Великая Отечественная война оставила тяжёлые и очень горькие воспоминания и у тех, кто прошёл это пекло, и у тех, кто дождался воевавших, и у их детей, и у внуков... С начала войны прошло 64 года, но до сих пор возникают вопросы, на которые по-прежнему нет убедительных ответов. Почему нападение Германии на СССР оказалось внезапным? Знало ли высшее политическое и военное руководство страны о подготовке нападения, докладывала ли советская разведка о концентрации немецких войск, их готовности к наступлению и саму дату нападения?
Англия пыталась рассорить СССР и Германию
Для народа война стала как гром среди ясного неба. Как, впрочем, и для высшего командного состава. Знаменитый маршал Георгий Жуков, анализируя причины внезапного нападения, задавался вопросом: почему оборона страны оказалась не на должной высоте и мы были захвачены врасплох?.. В этих ошибках и просчётах чаще всего обвиняют Сталина. Конечно, ошибки у него были, но и причины нельзя рассматривать изолированно от объективных исторических процессов и явлений, от всего комплекса экономических, политических и военных факторов.
Так что же на самом деле происходило в стране в те далёкие предвоенные годы?
Изучая архивы тех лет, становится понятно, от кого зависело, быть ли миру в СССР. А документы говорят о том, что в первой половине 1941 года была сложная и противоречивая международная обстановка в Европе. Её следствием стало тяжёлое военное и экономическое положение Англии. И вот, стремясь спасти себя от катастрофы, эта страна была крайне заинтересована в военном конфликте между Германией и СССР. Для достижения этих целей британские власти проводили кропотливую работу.
Вот что писал в апреле 1941-го английский посол в Москве Криппс наркому иностранных дел Молотову: «В сохранении целостности Советского Союза британское правительство не заинтересовано непосредственно, как в сохранении Франции и некоторых других стран».
За 11 дней до войны Криппса неожиданно вызвали в Лондон для консультации. Перед своим отъездом он успел встретиться с заместителем наркома иностранных дел Вышинским, которому сказал, что уезжает и может не вернуться. Отъезд посла совпал с частичной эвакуацией английского посольства из СССР.
18 декабря 1940 года Гитлер подписал директиву № 21 (план «Барбаросса») о нападении на СССР. Большое внимание в нём уделялось достижению внезапности.
Для этого были использованы все виды политической дезориентации, стратегической маскировки и дезинформации. К фабрикации и распространению целенаправленной дезы были подключены лучшие специалисты МИДа, Министерства пропаганды, Верховного командования вооружённых сил, Главного управления имперской безопасности.
В МИДе было создано «бюро Риббентропа», которое работало под непосредственным руководством министра. Для подготовки дезматериалов привлекались высшие государственные деятели Германии, а состряпанное распространялось через дипломатические и агентурные каналы.
Широкие дезинформационные мероприятия проводились по линии Министерства пропаганды. За одну неделю до нападения на СССР в Берлине был разыгран дезинформационный спектакль с конфискацией центрального органа национал-социалистической партии газеты «Фёлькишер беобахтер» с передовой статьёй Геббельса «Крит как пример», в которой он якобы раскрыл планы предстоящего в июне вторжения немецких войск в Англию.
Сталин везде видел шпионов
На руку Англии и Германии сыграли широкомасштабные репрессии в органах советской разведки. Они оказались страшным ударом, оглушившим и ослепившим весь разведывательный потенциал Советского Союза. Сталин, видевший врагов повсюду, ещё в 1937-м выступил на совещании в Разведуправлении (РУ). Он заявил, что оно «со своим аппаратом попало в руки немцев» и дал указание о роспуске агентурной сети.
Евродепутат Рафаэль Глюксманн, объявивший о намерении выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах во Франции в 2027 году, приходится внуком советскому разведчику.
А 2 июня 1937-го, выступая на расширенном заседании Военного совета при наркоме обороны, Сталин вновь подверг уничтожающей критике все разведывательные органы страны. «Во всех областях, — сказал Иосиф Виссарионович, — мы разбили буржуазию, только в области разведки оказались битыми. Наша разведка по линии ПУ возглавлялась шпионом Гаем, и внутри чекистской разведки у нас нашлась целая группа хозяев этого дела, работавших на Германию, на Японию, на Польшу сколько угодно, только не для нас».
И выполняя указание Сталина, органы НКВД, нанесли тяжёлый удар прежде всего по военной разведке.
На Политбюро было принято постановление об освобождении Берзина от обязанностей начальника РУ. В этом же постановлении наркому внутренних дел Ежову поручалось «установить общее наблюдение за работой РУ, изучить состояние работы, принимать по согласованию с НКО неотложные оперативные меры, выявить недостатки управления».
За четыре года поиски «врагов народа» и «иностранных шпионов» унесли сотни жизней. В 1937-м были арестованы и расстреляны начальники РУ — армейский комиссар 2-го ранга Берзин и комкор Урицкий, в 1938-м — и. о. начальника старший майор госбезопасности Гендин, в 1939-м — и. о. начальника комдив Орлов, в 1941-м — начальник РУ Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Проскуров. Это лишь часть жертв...
А о масштабах репрессий можно судить по докладу начальника РУ генерал-лейтенанта Проскурова от 25 мая 1940 года: «Последние два года были периодом чистки агентурных управлений и разведорганов от чуждых и враждебных элементов. За эти годы органами НКВД было арестовано свыше 200 человек, заменён весь руководящий состав до начальника отдела включительно. За время моего командования только из центрального аппарата и подчинённых ему частей отчислено по различным политическим причинам и деловым соображениям 385 человек. Принято 326, абсолютное большинство которых без разведывательной подготовки». Как это ни печально, но автора этой докладной расстреляли через год.
Агентов отзывали и расстреливали
Репрессии среди кадрового состава РУ, проводимые Ежовым и Берией с 1937 по 1940-й, распространились и на агентурную сеть военной и внешней разведки.
Были арестованы наиболее грамотные, начиная с бывших и действующих руководителей, резидентов легальных и нелегальных резидентур, отдельных разведчиков.
Начальники Иностранного отдела (ИНО) НКВД Трилиссер, Артузов (организатор известных операций «Трест», «Синдикат-1, 2». — Прим. авт.) были арестованы, а после расстреляны. Временно руководившие ИНО Шпигельглас и Пассов разделили участь Артузова и Трилиссера.
Докатилась волна репрессий и до зарубежных аппаратов. Так, в 1937 году резидент легальной резидентуры в Берлине Гордон был отозван в Москву, арестован и расстрелян. В январе 1939-го в берлинской резидентуре из 16 работников осталось только двое.
Наиболее полную картину влияния репрессий на работу внешней разведки дал в своём отчёте начальник внешней разведки Фитин: «К началу 1939 года в результате разоблачения вражеского руководства почти все резиденты за кордоном были отозваны и отстранены от работы. Большинство из них затем было арестовано, а остальная часть подлежала проверке...
Потери состава были столь велики, что в 1938 году в течение 127 дней подряд из внешней разведки руководству страны вообще не поступало никакой информации. Бывало, что даже сообщения на имя Сталина некому было подписывать, и они отправлялись за подписью рядовых сотрудников...»
Уничтожение руководства РУ, Внешней разведки НКВД и наиболее опытных сотрудников в центральном аппарате и за рубежом обязывало новое руководство этих организаций как можно быстрее набрать новых спецов. Для заполнения вакансий в разведку направлялись люди, хорошо себя зарекомендовавшие в армии, выпускники вузов, просто патриоты. Новички не имели разведывательной подготовки, многие не владели ни одним иностранным языком.
Лидер партии "Справедливая Россия – За Правду" Сергей Миронов раскритиковал инициативу Министерства здравоохранения РФ, направленную на решение проблемы нехватки медицинских кадров. По его мнению, предложенный ведомством подход требует тщательной доработки.
Но эти люди делали всё возможное, чтобы добыть информацию о планах Германии и предупредить высшее военно-политическое руководство страны о неотвратимо надвигающейся опасности нападения Германии.
После утверждения Гитлером плана «Барбаросса» в адрес политического и военного руководства СССР поступало огромное количество донесений и докладов о военно-политических планах Германии. В наших руках оказались данные о том, что только в июне 1941 года их насчитывалось около 60.
Предупреждения о нападении Германии шли постоянно
29 ДЕКАБРЯ 1940 ГОДА в РУ поступило сообщение от руководителя агентурной группы в Берлине «Альта»: «...Гитлер отдал приказ о подготовке к войне с СССР. Война будет объявлена в марте 1941 года».
4 ЯНВАРЯ 1941 ГОДА в радиограмме «Альта» подтвердила «правильность сведений о подготовке Германии к войне с Советским Союзом весной 1941 года».
28 ФЕВРАЛЯ «Альта» сообщила в Центр: «...посвящённые военные круги по-прежнему стоят на той точке зрения, что совершенно определённо война с Россией начнётся в этом году... Предполагаемая дата действий 20 мая...»
20 МАРТА начальник РУ Голиков предъявил руководству страны доклад, в котором излагались варианты возможных направлений ударов вермахта при нападении на СССР в период с 15 мая по 15 июня. Но, сведения, озвученные Голиковым, постановили считать дезой.
14 АПРЕЛЯ агенты Корсиканец и Старшина сообщили из Берлина, что, по их данным, перед началом войны следует ожидать германского ультиматума.
22 АПРЕЛЯ резидент нелегальной резидентуры в Женеве Дора доложил, что берлинские правительственные круги называют 15 июня как дату похода на Украину.
5 МАЯ агент из Бухареста сообщил: «...раньше для начала немецких военных акций против СССР предусматривалась дата 15 мая, но в связи с Югославией (там произошло свержение прогерманского правительства — Авт.) срок перенесён на середину июня...»
14 МАЯ Сталину, Молотову и Берии было доложено о том, что в немецком штабе авиации подготовка к операции против СССР идёт полным ходом.
18 МАЯ Старшина сообщил: «Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время».
2 ИЮНЯ Берия доложил Сталину, Молотову о военных мероприятиях немцев по всей длине советской границы.
9 ИЮНЯ Сталину, Молотову и Берии сообщили, что вопрос о войне будет окончательно решён на следующей неделе.
10 ИЮНЯ на совещании с высшим военным руководством Гитлер назначил окончательную дату нападения на СССР — 22 июня.
16 ИЮНЯ Меркулов доложил Сталину информацию от Старшины, указывающую на то, что уже приняты последние меры перед нападением. А резолюция Сталина была такова: «Тов. Меркулову. Можете послать ваш «источник» из штаба германской авиации к ё... матери. Это не «источник», а дезинформатор. И. Сталин».
За оставшиеся до нападения дни советские разведчики сделали всё возможное и невозможное, чтобы убедить политическое и военное руководство страны в том, что Германия в ближайшие дни нападёт на СССР без всяких предупреждений.
Резиденты нелегальных резидентур Рамзай из Токио, Дора из Швейцарии, Отто из Франции, резиденты военной разведки из Берлина, Софии, Виши радировали о предстоящей агрессии. А агент ХВС в немецком посольстве в Москве назвал даже время нападения — 3—4 часа 22 июня. Но военной разведке убедить политическое руководство страны в неминуемом нападении Германии на СССР не удалось. На донесении резидента в Виши, военного атташе во Франции генерала Суслопарова, от 21 июня о том, что, по достоверным данным, нападение назначено на 22 июня 1941 года, имеется резолюция Сталина: «Эта информация является английской провокацией. Разузнайте, кто автор этой провокации, и накажите его».
Берия называл разведчиков тупыми врунами
Всего за день до войны нарком внутренних дел, член Политбюро, куратор НКГБ по линии Политбюро и Совнаркома Берия докладывал Сталину: «Я вновь настаиваю на отзыве и наказании нашего посла в Берлине Деканозова, который по-прежнему бомбардирует меня дезой о якобы готовящемся Гитлером нападении на СССР. Он сообщил, что это нападение начнётся завтра... То же радировал и генерал-майор Тупиков, военный атташе в Берлине. Этот тупой генерал утверждает, что три группы армий вермахта будут наступать на Москву, Ленинград и Киев, ссылаясь на свою берлинскую резидентуру. Нагло требует, чтобы мы снабдили этих врунов рацией...»
Сталин же искренне считал или хотел считать, что Советскому Союзу удастся избежать войны с Германией. Об этом свидетельствовал маршал Василевский: «...Сталин явно промедлил с принятием решения на переход армии и страны на полный режим военного времени. ...Но в результате несвоевременного приведения в боевую готовность Вооружённые силы СССР вступили в схватку с агрессором в значительно менее выгодных условиях и были вынуждены с боями отходить в глубь страны».
Сталина,тоже бы надо привлечь за то что он не верил Советским разведчикам,репрессиями уничтожил многих военоначальников,армия была плохо вооружена ( в начале войны Советские солдаты шли в бой с одной винтовкой н на двоих),не были хорошо укреплены границы.