// // Интервью главного редактора журнала «Искусство» Алины Стрельцовой для «Новости СМИ»

Интервью главного редактора журнала «Искусство» Алины Стрельцовой для «Новости СМИ»

1222

Живой учебник современного искусства

В разделе

Журнал «Искусство», появившийся в 1933 году, стал первым в СССР периодическим изданием по изобразительному искусству. Сегодня издание продолжает рассказывать о самых интересных и необычных художественных явлениях. Редакции НСМИ удалось встретиться с заместителем главного редактора журнала Алиной СТРЕЛЬЦОВОЙ и поговорить не только об издании, но просто об искусстве.

Расскажите, пожалуйста, о вашем издании. О чем вы пишете?

Мы выпускаем живой учебник современного искусства. Каждый номер журнала полностью посвящен какой-то одной теме, которую мы пытаемся раскрыть или, по крайней мере, дать читателям некоторую структуру, на которую они смогут наращивать дополнительные знания.

В последние годы ситуация с изданием книг о культуре и искусстве улучшилась – их появляется все больше. Но все равно этих книг не хватает, чтобы разобраться в новых сюжетах, которые все время возникают. Часто при помощи журнала раскрыть их проще, нежели в форме книги.

Для каждого номера подбирается своя команда экспертов, которые занимаются непосредственно заявленной темой. То есть если номер посвящен индийскому искусству, авторами станут искусствоведы и культурологи, занимающиеся именно этой страной. Если мы не найдем их в России – значит, обратимся к иностранным исследователям. Так часто и бывает. Тем более что индийские авторы, очевидно, знают свою ситуацию изнутри, и их никем не заменишь. Все, о чем мы пишем, важно именно сегодня, журнал фиксирует наше время, но эта фиксация не новостная – с ней лучше справляется интернет и газеты, а мы пытаемся передать и проанализировать текущие изменения в мировоззрении, современной картине мира. Для этого журнальный формат подходит гораздо лучше.

Мне нравится идея расследования, с ней связана вся постмодернистская культура. Не примитивного – совершено преступление, и надо понять, кто убийца, а культурологического: что-то важное произошло, но нет такого человека, который владел бы всей информацией о произошедшем. Поэтому мы собираем эту мозаику по кусочкам, от свидетеля к свидетелю: кто-то выдает желаемую картину за истинную, другие участники событий в своих рассказах противоречат друг другу. Но постепенно пазл складывается. И вызывает новые вопросы.

Например, в номере «История искусства – это яд» одним из наших героев был профессор Чикагского института искусств Джеймс Элкинс. Он рассказал, как однажды во время семинара решил поговорить со студентами об эмоциональном восприятии искусства. Обычно непрофессионалы так и воспринимают картины: любуются ими, негодуют, плачут, ненавидят – это тоже нормально. А вот искусствоведы в таком праве себе отказывают. Так вот, одна студентка рассказала, как расплакалась на выставке немецких романтиков, причем навзрыд: пол качался под ногами, сердце колотилось. Остальные участники семинара ее жестоко осудили, сказали: «Картины – это интеллектуальные произведения. Любить их ненормально». И посчитали, что этой наивной дурочке никогда не стать серьезным историком. Элкинс сначала с ними согласился, потом посоветовался с коллегами, которые также рассудили, что рыдающим искусствоведам не место в профессии. В итоге он написал книжку о людях, которые плачут перед картинами. И действительно, зачем еще искусство, если вы даже не способны обрадоваться ему или возненавидеть, только твердить сухие сведения с умным видом. Элкинс рассказал и свою собственную историю – о картине Джованни Беллини, по которой сходил с ума в детстве. Благодаря ей он стал специалистом по Ренессансу, но, выучившись, взамен перестал что-то чувствовать к обожаемому ранее произведению. Вот и получается, что «история искусства – это яд». Ну, а наша задача была проверить его гипотезу на других специалистах, выяснить, правда ли живое человеческое восприятие живописи способно быть полезным при работе с ней. Выяснилось, что так думают многие. И их личные истории общения с искусством стали основой для важных и интересных открытий.

По теме

А вы сами плакали перед какой-нибудь картиной?

В моем детстве была похожая история с «Афинской школой» Рафаэля. В старших классах я неоднократно делала доклады об этой фреске и на уроках истории, и на занятиях по мировой культуре в музыкальной школе, и в художественной школе. Везде надо было рассказывать про изобразительное искусство, и мне почему-то всегда доставалась именно «Афинская школа». С юношеским высокомерием я думала, что знаю об этой картине все: представляла расстановку персонажей, бойко рассказывала об исторической ситуации, в которой фреска создавалась и т.п.

После окончания школы я впервые поехала в Италию и оказалась в том самом Ватиканском дворце. Будучи еще фактически школьницей, я мало в чем разбиралась, и не помню, чтобы что-то произвело на меня какое-то особенное впечатление. Однако при виде «Афинской школы» мне показалось, что на мою голову упал потолок, я не слышала, как мне что-то говорят, не помню, как вышла из музея, и чувствовала себя совершенно больной от потрясения.

Расскажите коротко об истории создания журнала.

Это старейший в России профессиональный журнал по искусству. Он существует с 1933 года, в свое время был печатным органом Министерства культуры, Союза художников и Академии художеств СССР. В издании публиковались все официальные документы, которые регулировали жизнь людей искусства в стране. В таком качестве журнал существовал весь советский период, перерыв в публикациях был только во время Великой Отечественной войны. К концу советской эпохи журнал стал частным, поскольку государству уже не был нужен. Несколько лет не выходил, потом был продолжен, и вот новый период в истории «Искусства» начался в 2011 году, как раз руководство журнала произвело его ребрендинг, тогда и я начала свою работу в издании. В этот момент полностью поменялся макет и концепция – журнал был переориентирован на современное искусство и стал тематическим. К каждому номеру стали относиться, как к произведению искусства, – сейчас мы подбираем дизайнерскую бумагу часто разную от номера к номеру, придумали рваный обрез, неоднократно просили художников сделать специально для нас серии работ, оформить обложку. И, несмотря на все финансовые сложности, стараемся не сдаваться и не делать сейчас более примитивный продукт.

Охарактеризуйте вашего читателя.

Мы видим свою миссию в том, чтобы донести идеи и знания в первую очередь до людей, которые являются лидерами мнений в области искусства, которые определяют культурную ситуацию в нашей стране, а они, в свою очередь, транслируют эти знания или свой отклик на эти идеи дальше. То есть мы провоцируем разговор на тему, которую считаем важной, и таким образом с нашей помощью в культуре рождается что-то новое. Поэтому нам очень важно, чтобы журнал обязательно приходил к профессионалам искусства. Именно они вместе с работниками творческих индустрий – целевое ядро нашей аудитории. Необязательно, чтобы эти люди работали в музеях и галереях, потому что современное искусство – это, главным образом, система коммуникации, универсальный язык общения. А еще это система, в которой вырабатывается сегодняшняя картина мира, и в философском, и в прямом смысле – того, что мы видим вокруг себя. Художники придумывают идеи, их подхватывают дизайнеры, рекламисты, специалисты по коммуникациям, и вот уже те, кто никогда не ходит в музеи, видят окружающую реальность совершенно иным образом. Искусство настраивает всем нам глаза. А журнал «Искусство» предлагает получать информацию о современном состоянии мира из первых рук.

Расскажите о структуре вашего журнала. Какие рубрики у вас представлены?

Давайте я вам расскажу на каком-нибудь примере. Например, возьмем все тот же номер про Индию. Открывается он классическим текстом Ананды К. Кумарасвами «Цели Индийского искусства», написанным еще в начале XX века. Именно этот культуролог в свое время открыл индийское искусство для европейской аудитории. До этого многорукий Шива считался уродливым монстром, а сидящего Будду сравнивали с жирным английским пудингом. А Кумарасвами сделал их предметом интереса и восхищения. Специалисты по Индии читают эту статью в оригинале. Но на русском языке ее до сих пор не было, и мы взялись за перевод, потому что она важна и интересна не только знатокам конкретной страны. И, как правило, в наших номерах присутствует такой классический текст.

По теме

Затем идет материал Дарьи Воробьевой «Горшки и Боги», где рассказывается, как индийские художники относятся к собственной традиции. Они используют символы индуизма, включают в работы ритуальную посуду, образы богов, даже индийскую еду, но если вы их спросите, яростно начнут отрицать какую-либо связь с предшествующими эпохами и национальным контекстом, дескать, они художники глобального мира, наследники Дюшана и Пикассо. Мы постарались выяснить причины, допросив целую плеяду авторов, постоянных участников международных биеннале и других выставок. В итоге представили фактически все главные имена в сегодняшнем индийском искусстве. Еще одна статья принадлежит индийскому куратору Джоти Дхар, которая рассказывает о том, как в начале двухтысячных либеральное правительство стало поддерживать современное искусство и в стране быстро развивались местные биеннале, появились художники международного уровня, и уровень музеев существенно вырос. А потом к власти пришли консерваторы и сказали, что у Индии особый путь, ей нужны традиционные ценности, поэтому руководителям музеев, слишком любящим прогрессивное искусство нечего делать на своих постах. Это любопытно, не правда ли? Еще у нас есть экскурс в индийскую фотографию – важнейшие авторы, которых непременно стоит знать. Стоит – не потому что кто-то обязан что-то знать, а потому что это очень интересно. А дальше – путеводитель по индийским арт-пространствам, куда в Индии стоит пойти, чтобы посмотреть классическое и современное искусство.

Чем отличается ваш журнал от других изданий про искусство?

В последние годы закрылось много изданий по искусству и культуре, например, «АртХроника», которая была очень важна для арт-сообщества. Есть журналы, издаваемые Московским музеем современного искусства и Эрмитажем. Есть The Art Newspaper, которая ориентируется на новости и арт-бизнес, но мы с ними почти не пересекаемся в темах, мы совсем не про новости. Был замечательный журнал The Prime Russian Magazine, который писал про современную философию, но в дружественном для читателя формате. Вот с ними я бы нас сравнила. Однако при таком маленьком поле говорить о какой-то конкуренции не приходится, даже о том, что заполнены какие-то тематические ниши. Повторюсь, что нас отличает отношение к своим номерам как к произведениям, не только в плане оформления, но и выстроенности материалов, их последовательности, звучания, наверное, музыканты так собирают свои альбомы.

У многих СМИ (даже общественно-политических) есть рубрика «Культура и искусство». Чем отличаются ваши материалы от статей в подобных рубриках?

Опять-таки давайте на примере: прошлым номером у нас была «Византия после Византии». Очевидно, что это государство сформировало нашу собственную культуру, уникальное миропонимание. В петровские времена его наследие было забыто, потому что государством был взят курс на Запад. Однако столько веков культурного влияния не могли уйти безвозвратно, и даже у современных авторов проявляются те же принципы работы со светом и пространством, что и у византийских мастеров. Мы хотели выяснить, насколько эти процессы осознаны и насколько они реальны или существуют только в нашем воображении. Естественно, когда говоришь о византийском искусстве, нельзя обойти вниманием иконописцев. Поэтому мы обратились к одному из лучших сегодня авторов – Ирине Зарон. Журналисты общественных изданий обычно задают в таких случаях вопросы общего плана, где она выставляется, как пришла в иконопись, как происходит финансирование работ над церковными интерьерами. А у нас был счастливый шанс поговорить с ней о другом, например, мне очень запомнилось ее рассуждение о том, как старинный знаменный распев сменился в православных церквях на партесное пение, более характерное для западной традиции. Однако характер русского богослужения и храмовой декорации и даже звучание евангельских текстов на нашем языке ближе к тому первоначальному варианту распева, и ей важно перенести этот звук, ритм евангельского чтения и пения молитв в свои фрески и иконы. Ну и, конечно, она считает, что в коммерческих росписях «под палеологов» Византии немного, а вот, например, у Андрея Тарковского живет ее дух. Нам невероятно повезло, что можно говорить с людьми на такие темы.

Каков тираж вашего журнала? Где и как он распространяется?

Наш тираж – 3000 экз. Распространяется по подписке, также в электронном варианте, но его можно купить и в творческих книжных и галерейно-музейных магазинах крупных городов России.

На что живет ваше издание?

Кажется, что выпускать по четыре номера в год – не очень дорого. Однако дизайнерская бумага, свободная верстка с большим количеством воздуха, чтобы иллюстрации дышали, кропотливая и долгая исследовательская работа над каждой темой стоят денег. Поэтому мы ищем гранты – иногда государственные, иногда из частных фондов. Мы также сотрудничаем с посольствами и культурными центрами разных стран, у них есть задача рассказывать о своих культуре и искусстве, а мы как раз это и делаем. Как правило, такие проекты приносят радость и пользу всем участникам.

Проводит ли ваше издательство какие-нибудь мероприятия?

Упор делается на образовательные проекты, мы поддерживаем самые разные лекционные курсы и проводим свои, например, сейчас у нас есть совместный курс с Третьяковской галереей «Искусство на грани» о проектах на стыке перформанса и театра, паблик-арта и рекламы, искусства и моды, кинематографа и видеоарта. Часто после выхода номера мы устраиваем встречи, чтобы авторы могли рассказать читателям все, что не уложилось в статьи: как правило, в процессе работы над номером мы узнаем гораздо больше интересного, чем способен вместить журнал.

В каком виде вы представлены в интернете? Как происходит сосуществование печатной версии с электронной?

Нынешняя версия сайта была запущена в 2011 году, сейчас мы делаем новый. Пока в бумагу идут серьезные длинные материалы, а на сайт все-таки новости, рекомендации, подборки произведений. Сейчас мы хотим переместить в электронный вид всю накопленную базу, поскольку большинство бумажных номеров уже ни купить, ни взять нигде нельзя. А информация, содержащаяся в них, уникальна и полезна многим и для учебы, и для работы, и просто, чтобы лучше понимать искусство. Новости на новом сайте, конечно, тоже будут, мы не будем делать на них упор. Мы будем делать то, что у нас лучше получается.

Какие у вас планы на ближайшее будущее?

Вот, например, сделать номер по искусству стран Северной Европы. У них потрясающая архитектура, невероятные успехи в дизайне, очень прогрессивная система государственной работы с центрами искусства и художниками. Мне кажется, на русском языке просто обязано быть издание, где про это все можно прочитать.

Журнал «Новости СМИ» №1-2, январь 2017 год

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 11.05.2017 12:30
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх