// // Яков Кедми: «Тотальному террору надо объявить тотальную войну»

Яков Кедми: «Тотальному террору надо объявить тотальную войну»

3522

Смертники на подмостках трагедии

2
В разделе

Бывший руководитель израильской спецслужбы «Натив» Яков Кедми в интервью «Нашей версии» рассказал, какова может быть истинная подоплёка трагедии в Париже, как формировался ИГИЛ и к чему должна быть сегодня готова Россия в свете вновь образовавшегося противостояния.

– Яков, насколько результативным для террористов оказался, по вашему мнению, теракт в Париже? Достигли ли они поставленных целей?

– Без сомнения, достигли. Операция была тщательно спланирована и осуществлена синхронно сразу несколькими группами. Выбор целей должен был создать максимальный эффект, и это им удалось, особенно в театре. Пока полиция и спецслужбы успели сориентироваться, всё уже было кончено. Большинство террористов погибли, но скорее всего это и предусматривалось первоначальным замыслом: они были смертниками. Тем не менее двоим удалось уйти, в том числе и организатору теракта.

– Сколько времени должна была готовиться такая операция?

– Это зависит от того, кто являлся организаторами и исполнителями. В операции участвовало не менее 20 человек. Чтобы подобрать объекты, проследить за их работой, определить пути подъезда и отступления, принять в расчёт топографические особенности и расположение целей, спланировать слаженные действия, нужно определённое время. Если действовала ячейка запрещённого в России «Исламского государства», внедрённая извне, то для её ознакомления с местными реалиями потребовалось несколько месяцев. Если действовали боевики из числа местного населения, знающие Париж, то меньше. В любом случае срок подготовки такой масштабной операции составил не менее двух месяцев.

"Россия должна быть готова к тому, что отныне объектами для атаки может стать всё, что связано с ней, будь то объекты за границей, пассажирские самолёты или даже православные церкви".

– Но почему целью стала именно Франция, которая традиционно является наиболее дружественной мусульманам на Западе?

– Для этого нужно понимать, что это вообще такое – ИГ. Эта группировка позиционирует себя как главную и аутентичную форму ислама и стремится навязать свою идеологию всем мусульманам. После Сирии и Ирака их главная цель – Саудовская Аравия. Но одним лишь арабским миром экстремисты ограничиваться не собираются. А во Франции проживает самая крупная на Западе мусульманская община, и задача террористов ИГ – перетянуть её на свою сторону. Это лучше всего сделать, спровоцировав конфликт между ней и этническими французами. Причём для ИГ важно навязать своё мировоззрение всей мусульманской общине. Это стратегический момент. Есть и тактические соображения. Франция на самом деле очень удобная страна для террористических атак. Степень защищённости её граждан и структур ниже, чем в соседних Англии и Германии, а оперативность полиции и спецслужб, как показал тер­акт в редакции «Шарли Эбдо», оставляет желать лучшего. Да и французская контрразведка никогда не отличалась эффективностью. В своё время мне приходилось общаться с Константином Мельником – выходцем из белоэмигрантской семьи, личностью яркой и неординарной. Мельник был в начале 60-х годов координатором французских спецслужб, служил во французском генштабе, работал в МВД Франции. За ним даже охотился КГБ, настолько он представлял угрозу Советам. Мельник открыто признавал в наших беседах крайнюю слабость французских спецслужб, считал их деятельность неудовлетворительной. С того времени ничего не изменилось.

По теме

Есть ещё один объективный фактор – в Париже огромный выбор объектов для громких терактов и отсюда очень легко скрыться после осуществлённой операции. Быстро выехал в Бельгию – и перед тобой вся Европа.

– А в Германии разве не так?

– В Германии террористам действовать сложнее. Здесь тоже значительную часть населения составляют мусульмане – турки и курды, но они гораздо более умеренны, нежели выходцы с Ближнего Востока. Кроме того, германские спецслужбы, как и английские, на голову выше французских. В Англии и Германии лучше отслеживаются передвижение и активность потенциальных террористов и людских потоков вообще. Кроме того, Англия – остров, и бежать отсюда сложнее, чем из Франции.

Монстра ИГ выпестовала Америка

– Насколько велика вероятность совершения подобного рода терактов в России?

– Россия всегда воспринималась террористическими группировками как удобный объект для атак, учитывая количество мусульманского населения и враждебность части из них федеральной власти в целом и русским в частности. К счастью для России, экстремистское ИГ ещё не достигло стадии, когда оно в состоянии определять цели исходя из своего желания. Потому террористы идут по пути наименьшего сопротивления. Их принцип на данный момент прост: бить там, где проще. В РФ им пока сложнее вести свою деятельность, чем во Франции.

– Фантастически быстрое возвышение ИГ (запрещено в России) породило многочисленные спекуляции, включая теории заговора. Как получилось, что из ещё недавно никому не известной террористической группировки вырос монстр, угрожающий всему миру?

– Никакой фантастики здесь нет. ИГ выросло из запрещённой в РФ «Аль-Каиды». Абу Бакр аль-Багдади, возглавивший ИГ, выступил против также запрещённой в РФ «Джабхат ан-Нусра», филиала «Аль-Каиды», чьи действия считал неэффективными, а началось всё со свержения режима Саддама Хусейна. Заваривая кашу в Ираке, США совершенно не понимали, куда они идут и что делают. Мы в Израиле с самого начала предупреждали американских коллег: не уничтожайте армию и БААС – это структура, на основе которой можно сохранить государство. Но они на наши советы не обратили внимания. С одной стороны, американцы намеревались строить в Ираке либеральную демократию, с другой – армейское руководство США, ничего не понимая в местных реалиях, действовало по принципу «упал – отжался». Сунниты, шииты – всё это было для них «тёмным лесом». Поскольку шииты были при Саддаме угнетённым большинством, Америка сделала ставку на них: на Западе принято сочувствовать угнетённым. В результате шииты начали немедленно притеснять суннитов, а суннитские племена, естественно, сопротивляться. Тон при этом стали задавать две группы: бывшие силовики Саддама и террористическая «Аль-Каида». В свою очередь, их начали спонсировать саудиты и Катар, которые боялись усиления Ирана.

К счастью для России, ИГ ещё не достигло стадии, когда оно в состоянии определять цели исходя из своего желания. Их принцип на данный момент прост: бить там, где проще. В РФ им пока сложнее вести свою деятельность, чем во Франции.

После начала гражданской войны в Сирии здесь также стала действовать «Аль-Каида», но, как я уже сказал, аль-Багдади решил, что действия её неэффективны и нужно создать халифат. Его подход принципиально отличался от подхода «Аль-Каиды». Лидеры «Аль-Каиды» ставят задачу: установление «истинного ислама» в уже существующих государствах – аль-Багдади объявил о создании халифата, который сотрёт границы между арабскими государствами. То есть бросил революционный лозунг «Мусульмане всех стран, объединяйтесь», чем моментально привлёк к себе мусульман со всего мира.

– Но как им удалось за столь короткий срок создать столь устойчивую структуру?

– Вначале они получали «денежное вспомоществование» от Саудовской Аравии, Катара и других государств Персидского залива. Затем судьба в лице утратившего разум Запада дала им дополнительный шанс. Непонятно, зачем США и европейцы уничтожили режим Каддафи, разрушив Ливию с огромными арсеналами оружия, оставшимися бесхозными. Это оружие на деньги саудитов приобрело экстремистское ИГ. Взяв Мосул, а потом и Пальмиру, они получили контроль над нефтяными полями и начали продавать по заниженным ценам нефть туркам, которые были рады такому подарку и охотно сотрудничали. Кроме того, разграбив Мосул, экстремисты получили в своё распоряжение денежные средства и золото. Потому, когда саудиты, испугавшись выпестованного ими детища, прекратили оказывать ему помощь, ИГ уже чувствовало себя вполне уверенно. К тому же их успехи привлекали массу молодёжи со всего мира, ибо люди любят успех и победителей.

По теме

– Несмотря на все их зверства?

– Дело в том, что они создали вокруг себя героический ореол, всегда привлекающий психологически неустойчивых людей. Людям нужна героика, романтика борьбы. Вспомните, у российской интеллигенции, поносившей советскую власть, в домах висели портреты Че Гевары. Почему? Потому что он олицетворял собой романтический образ борца с несправедливостью, героя. Так же шли в своё время к коммунистам, нацистам, маоистам, анархистам, несмотря на все их мерзости. Вот и сейчас многие молодые мусульмане, в том числе этнические европейцы, идут в ИГ в поисках той же героики и романтики. В обществе всеобщего меркантилизма «революционный порыв» всегда притягивает. Тем более что ислам предлагает моральные принципы и идеалы, которых так недостаёт Западу.

– Насколько велика вероятность, что ИГ станет глобальной угрозой миру?

– Очень велика. Сегодня они уже угрожают не только Ираку и Сирии. События в Париже показывают, что запрещённое в РФ ИГ вышло на уровень международного террора. Характерно, что 40% боевиков ИГ – не из Ирака и Сирии, а из других мусульманских стран и Европы. И пока не будет уничтожено само «осиное гнездо» в Сирии и Ираке, одержать победу над ними не удастся. Только потом уже можно будет заняться ячейками в разных странах. Но чтобы уничтожить ядовитые споры, нужно прежде всего уничтожить корень зла.

Войска Асада не готовы к координации действий с Россией

– Как вы оцениваете действия России в Сирии? Удалось ли россиянам повлиять на ситуацию в ту или в другую сторону?

– Я сожалею, но, на мой взгляд, Россия не добилась перелома. И тому есть несколько причин. Во-первых, нельзя выиграть вой­ну, используя только авиацию. Весь опыт военных действий – от американцев во Вьетнаме до наших операций в Израиле – это доказывает. Бомбардировки сами по себе не в силах сломать террористические организации.

Второй момент связан с действиями регулярной армии. Российские спецслужбы в отличие от американских прекрасно понимают природу конфликта в Сирии и в Ираке и характер террористических организаций. Но в основе военной стратегии лежит осознание, что нельзя распылять силы. Удар должен быть максимально сконцентрирован на одном направлении, с тем чтобы добиться максимального превосходства, прорыва и овладения стратегическими объектами. Не сомневаюсь, что российские военные это понимают, но вой­ска, подчинённые Асаду, не готовы к координации действий с россиянами. Они распыляют свои силы, пытаясь отбить у противника незначительные населённые пункты или объекты. Так не воюют. Нельзя бить растопыренными пальцами. Бить надо кулаком и как можно больнее. Пока перелом не достигнут. Взяты несколько деревень и несколько километров. А это не решает исхода сражения. Но дело даже не в этом. Мне кажется, что российские военные допустили некий серьёзный просчёт…

– И в чём он заключается?

– В том, что они использовали самолёты для нанесения ударов по небольшим объектам. Мало того, что один только час полёта такого самолёта стоит больших денег, так ещё и управляемые бомбы, которые сбрасываются на противника, это тоже, простите за каламбур, деньги на ветер. Если проводить аналогию, то это всё равно что на «роллс-ройсе» перево­зить картошку. КПД оказывается минимальным, учитывая, что цели – не конвенциональные военные объекты, а разбросанные в массе густой застройки импровизированные командные пункты, склады оружия и наспех созданные бункеры.

– Что, по-вашему, следовало бы делать?

– Добавить вертолётов. В данной ситуации их использование принесло бы куда больший эффект, чем использование стратегической авиации. Кроме того, россиянам нужен авианосец, чтобы располагать дополнительными базами ВВС. У РФ есть авианосец, но пока он базируется в Баренцевом море. Ещё одна проблема – нехватка беспилотных самолётов, существенно снижающих риски и затраты операций.

– Это могло бы изменить ситуацию?

– Вполне! Учитывая даже ту низкую подготовленность сирийской армии, о которой я говорил. Необходим целевой план борьбы с противником, а не спорадические бомбардировки. Кто-кто, а российские военные лучше многих других знают: воюют не количеством, а воинскими соединениями.

– Сейчас звучат мнения, что Путин и его единомышленники не понимают, во что они ввязались в Сирии…

– По-моему, это воинствующая глупость. Прекрасно знают! ИГ на сегодня действительно враг россиянам, и враг очень серьёзный. Не забывайте, что в рядах «Исламского государства», по некоторым оценкам, воюют около 4–5 тыс. граждан из бывшего СССР, в том числе 2 тыс. из России. К тому же эта ужасная трагедия с самолётом. То, что произошло в небе над Синаем, это не просто вызов – это объявление войны.

– Что должна, по-вашему, предпринять Россия помимо военной операции после того, как террористы взорвали гражданский самолёт?

– Прежде всего взять на вооружение израильский опыт и сделать так, чтобы в тех аэропортах за рубежом, куда прилетают российские гражданские самолёты, в обязательном порядке находились бы российские «спецы», отвечающие за безопасность. Это свело бы к минимуму попытки террористических атак, подобно той, что произошла в Шарм-эш-Шейхе. Во-вторых, следует предупреждать теракты, уничтожая не незначительные объекты, а базы и штабы террористов, где планируются теракты. Россия должна быть готова к тому, что отныне объектами для атаки может стать всё, что связано с ней, будь то объекты за границей, пассажирские самолёты или даже православные церкви. Если у игиловцев не получится это сделать в Москве, они сделают это в любой точке земного шара.

– Вы думаете, что они попытаются сделать в Москве то, что они сделали в Париже?

– Попытки проникновения в российскую столицу были, есть и будут. Я думаю, что в ФСБ об этом знают. Но и тут необходимо подстраиваться под совершенно новую реальность. Необходимо создание профессиональной базы, агентуры, которая могла бы внедриться в ряды террористического ИГ или его потенциальных ячеек в России, необходимо привлекать специалистов, которые знали бы и понимали, как работать с мусульманами. Использование ФСБ без учёта этих особенностей может привести к трагическим провалам. Террор сегодня – это не террор одиночек, это тотальный террор. И потому тотальному террору надо объявить тотальную войну. Всё остальное – пустая трата времени.

Опубликовано:
Отредактировано: 29.11.2015 22:52
Копировать текст статьи
Комментарии 2
  • Nikolay Kalashnikov 02.12.2015 18:11

    Интересно, а как бы Кедми прокомментировал дневники
    Моше Шарета "Israel's sacred terrorism"?

  • Nikolay Kalashnikov 02.12.2015 18:12

    Интересно, а как бы Кедми прокомментировал дневники
    Моше Шарета "Israel's sacred terrorism"?

Еще на сайте
Наверх