Версия // Общество // Когда сбоит обратная связь

Когда сбоит обратная связь

3869

Как убить барина?

2
В разделе

Американский президент Линкольн говорил, что государство должно заниматься только теми вопросами, которые самостоятельно люди решить не могут. В России отношения между народом и государством исторически сложились иначе, и тому есть причины. Различные ига, огромная территория, где указания из Москвы могли идти на окраины больше года, – в итоге даже самодержец при всей своей неограниченной власти не мог уследить за порядком в империи, отчего на местах всем заправляли мелкие начальники. Отсюда и возникла вера в доброго царя, которому надо только открыть глаза на творящееся беззаконие, и уж тогда он, конечно, накажет плохих бояр!

Отечественная литература зафиксировала сложный процесс функционирования челобитной системы по пути поиска закона и справедливости. Униженность просящих зафиксирована в стихотворении Некрасова о парадном подъезде и в картине «Земство обедает», где под окном сидят нищие крестьяне. Ну а брендом вековой надежды народа на верхи стало стихотворение о барине, который приедет и рассудит всё по правде. В итоге, не дождавшись справедливости, просители скинули просимых и получили возможность наладить жизнь самостоятельно. Но где там. Символом нового советского челобитничества стала картина «Ходоки у Ленина». А место прежней царской бюрократии вскоре заняла в разы выросшая бюрократия советская. Заодно благодаря выросшей грамотности в разы увеличился поток жалоб. Сказалась и вездесущая роль государства, которое не оставило без своего внимания ни одной сферы жизни советского гражданина. Жаловаться стало возможно на всё, что выразилось в советском анекдоте. Партком разбирает жалобу от жены на невыполнение супружеского долга: «Да поймите, я же импотент». – «Прежде всего ты коммунист!»

Стали выгодны доносы. В годы большого террора за своевременный «сигнал» перепадали если не материальные блага, то плюсик в личное дело за лояльность и бдительность. Неизмеримо увеличилось и количество «обжалуемых». Если раньше это были чиновники, то в советский период показать власть мог практически любой: официантка, приёмщица химчистки, швейцар. Великолепно описано это в статье Шукшина «Кляуза». Вахтёрша больницы не пустила к нему двух других великих писателей.

Барин деградировал

И вот случился новый поворот, как пела известная группа. Сегодня государство вроде бы с тебя больше ничего не требует, кроме налогов. Но, как и с реваншем просителей в 1917-м, что-то пошло не так. Снова усиление вертикали власти, рост бюрократии в разы, лавина противоречивых законов и инструкций. И народ понимает: без абстрактного барина опять обойтись нельзя. Но новое начальство такой задачи себе не предполагало, да и челобитничество всё меньше вписывалось в современные условия. Начался ералаш.

При всём небрежении российской власти к сигналам из низов существовали какие-то правила. В грозные времена была традиция: доносчику первый кнут. Били не за доносы сами по себе – таким образом боролись с напраслиной. Подтвердил под пыткой написанное – честь и хвала. Нет – не обессудь, будешь знать, как государевых людей отвлекать чепухой. В советские застойные времена отказались рассматривать анонимки – честному человеку нечего скрывать! Кроме того, категорически запрещалось пересылать жалобу тому, на кого она была написана. Нельзя было относиться к сигналу формально. Помню, как председатель горисполкома распекал начальника телефонной станции, который на все обращения отвечал стандартной фразой: «Установить вам телефон нет технической возможности». Мол, в космос летать техническая возможность у нас есть, а телефон установить – нет!

Существовал и другой принцип: ни одного письма без ответа. Тотально проверялись сигналы о злоупотреблениях. Помню, как у сотрудницы на работе развилась шизофрения и она стала подозревать начальника, что тот хочет её уволить. Решила нанести упреждающий удар и отправила в прокуратуру перечень прегрешений безобидного шефа. В том числе упоминалось его потворство сотрудникам: дескать, я ходил на обед и частенько задерживался, а начальник не реагировал. В итоге мне пришлось давать признательные показания двум тётям в мундирах. Сообщение о душевной болезни жалобщицы на них впечатления не произвело, они о нём знали. Но сообщение о нарушении трудовой дисциплины требовалось проверить.

По теме

В отличие от дня нынешнего жаловаться можно было «квадратно-гнездовым» способом, по ведомственной вертикали. На прокурора можно было написать в партийные органы, на начальника милиции в райсовет, а заодно на всех скопом – в редакцию газеты, которых бюрократы очень боялись. Ныне же в силу вырванных у прессы зубов и невозможности перекрёстных жалоб защищать честь мундира бюрократам стало намного легче. За отписку уже не накажут – наоборот, начальство ещё и похвалит, что отмёл лишнюю работу. А личные приёмы и вовсе потеряли свой смысл. Прежде на них приходили как в последнюю инстанцию, потому на приёме присутствовали профильные специалисты, а иногда и те, на кого жаловались. Разбирательство шло тщательно, отчего за один приём проходили всего пять-шесть просителей. Сегодня чиновники радостно рапортуют: на наш приём пришли 90 человек. Что можно решить за это время? Принять жалобу и положить её в очередной долгий ящик? Непонятно и то, зачем находящаяся у власти партия открывает свои приёмные, в которые можно жаловаться на чиновников, имеющих партбилет с той же самой символикой. Ничего, кроме недо­умения, а то и озлобления, это вызвать не может.

Сменить на менеджера

Можно ли покончить с порочной многовековой практикой? Легко. Власть должна перестать быть барином, а стать менеджером. Модель «царь хороший – бояре плохие» очень соблазнительна. В краткосрочной перспективе даже действенна. Ведь так очень просто свалить на подчинённых свои ошибки – дескать, голова у них закружилась. И, выполнив просьбу, заработать авторитет дешёвой подачкой. Как бывает: приезжает кандидат в губернаторы в район, начинает обещать всё вплоть до установки турничка в парке, публично разносит местного главу. И все радуются – ну герой! Но это до поры до времени, а потом пелена с глаз спадает. В итоге возникает общее недовольство и недоверие к власти. Так что пора бы объяснить людям, кто за что отвечает, и спрашивать за это. И вертикаль власти тут не помеха, а скорее подспорье. Мол, я, как губернатор, отвечаю за вот это, а тут спросите у главы своего района. Можем софинансирование организовать из областного бюджета, может, и вы деньгами или субботниками подсобите. Привлекать людей к принятию решений, пониманию возможностей. Не станет барина – не станет челобитника.

Второй важный момент, о котором говорят все сверху донизу, – диктатура закона. К сожалению, дальше разговоров дело не идёт. Сказываются низкое правосознание и убеждённость в том, что можно всё решить в обход закона. Мой приятель молодости уехал в 90-е в Нью-Йорк, где у него была родственница – знаменитый врач, спонсировавшая избирательную кампанию сенатора. На вечеринке для спонсоров сенатор поинтересовался, чем может их отблагодарить. Врач попросила за родича с Украины. Сенатор направил запрос. Приятеля вызвал инспектор миграционной службы и объяснил, что есть закон и никакие сенаторы его поменять не могут. А письма от них только ситуацию ухудшат. Ибо во избежание неприятностей для себя инспектор теперь проследит за действием закона очень скрупулёзно.

«Земство обедает», худ. Григорий Григорьевич Мясоедов
«Земство обедает», худ. Григорий Григорьевич Мясоедов

Хотя про закон у нас тоже говорят. Только привычное выражение «идите в суд!» стало той же самой бюрократической отмазкой. Откуда у малоимущего населения деньги на адвокатов? Хотя закон о бесплатной юридической помощи принят ещё много лет назад, но бесплатного адвоката дают, только когда садишься на скамью подсудимых. В советские времена были в органах власти подразделения для работы с письмами и обращениями, ответы проходили юридическую экспертизу. Вот и в Израиле есть должность гос­контролёра, которому можно жаловаться на разные ведомства, а в министерствах имеются свои контролёры, проверяющие ответы на жалобы. Завизировал отписку – потерял должность. И административную ответственность за отфутболивание просьб хорошо бы у нас ввести, раз партийная устарела. Это стало бы серьёзным шагом по восстановлению доверия. В электронный век сделать такое несложно. На сайте госуслуг фиксировать обращения и ответы на них каждого гражданина. Никто не станет ругать за электронный концлагерь, ещё и спасибо скажут.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 05.07.2021 16:30
Комментарии 0
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх