деньги всё-таки были выделены, нужда в них частично отпала: пострадавшие граждане не стали ждать холодов и положенного им по закону ремонта и взялись за восстановление домов самостоятельно. В общем, тянуть с восстановлением разрушенного жилья до зимы оказалось выгодно осетинскому чиновничеству, которое решило, что выделяемой компенсации пострадавшим должно хватить на покрытие всех необходимых расходов не из государственного, а из собственного кармана. Вот только, как мы уже писали выше, многие из несчастных и этой самой компенсации не получили.

Лечение пострадавших в Северной Осетии никто не оплатил

Очевидно, что раненных во время теракта нужно лечить, причём лечение это весьма дорогостоящее. В начале сентября более 660 пострадавшим требовалась срочная медицинская помощь: в больницы Москвы было направлено 207 человек, в клиники Ростова-на-Дону — 16 человек, в лечебные заведения Германии — 4 ребёнка. В стационарах Северной Осетии остались 433 пострадавших, из них 250 детей. Так вот, несмотря на то что основная нагрузка по оказанию помощи пострадавшим легла на плечи медицинских учреждений республики, Министерству здравоохранения Республики Северная Осетия — Алания средства федерального бюджета на оказание медицинской помощи и социальную реабилитацию пострадавших из федерального бюджета не выделялись.

При этом 20 млн. рублей, которые были выделены Фондом социального страхования (ФСС) России из своего резервного фонда на санаторно-курортное лечение бывших заложников, несколько месяцев лежали мёртвым грузом на счёте регионального отделения ФСС республики. Чиновники оправдывались, что практически всё санаторно-курортное лечение и оздоровление пострадавших оказывалось в качестве гуманитарной помощи, так что денег на это не потребовалось. Действительно, за счёт спонсоров безвозмездно лечение в санаториях получили 1637 граждан, вот только счесть это заслугой государства никак нельзя.

С лекарствами Осетии тоже помогала скорее не власть, а общественность, помощь приходила и из-за рубежа. А вот тот факт, что далеко не все лекарства дошли до нуждающихся, — несомненная «заслуга» властей. Дело в том, что только 44% поступивших в качестве гуманитарной помощи лекарственных средств имели сертификаты соответствия и могли использоваться лечебно-профилактическими учреждениями. При этом за 3 месяца работы прикомандированных специалистов федерального государственного учреждения «Центр сертификации» Минздравсоцразвития России было просертифицировано всего 8,1% (!) лекарственных средств, а более чем 47% ожидали своей очереди на складах.

Созданы все условия, чтобы гуманитарная помощь Беслану была продана в розницу

Лекарства — не единственная помощь, которая не дошла до адресата из-за проволочек наших бюрократов. С 5 сентября по 28 октября 2004 года из-за рубежа было получено 275,455 т гуманитарного груза на сумму более 140 млн. рублей. Однако большая его часть на протяжении 60 (!) дней после трагедии продолжала оставаться на складах в связи с таможенными сложностями. Были нарушены все сроки, отведённые законом для соответствующего декларирования грузов: шутка ли, в большинстве документов сроком подачи полных таможенных деклараций значился декабрь 2004 года.

А вообще, так уже сложилось, что в России любая гуманитарная помощь рано или поздно оказывается на прилавках в открытой продаже. Так было с грузами, направляемыми для беженцев из Чечни, так, похоже, будет обстоять дело и в Беслане. Ведь предыдущий опыт говорит о том, что, для того чтобы нажиться на гуманитарной помощи, нужно максимально затягивать её официальное оформление. Потом, за давностью события и сложностью выявления нуждающихся, можно будет реализовать её со скидкой в соседних регионах. Что ж, для реализации этой схемы в Беслане созданы все условия...

Российское государство много лет создавало условия, при которых бесланская трагедия стала возможной. Российское государство допустило, что террористы и военнослужащие изрешетили сотни детей. Российское государство не стало в должной степени помогать пострадавшим, построив дело так, что даже частная бескорыстная помощь не попала к тем, кто в ней нуждался. Нужно ли ещё что-то объяснять?

Опубликовано:
Отредактировано: 14.10.2016 14:41
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх