Версия // Конфликт // Обстоятельства смерти Василия Алексаняна и других людей Ходорковского по-прежнему вызывают вопросы

Обстоятельства смерти Василия Алексаняна и других людей Ходорковского по-прежнему вызывают вопросы

11357

Следы ртути 10 лет спустя

4
В разделе

Для большинства жителей России история ЮКОСа давно закончена. Основная часть её ключевых участников обосновались за границей, другие досиживают свои тюремные сроки, могилы третьих уже заросли. Однако длинная череда преступлений, происходивших вокруг и внутри некогда крупнейшей нефтяной компании страны, по-прежнему до конца не расследована. Чем больше времени проходит, тем более явными становятся цепочки страшных событий. Не только оппоненты юкосовцев, но и высокопоставленные сотрудники компании умирали как по расписанию. Смерть бывшего исполнительного вице-президента ЮКОСа – одна из таких историй.

3 октября исполнится 10 лет со дня смерти Василия Алексаняна – человека яркой трагической судьбы. Один из лучших корпоративных юристов России, как его многие называли, скончался в возрасте 39 лет, через три с половиной года после освобождения из СИЗО. В изолятор он уже попал тяжелобольным человеком, а затем ВИЧ, онкология и отсутствие нормального лечения сделали своё дело. Примерно так и объясняет причины смерти бывшего топ-менеджера журналист «Новой газеты» Вера Челищева. В октябре прошлого года она опубликовала книгу под названием «Как меня убивали. История юриста ЮКОСа Василия Алексаняна, воспоминания друзей, хроника издевательств, дневники».

«Эта книга только об одной жертве, но можете легко умножать число жертв на тысячи. О них книг не напишут, так пускай эта книга про Алексаняна будет им всем памятником и свидетельством того, как в нынешней России отнимается человеческая жизнь», – справедливо прокомментировала книгу правозащитница Марина Литвинович.

Да, российская тюрьма каждый год убивает и калечит тысячи людей, что давно стало национальным бедствием. И это бедствие действительно будет продолжаться до тех пор, пока тюремная медицина находится в руках ФСИН, а не гражданских врачей, подчинённых Минздраву. Но всё же сейчас мы говорим о конкретном случае и потому не можем не отметить, что история Василия Алексаняна куда сложнее, чем сама по себе трагедия тяжелобольного человека за решёткой. Если попробовать рассказать её целиком, невозможно пройти мимо обстоятельств, о которых Вера Челищева не могла не знать, но о которых по каким-то причинам не рассказала своим читателям.

К слову, родители Алексаняна не стали участвовать в создании этой книги, вроде как призванной стать памятником их сыну. Возможно, пожилые люди просто решили не тревожить свою и без того тяжёлую рану. Но вполне вероятно и другое: Георгий Гарникович и Надежда Васильевна не захотели участвовать в решении той задачи, которую, по всей видимости, поставила перед собой Вера Челищева. «Причины отказа были разные, мы в конечном итоге друг друга не поняли», – единственное, что сообщила автор своим читателям.

Отказалась участвовать в создании книги и мать ребёнка Василия Алексаняна. Насколько можно судить, именно эта женщина вольно или невольно спасла ему жизнь, когда тот едва не сел в вертолёт вместе со Стивеном Кертисом 3 марта 2004 года. К этой дате, а также к обстоятельствам гибели британского адвоката, работавшего с Ходорковским, Березовским и другими российскими олигархами, мы ещё вернёмся. Равно как и к вопросам о внезапной смерти одного из основателей ЮКОСа, Юрия Голубева, который скончался в Лондоне в 2007-м.

Невозможно говорить об уходе из жизни Василия Алексаняна, не упоминая этих двух смертей. Но сначала мы коснёмся другого обстоятельства, о котором вряд ли знают те, кто знакомился со всей этой историей исключительно по книге Веры Челищевой.

Василий Алексанян ушел из ЮКОСа в 2002 году. В 2006-м он, по сути, решил заменить Ходорковского у руля компании (фото: Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ)
Василий Алексанян ушел из ЮКОСа в 2002 году. В 2006-м он, по сути, решил заменить Ходорковского у руля компании (фото: Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ)

По теме

Человек с правом подписи

В книге опубликован целый ряд документов по уголовному делу в отношении Алексаняна, в основном постановления судов о продлении ареста. Обвинительного заключения среди этих документов нет, и потому читателю вряд ли удастся понять причины, по которым бывший юрист ЮКОСа оказался в СИЗО. Вероятно, по замыслу автора, этого и не требуется. Мы, в свою очередь, обязаны напомнить, что Василия Алексаняна обвиняли в отмывании денег, неуплате налогов, хищении акций и имущества «Томскнефти», а также акций Восточной неф­тяной компании. Похожие обвинения предъявили его бывшей подчинённой Светлане Бахминой, вина которой заключалась лишь в том, что она подписывала документы, подготовленные, по всей видимости, другими людьми.

Подписывал документы, правда совершенно на другом уровне, и Василий Алексанян. Вера Челищева пишет, что при поступлении на работу в ЮКОС в 1996 году 25-летний выпускник Гарварда поставил условие: он будет напрямую подчиняться Михаилу Ходорковскому. «Он, без всякого сомнения, был талантливым юристом. Человеком, который способен увидеть схему», – скажет про него Ходорковский в интервью для книги. Говорят, олигарх иногда шутил, что он «неграмотный» и не может подписывать документы.

Очевидно, что сопутствующие риски для молодого и не очень дисциплинированного сотрудника – Василий Алексанян часто устраивал гонки по Москве на своём «Гелендвагене» и любил подраться, служба безопасности ЮКОСа не раз вызволяла его из отделений милиции – хорошо оплачивались. Вознаграждение начальника юруправления было на порядок больше, чем у его ближайших подчинённых. Однокурсник Василия Алексаняна адвокат Антон Дрель вспоминает, что однажды тот приехал к нему ночью из казино с мешком с 500 тыс. долларов. «Проигрывал он, конечно, больше, чем выигрывал», – говорит адвокат. Какую надо было иметь зарплату, чтобы проигрывать суммы в полмиллиона долларов? И за что бережливые собственники компании так вознаграждали своего юриста? Только ли за возможность выстраивать схемы или за то, что он фактически становился ответственным подписантом по всем процессам вместо реальных кукловодов, стоящих за сценой?

Ртутный след

В апреле 2006 года эти хорошо оплаченные риски, можно сказать, реализовались. 7-го числа Басманный суд постановил отправить Алексаняна в СИЗО. В знак протеста исполнительный вице-президент ЮКОСа объявил голодовку. Он просил суд избрать другую меру пресечения, сославшись в том числе на имевшееся у него заболевание сосудов головного мозга. «При обыске у меня дома были изъяты документы, свидетельствующие о наличии у меня в крови металлов. Это ртуть, стронций», – заявил Алексанян в суде. При продлении срока содержания под стражей в августе 2006-го он в очередной раз скажет, что неизлечимо болен и добавит: «В условиях изолятора у меня стали разлагаться десны». Отравление тяжёлыми металлами, как мы знаем, обостряет у человека все хронические заболевания. По факту отдельных симптомов нет. Выявить внешне нельзя и нужно делать анализ на ртуть. Но с результатами анализов крови, о которых говорил арестованный, этого никто почему-то не связал.

Позднее у Василия Алексаняна выявили туберкулёз, поражение печени и целый букет онкологических заболеваний. После того как он объявил, что является носителем ВИЧ, это и стало главным объяснением его проблем со здоровьем. Причём большинство друзей арестованного якобы не знали о его диагнозе до того, как он был помещён в СИЗО. Некоторые из них вспомнят, что незадолго до задержания он попал в ДТП и поехал зашивать раненую голову «в каком-то левом травмпункте на Пресне». Возможно, там и заразился. Впрочем, образ жизни Алексаняна позволяет предположить и другие варианты обретения неизлечимой болезни. Но мы вернёмся к делам ЮКОСа.

По теме

Примерно в то же время, в августе 2006 года, стало известно о попытке отравления ртутью бывшего директора по стратегическому планированию и корпоративным финансам НК «ЮКОС» Алексея Голубовича. В интервью федеральному телеканалу он рассказал, что ртуть нашли в нескольких автомобилях, в том числе в служебном, которыми пользовались члены его семьи. В результате отравления пострадал младший сын Голубовича, его бывшая жена и её семилетняя племянница. «Пошли проверяться, а, оказывается, в тот же центр, где потом нам все анализы делали, обращались другие бывшие сотрудники ЮКОСа с такими же точно проблемами. Так, собственно, мы узнали о принадлежности к некоему клубу товарищей, накушавшихся ртути», – сообщил он.

Спустя почти пять лет Алексей Голубович рассказал корреспонденту «Нашей Версии», что история с найденной в машинах ртутью ничем не закончилась, так как сам он заявления в полицию не подавал. При этом сам Голубович уже много лет вынужден лечиться от последствий поражения внутренних органов, вызываемых в том числе подобными веществами.

Кроме того, нам подтвердили информацию об аналогичных попытках отравления других высокопоставленных сотрудников ЮКОСа, в том числе Бориса Золотарёва (после ухода из ЮКОСа – бывшего губернатора Эвенкии). По словам одного из бывших руководителей ЮКОСа, у всех, кто сталкивался с ртутью, были проблемы внутри компании, которые вряд ли могли не попасть в поле зрения службы безопасности. «Золотарёв Борис Николаевич отвечал в том числе за недвижимость, знал, что, у кого и откуда взялось, и был потенциально опасным носителем информации для некоторых товарищей за границей...», – сказал наш собеседник.

Другой его бывший коллега по ЮКОСу рассказал, что в похожей ситуации оказался и Константин Кагаловский, который однажды обронил, что «его хата с краю». Насколько можно судить, крупные акционеры компании могли считать свой «колхоз» неделимым. То есть выйти с долей оттуда нельзя. Что это, круговая порука или клан, не ясно, но объяснять что-то человеку, высказавшему такую позицию, могли посчитать ненужным.

Мог ли Василий Алексанян входить в список отравленных, ведь у главного юриста ЮКОСа тоже были непростые отношения со службой безопасности, которую курировал Леонид Невзлин, осуждённый заочно за организацию трёх убийств и серию покушений (см. справку «Три убийства и серия покушений» в конце статьи)?

«На этот вопрос нельзя ответить ни да, ни нет. Строить догадки не позволяет профессия… Но есть странное стечение обстоятельств: те люди, которые занимались вопросами продажи значительной доли компании американцам, этих людей больше нет», – рассказал нам тесно работавший с Алексаняном руководитель одного из финансовых подразделений компании. При этом достоверно известно, что Алексанян был одним из трёх высокопоставленных сотрудников компании, полностью осведомлённых обо всех главных деталях проходивших в первой половине 2003 года переговоров с представителями Exxon Mobil и Chevron Texaco по вопросам продажи контрольного пакета ЮКОСа американцам. Двое других – британский адвокат Стивен Кертис и бывший член совета директоров НК «ЮКОС» Юрий Голубев. И оба они погибли в Соединённом Королевстве при весьма странных обстоятельствах.

Невероятное везение

3 марта 2004 года Стивен Кертис, который на тот момент был управляющим директором группы МЕНАТЕП, владевшей контрольным пакетом акций ЮКОСа, погиб в результате авиационной катастрофы возле аэропорта Борнмут. Новенький вертолёт Augusta-109 не дотянул всего полтора километра до посадочной площадки. По сообщениям британских СМИ, падение машины видели с расположенной неподалёку фермы Питт-Хаус. Очевидцы рассказали, что вертолёт начал издавать «какой-то странный, неестественный звук», затем резко потерял высоту, ударился о землю и загорелся. Вместе с единственным пассажиром погиб опытный пилот.

Британские таблоиды тогда писали, что в разговорах с друзьями незадолго до гибели Кертис предполагал, что его попытаются убить. Управляющим директором МЕНАТЕПа

По теме

он тоже стал незадолго до этого. На фоне стартовавшего в России банкротства ЮКОСа этот специалист по офшорам оказался, пожалуй, наиболее осведомлённым об иностранных активах компании лицом. Также, по информации «Таймс», едва ли не накануне своей гибели Стивен Кертис контактировал с сотрудниками Национального бюро по расследованию уголовных преступлений и собирался поделиться с ними какой-то информацией. Всё это происходило на фоне обысков, которые полиция Швейцарии провела по запросу России у связанных с ЮКОСом компаний и частных лиц в Цюрихе и Женеве.

После долгого разбирательства дотошное британское следствие заявило, что не нашло в обстоятельствах гибели Кертиса явных признаков криминала. Через девять лет примерно такое же заявление мы услышим по поводу якобы самоубийства в Аскоте беглого олигарха Бориса Березовского. Но мы хотим рассказать вовсе не об этом. Достоверно известно, что 3 марта 2004 года Василий Алексанян, покинувший ЮКОС в начале 2002-го, находился в Лондоне и едва не оказался в том самом вертолёте вместе с британским коллегой.

«Василий Георгиевич [Алексанян] с ним [Стивеном Кертисом] практически по­дружился, проводил [с ним] какое-то время. Видимо, эмоционально были близки, потому что оба такие мыслители, креативщики. Они чем-то были похожи. Оба любили активный отдых: охота, вертолёты и так далее, – рассказывает один из руководителей компании, много лет хорошо знавший и Алексаняна, и Кертиса. – Я не помню, кто мне первым рассказал, но знаю это из двух источников. Стивен Кертис должен был лететь на остров, где у него был дом, и пригласил с собой Василия Георгиевича, который был вроде как с женой. Я с женой его не встречался, не знаю, как её зовут… Вроде как у неё в последний момент заболела голова, и она лететь отказалась. Он [Василий Алексанян] остался вместе с ней, это его и спасло».

По словам одного из наших собеседников, позднее такую же информацию о событиях 3 октября 2004 года ему сообщил Юрий Голубев. Сам Голубев скончался в Лондоне в январе 2007 года при обстоятельствах, которые выглядят странными.

«Помню, что у меня с ним была назначена встреча. Я прилетел в Лондон из Москвы. Еду в машине, и мне звонит его помощник: он умер сегодня ночью. Лёг спать, и что-то сердце у него остановилось. Он только приехал из Китая, куда он ездил регулярно что-то лечить иглоукалыванием, – рассказывает другой близкий товарищ Голубева. – Он в свои 65 лет был реально в отличной форме: здоровым физически и крепким – мы и в походы ходили, и с сердцем у него всё было в порядке».

В России Юрия Голубева никто не преследовал, напротив, Генеральная прокуратура считала его важным свидетелем по уголовным делам в отношении Ходорковского, Лебедева и Невзлина. В Лондоне, вопреки российскому запросу и не в пример недавним историям с «Новичком», смерть Голубева толком не была расследована. Поэтому мы можем лишь констатировать, что к началу 2007 года находившийся под стражей в Москве Василий Алексанян был единственным из оставшихся в живых топ-менеджеров ЮКОСа, участвовавшим ранее в переговорах о продаже части компании американским нефтяным гигантам и знавшим в деталях её офшорные элементы.

Новые попытки отравления

Внимательный читатель увидит в нашем тексте нестыковку: Василий Алексанян ушёл из ЮКОСа в 2002 году, но на момент ареста в 2006-м он занимал пост исполнительного вице-президента компании. Всё дело в том, что он занял этот пост меньше чем за неделю до ареста. Формально – по решению находившегося в Лондоне совета директоров, но в реальности, как рассказали Вере Челищевой бывшие коллеги и друзья Алексаняна, по собственной инициативе. На тот момент Михаил Ходорковский и Платон Лебедев уже сидели в тюрьме, Леонид Невзлин успел обустроиться в Израиле, а бывшая нефтяная империя находилась в стадии банкротства.

Едва ли не все опрошенные Верой Челищевой бывшие юристы ЮКОСа объясняют это странное поведение своего бывшего начальника мальчишескими амбициями, максимализмом и тщеславием. «Вася считал, что ему удастся что-то такое немыслимое сделать, как-то разрулить ситуацию. Хотя было очевидно, что шансов у него нет», – сказал, в частности, бывший юрист ЮКОСа Павел Ивлев.

По теме

Самого Алексаняна о его мотивах уже не спросишь, но трудно поверить, что выпускник МГУ и Гарварда, превосходный шахматист и автор большинства крупных схем, по которым работал ЮКОС, решил превратиться в Дон Кихота. Вполне вероятно, как мы теперь можем лишь предполагать, исполнительного вице-президента сделали пешкой в большой игре с условиями и правилами, известными лишь бывшим владельцам компании. Точнее – Леониду Невзлину, как единственному оставшемуся на свободе. Михаил Ходорковский в книге говорит, что через своих адвокатов прямо передал Василию Алексаняну совет не лезть в это дело.

Кто мог убедить опытного юриста в том, что на фоне банкротства ЮКОСа у него есть некие гарантии неприкосновенности? Сам Невзлин рассказывает, что в качестве такой гарантии Алексанян мог воспринимать свою якобы имевшую место встречу с Олегом Дерипаской. Но по такому принципу можно назвать фамилию любого человека из списка Forbes, а самого бывшего исполнительного вице-президента, повторим, об этом уже не спросишь.

Дальше Василию Алексаняну предъявили обвинения в отмывании денег и хищении чужого имущества путём присвоения и растраты на 11 млрд рублей, иски были предъявлены от компании «Томскнефть» и Федерального агентства по управлению имуществом. Затем последовали два мучительных года в СИЗО, прогрессирующая болезнь и нестерпимая боль. Наше неповоротливое государство, особенно его архаичная уголовно-исполнительная система, как будто превратилось в подразделение некоей пиар-службы, решившей превратить мучения Василия Алексаняна в политическое шоу, которое хорошо продавалось на Западе.

Если так, то финалом этой драмы должна была стать его смерть в камере изолятора, но Алексаняна выпустили на волю: в декабре 2008-го суд решил освободить его под залог, а в июне 2010-го дело против бывшего юриста ЮКОСа было прекращено в связи с истечением срока давности. Государственное обвинение против этого не возражало. Что последовало дальше? Вернувшегося домой тяжелобольного человека снова пытались убить.

«Сам Алексанян периодически рассказывал мне про череду странных событий, которые происходили с ним на свободе. То дома у него внезапно пошла горлом кровь, а выехавшего к нему срочно врача, у которого он наблюдался, остановила по пути машина ДПС, долго проверяла документы. Врач смог при­ехать очень поздно и спас его в последний момент. Действительно странный случай», – рассказал Вере Челищевой адвокат Константин Ривкин.

История с милиционерами, якобы замедлившими прибытие врача, вполне узнаваемая. В 1990-е примерно такую тактику использовала служба безопасности ЮКОСа против миноритарных акционеров его «дочек» в регионах. Экипажи ДПС начинали активно останавливать машины миноритариев, спешивших на собрания. Тогда этому никто особо не удивлялся, ведь костяк службы составляли бывшие силовики, которые вовсю использовали свои связи на прежних местах работы. Тот же Алексей Пичугин, осуждённый за организацию нескольких убийств в интересах ЮКОСа, – бывший сотрудник КГБ СССР, чуть ли не половина работавших на него киллеров – бывшие милиционеры.

В своей книге Вера Челищева называет предполагаемых заказчиков уничтожения Василия Алексаняна, кого именно – догадаться нетрудно. Однако с учётом того, что трагедия безнадёжно больного человека в тюрьме полностью вырвана из контекста событий, происходивших в то время вокруг ЮКОСа, мы рискнём предположить, что в реальности заказчики иные. И, возможно, поэтому от участия в создании книги отказались не только близкие Алексаняна, но и его бывшая подчинённая Светлана Бахмина, которая, очевидно, была лишь пешкой в одной из многочисленных криминальных схем, но была вынуждена провести в колонии шесть с половиной лет.

По теме

«Кто не с нами, тот против нас»

Вырвать смерть человека из контекста его жизни – задача крайне непростая, слишком много возникает помех. Видимо, поэтому Вера Челищева решила не опрашивать для своей книги широкий круг людей, которых она тем не менее упоминает едва ли не в каждой главе.

«Я не стала связываться с Дмитрием Гололобовым, что, наверное, неправильно, ведь должны быть представлены обе точки зрения. Но он мне кажется уж слишком тенденциозным: часто публикует не основанные на фактах посты в социальных сетях, в которых зачастую опускается до оскорблений в адрес бывших коллег и бывшего начальства. Да и не в постах, собственно, дело. Мне просто ясна суть этого человека», – пишет автор. И добавляет, что в 2016 году Гололобов (он возглавил юридическое управление ЮКОСа после ухода Василия Алексаняна в 2002 году) дал показания в американском суде, сообщив среди прочего о незаконном и коррупционном характере приватизации ЮКОСа в 90-е и о прочих нарушениях в компании.

По всей видимости, не пыталась Вера Челищева связаться с Эдуардом Ребгуном – арбитражным управляющим в деле о банкротстве ЮКОСа. При этом автор приписывает покойному Василию Алексаняну резкие высказывания в его адрес, правдивость которых может вызывать сомнения.

«Алексаняна видел один раз. Обсудили, что я должен делать в соответствии с законом и что требуется от него. Было полное взаимопонимание, он произвёл на меня впечатление грамотного юриста с холодной головой», – сказал Эдуард Ребгун корреспонденту «Нашей Версии».

Ситуация выглядит так, что для бывших юкосовцев, которые продолжают судиться с Россией за якобы отобранные у них 50 млрд долларов, мёртвый Василий Алексанян куда удобнее живого. Трагедия его семьи упакована в нужную обёртку и вполне может быть использована в качестве тарана в иностранных судах и газетах, вряд ли желающих разбираться во всех нюансах непростой и кровавой истории ЮКОСа.

Три убийства и серия покушений

Бывшие сотрудники ЮКОСа и даже оппоненты Леонида Невзлина признают его необычайный талант пиарщика. Однако ценили его не только за это. В 2008 году Невзлин был заочно осуждён в России к пожизненному сроку за серию тяжких преступлений. Заочно – поскольку с 2003 года он проживает в Израиле. Запросы на экстрадицию осуждённого в Россию были отклонены.

Помимо целого ряда экономических статей Невзлин приговором Мосгорсуда признан виновным в следующих преступлениях:

  • организация убийства директора ТОО «Торговая фирма «Феникс» Валентины Корнеевой в январе 1998 года в Москве. Женщина владела приглянувшимся ЮКОСу помещением на Покровке и отказалась продавать его по заниженной цене;
  • организация убийства мэра Нефте­юганска Владимира Петухова в июне 1998 года. Петухов требовал у ЮКОСа выплаты налогов в местный бюджет;
  • организация убийства Николая Федотова – водителя управляющего компанией East Petroleum Евгения Рыбина. В период его конфликта с ЮКОСом на Рыбина покушались дважды, бизнесмену удалось выжить;
  • организация покушения на бывшего начальника управления делами ЗАО «Роспром» Сергея Колесова;
  • организация покушения на бывшую сотрудницу ЮКОСа Ольгу Костину, которая затем перешла на работу в мэрию Москвы. При попытке убийства Костиной киллеры устроили взрыв, едва не разрушив целый подъезд жилого дома в Москве.

По тем же эпизодам к пожизненному заключению приговорён бывший подчинённый Невзлина Алексей Пичугин. В ЮКОСе он возглавлял отдел внутренней экономической безопасности.

Выше перечислены лишь те преступления, которые были расследованы и доказаны. Если верить источникам, после отравления в 1995 году банкира Ивана Кивелиди Леонид Невзлин активно заинтересовался возможностью применения ядов.

Разбитый градусник для адвоката

В середине октября 2008 года в Страсбурге была госпитализирована российский адвокат Карина Москаленко, которая представляла интересы Михаила Ходорковского в Европейском суде по правам человека. Москаленко и члены её семьи обратились к врачам с жалобами на головокружение, тошноту и головную боль. В автомобиле адвоката было обнаружено вещество, похожее на ртуть. Французская полиция возбудила по данному факту уголовное дело. Примерно через неделю человек, продавший машину Карине Москаленко, признался, что случайно разбил в салоне ртутный барометр. На фоне короткого расследования целый ряд российских и западных изданий успели озвучить предположения об отравлении известного адвоката по приказу российских властей.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 12.07.2021 09:00
Комментарии 0
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх