// // Как процветала коррупция при Сталине

Как процветала коррупция при Сталине

1844

«Блат, взятки, хищение госсобственности…»

Как процветала коррупция при Сталине
В разделе

История с задержанием первого заместителя руководителя Главного следственного управления СК по Москве Дениса Никандрова, подозреваемого в получении от представителей криминального мира взятки в миллион долларов, и обнаружение склада денег в доме у экс-главы Федеральной таможенной службы Андрея Бельянинова вновь заставили граждан задуматься над тем, как живёт российская властная элита.

При этом, как и прежде в подобных ситуациях, вновь зазвучали сетования, что при Сталине подобного не случалось и не могло случиться в принципе. Увы, как показывают документы, даже при всей строгости сталинской эпохи коррупция в СССР не просто процветала, но фактически являлась неотъемлемой частью функционирования государственной машины.

Как известно, казнокрадство и чиновничье мздоимство являлись одними из тех пороков, которые большевики ставили в упрёк самодержавной России, призывая строить новое общество сознательных и честных граждан. Впрочем, своих соотечественников Ленин вовсе не идеализировал, отмечая, что национальная склонность к даче и приёму взяток является одним из трёх «величайших врагов революции». В связи с этим случаи коррупции среди советских служащих расценивались как антигосударственные преступления. В 30-е годы это привело к тому, что проворовавшийся чиновник порой с удивлением узнавал от следователя, что на самом деле принять взятку его подговорили иностранные шпионы и потому в суд он теперь пойдёт по политической статье. Однако даже угроза репрессий не смогла искоренить у ответственных лиц на всех уровнях привычки воровать всё, что плохо лежит, и вымогать деньги за исполнение собственных обязанностей. В особенности она усилилась после окончания Великой Отечественной войны. О масштабе явления говорит тот факт, что менее чем за год, с июля 1945-го по май 1946-го, было привлечено к ответственности 4980 партийных работников и руководителей организаций.

«Трёх человек использовал в качестве прислуги»

Не облечённые властью граждане отлично знали о том, как живёт и работает начальство. Показательным в этом отношении может считаться такой случай: в январе 1946 года органы сообщали о появлении в народе крамольной песни на мотив популярной здравицы «Будьте здоровы». Переделанный текст гласил: «Желаем, чтоб каждый был счастлив отныне, / Всегда чтоб имел бы он блат в магазине./ В милицию тоже не суйтесь без блата: / Там вам не пропишут ни тёщу, ни брата».

Потому вполне естественно, что народ надеялся на исправление ситуации. Архивы сохранили письмо, написанное неким И. Жеребцом лично Сталину. «За период Отечественной войны распространились внутри страны злодеяния, которые наносят огромный ущерб нашему народному хозяйству. Имеются в виду: блат, взятки, спекуляция, хищение и присвоение государственной собственности, злоупотребление занимаемым положением, вымогательство, рвачество и т.д. и т.п.», – писал он.

Доктор исторических наук Игорь Говоров приводит в своей работе материалы ревизий, проведённых в 1946 году в Ленинградской области. Только закончилась война, пережившее оккупацию и блокаду население едва оправилось от голода. На этом фоне, как установили ревизоры, руководители торфопредприятия в Шувалове за полгода присвоили 778,7 килограмма хлеба, 336,2 килограмма крупы, 55,9 килограмма сахара и 29,4 килограмма мяса, списав их как выделенные на доппаёк рабочим. Туда же ушли 135 литров водки, которая в сильные морозы должна была выдаваться грузчикам. «Директор торфопредприятия Махов и главный инженер Аганин выкупили из подсобного хозяйства две коровы по цене в 10 раз ниже балансовой. По таким же ценам коровы были проданы председателю обкома союза торфяников, начальнику транспортного отдела треста «Торфснаб» и т.д. В качестве главного экономиста на предприятии Махов оформил свою жену, которая жила в Ленинграде. Она не приезжала даже за зарплатой (деньги и карточки ей перевозили в Ленинград). Трёх человек, оформленных как рабочие на предприятии, Махов использовал в качестве домашней прислуги», – пишет Говоров.

По теме

Аналогичные случаи присвоения были вскрыты и на других предприятиях. В Оредежском районе Ленинградской области всех свиней, выделенных для направления в колхозы, разобрали себе чиновники. При этом воровали животных не только местные кадры, но и сотрудники областных органов власти, покрывая тем самым нижестоящих служащих. В 1949 году громкий скандал произошёл в Омской области: управляющий мельничным трестом систематически воровал из кассы деньги и ездил отдыхать на курорты, оформляя свои вояжи как командировки. Глядя на шефа, его подчинённые также занимались хищениями и подлогами, причём в стороне не остался даже секретарь партийной организации.

Своих не бросаем

При этом сложно сказать, что больше возмущало граждан – то, что чиновники воруют, или же то, что во многих случаях они не несут за это никакого наказания. Так, немало шума наделал произошедший в Ленинграде случай беззастенчивого воровства денежных пособий, путёвок в санатории и тканей, предназначавшихся для инвалидов войны, которое организовала заведующая отделом соцобеспечения Никитина. Когда всё вскрылось, наказанием для неё стало увольнение с должности с последующим назначением на не менее хлебный пост – Никитина стала заместителем заведующего ломбардом. Однако воровать она продолжила и там, только после этого ею и заинтересовались органы.

Такая политика объяснялась просто – руководители проворовавшихся служащих не хотели огласки, чтобы не проштрафиться самим в глазах вышестоящего начальства. Поскольку любой скандал неминуемо оборачивался позором, ухудшавшим позиции района, города или области, местные власти старались лучше замять его, чем дать делу законный ход. Поскольку же привлечь служащего к ответственности без согласия партийных органов было невозможно, система замыкалась сама на себя. Из-за этого более-менее высоко сидящий чиновник чувствовал себя почти безнаказанным. Например, уличённого в крупных злоупотреблениях председателя райисполкома Житнева хоть и сняли с поста, но вместо тюрьмы отправили в «ссылку» – учиться в областную партийную школу. Другой секретарь райкома, пустивший лес для постройки моста на возведение собственной дачи, отделался воспитательной беседой.

Это нежелание выносить сор из избы позволяло создавать целые коррупционные схемы. «В ленинградском тресте столовых в 1945–1946 годах процветала пирамида повсеместных поборов, на вершине которой стоял директор треста Леговой. Во всех столовых, ларьках, чайных треста господствовала практика обвеса и обсчёта потребителей. Только в феврале 1946 года в тресте было расхищено продуктов на 18 тыс. рублей, в июне – на 50 тыс., – пишет Игорь Говоров. – Леговой напрямую покровительствовал проворовавшимся подчинённым. Директора столовых, уличённые торговой инспекцией в злоупотреблениях, тут же получали новые должности. Работники, выступившие против хищений, изгонялись из треста, а прикрытие от излишней активности правоохранительных органов Леговому обеспечивало покровительство друзей из райкома партии».

В результате жаловаться на коррупционеров зачастую оказывалось не только бесполезно, но даже опасно. Так, работницу совхоза «Пискарёвка» Е. Фёдорову, которая пожаловалась на своё вороватое начальство, выселили из дома и пригрозили упечь в тюрьму за «антисоветскую агитацию и клевету на честных коммунистов».

А ленинградский домоуправ Маков, заявивший о том, что чиновники жилуправления спекулируют квартирами, был уволен, отправлен под следствие и объявлен сума-сшедшим.

Кстати

О том, что самые высокопоставленные руководители страны также не гнушались бытовым комфортом, свидетельствует постановление Политбюро «О дачах ответственных работников», принятое в феврале 1938 года. В нём говорилось: «Ввиду того, во-первых, что ряд арестованных заговорщиков (Рудзутак, Розенгольц, Антипов, Межлаук, Карахан, Ягода и др.) понастроили себе грандиозные дачи-дворцы в 15–20 и более комнат, где они роскошествовали и транжирили народные деньги, демонстрируя этим своё полное бытовое разложение и перерождение, и ввиду того, во-вторых, что желание иметь такие дачи-дворцы всё ещё живёт и даже развивается в некоторых кругах руководящих советских работников, СНК СССР и ЦК ВКП (б) постановляют:

1. Установить максимальный размер дач для руководящих советских работников в 7–8 комнат среднего размера для семейных и 4–5 комнат для несемейных.

2. Дачи, превышающие норму в 7–8 комнат, передать в распоряжение Совнаркома СССР для использования в качестве домов отдыха руководящих работников».

Сохранился и исторический анекдот. Как рассказывал Эдвард Радзинский, знаменитый полярник Папанин построил себе роскошную дачу и пригласил на неё Сталина. По окончании визита вождь записал в книге отзывов: «Хороший детский сад». Вскоре по даче уже бегали малыши.

Опубликовано:
Отредактировано: 08.08.2016 08:53
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх