// // Вместе с Крымом Россия могла потерять весь юг

Вместе с Крымом Россия могла потерять весь юг

525

Англичанка гадит!

Лето 1855 года. Идёт обстрел Таганрога (английская гравюра)
Лето 1855 года. Идёт обстрел Таганрога (английская гравюра)
В разделе

160 лет назад, осенью 1854 года, началась оборона Севастополя. Она стала центральным эпизодом Крымской войны – именно после потери Малахова кургана и оставления Севастополя русскими войсками исход кампании оказался предопределён. Тем не менее поражение России оказалось не таким печальным, каким вполне могло быть. Потерю всей южной части империи предупредила операция под Таганрогом, о которой нынче мало кто помнит.

Вначале 1855 года жители Таганрога вполне себе обоснованно полагали, что нынешнее их существование безоблачно, а будущее перспективно. Несмотря на то что вот уже почти полтора года Россия воевала с Великобританией, Францией, Османской империей и Сардинским королевством, идущая война всё-таки казалась далёкой и чужой. Британцы сломали себе зубы под Петропавловском, на Кавказе войска генерал-майора Врангеля в хвост и в гриву гоняли «турку», а героические защитники Севастополя мужественно давали отпор англо-французским отрядам. В результате эхо далёких сражений едва долетало в степенный Таганрог.

Увы, таганрожцы не знали и не могли знать, какой удар для них приготовил командующий британским экспедиционным корпусом в Крыму лорд Реглан. Видя, что с каждой неделей война всё больше превращается в тягомотную позиционную мясорубку, в которой гибнут лучшие полки английской армии, Удержать разрушенный город союзные силы всё равно не смогут – для этого придётся формировать новую армию. Да и большого смысла в этом всё равно нет – потеря одного города, пусть даже стратегически важного, для такой огромной империи, как Россия, – неприятность, но не катастрофа. Другое дело, если отнять у царя Николая губернию-другую. Вот тогда бы русские точно навсегда зареклись поднимать хвост на британскую корону.

Так родился план, призванный решить исход кампании: британский флот должен тайно обойти Керчь, прорваться в Азовское море и решительным штурмом взять Таганрог. Следом падёт Ростов-на-Дону. И вот тогда английские морские пехотинцы неодолимым потоком хлынут в незащищённое подбрюшье России и остановить их будет уже невозможно.

«Выходите на берег, померяемся силами»

В принципе план Реглан создал почти гениальный. Во-первых, из таганрогского порта к защитникам Севастополя по морю отправлялись амуниция, боеприпасы и провиант, так захват города сразу сажал русскую армию на голодный паёк. Во-вторых, охранялось Приазовье из рук вон плохо – оборону побережья несли всего лишь несколько казачьих полков, а в самом городе стояли полубатальон солдат и жандармская команда.

Утром 22 мая таганрожцы заметили появившиеся на рейде корабли. Эскадра состояла из 17 крупных судов и двух десятков канонерских лодок. Может быть, свои? В ответ на стеньгах взмыли английские и французские флаги.

Командир сводной эскадры Арман Брюа не сомневался в победе. Что могут сделать полуграмотные крестьяне из забытых богом номерных провинциальных полков? Впрочем, если эти странные русские всё-таки откажутся сдаваться, он поступит, как того требует долг: орудия его кораблей разметают Таганрог к чёртовой бабушке. И пусть тогда оставшиеся в живых завидуют мёртвым!

Однако посланные на берег парламентёры вскоре привезли ответ. «Русские не сдают своих городов, – писал походный атаман Войска Донского генерал Иван Краснов. – Таганрог не крепость, орудий у нас нет. Вы можете бомбардировать город безнаказанно, не опасаясь получить в ответ хотя бы единый выстрел. Но таково ли призвание воина? Выходите на берег, мы померяемся силами, и если ваша возьмёт, то мы ляжем до последнего, исполнив свой долг».

По теме

Брюа поморщился: эти глупцы не знают, что их ждёт.

В течение шести с половиной часов 37 кораблей бомбили город. Наибольшему обстрелу подверглась территория бывшей крепости, на которой находились церкви, слободка и госпитали, имевшие хорошо видимые жёлтые флаги. Около половины пятого вечера, решив, что гарнизон сломлен, рота морских пехотинцев высадилась на берег.

Обратно на корабль из 100 десантников вернулись всего трое. Брюа получил доклад: десант уничтожен, русские устроили им на берегу кровавый ад.

Каратели королевы Виктории

Однако праздновать победу всё же было рано. Англичане и французы больше не предпринимали прямых атак, но продолжали активно обстреливать город из дальнобойных орудий. Тем не менее гарнизон не становился меньше – в городе началось формирование ополчения, куда сразу же записались несколько сотен жителей, включая женщин. «Жена отставного унтер-офицера Анисья Лядова во время бомбардирования снабжала нижних чинов водою, – докладывал таганрогский полицмейстер начальству. – Кроме того, она, Анисья, увидев возле горевшего дома дитя, со всем удивления достойным самоотвержением бросилась и спасла того ребёнка».

«В плохо укреплённом Таганроге мы встретили неожиданное и отчаянное сопротивление русских», – со своей стороны свидетельствовал английский офицер Берроу.

В начале июля 1855 года объёдинённый флот во второй раз начал осаду города, пытаясь пробиться к Дону. Опять потерпев неудачу, захватчики снова подвергли Таганрог массированной бомбардировке. Одновременно на берег сошли бригады карателей – решив испугать защитников города террором, они беззастенчиво предавали огню окрестные хутора.

А дальше случилось то, что в Лондоне и Париже позже назвали «русским варварством и нечестной игрой», а в Санкт-Петербурге – «военной хитростью». Сообразив, что обстреливать корабли захватчиков из хиленьких пушек – значит зря тратить заряды, командование таганрогского гарнизона обратилось к местным рыбакам-браконьерам. Зная Таганрогский залив как свои пять пальцев, под покровом ночи те вышли в море и… переместили указывающие глубину бакены. На следующее утро английский пушечный монитор «Джаспер» попытался войти в Мёртвый Донец и тут же сел на мель. С воем и гиканьем спрятавшиеся в камышах казаки моментально захватили корабль. Говорить «погибаю, но не сдаюсь» в британском флоте было не принято.

Ленин украл славу

Осада Таганрога продолжалась в течение трёх месяцев. Лишь в конце лета 1855-го Брюа понял, что сдаваться защитники не собираются. 19 августа флот в третий и последний раз пошёл на приступ, надеясь если не захватить, то хотя бы капитально разрушить город. Однако захватчиков ожидал неприятный сюрприз: оказывается, за месяц таганрожцы смогли превратить город в неприступную цитадель. Увидав, как земляные цитадели яростно плюются по кораблям ядрами, Брюа сперва даже опешил – откуда орудия? Тщетно попытавшись разрушить укрепления артиллерийским огнём, англичане и французы едва не потеряли несколько кораблей. О том же, чтобы под градом картечи высаживать на берег десант, не могло быть и речи. Сообразив, что дело провалено, адмирал Брюа дал команду на отход в Чёрное море.

Уход вражеской эскадры Таганрог сопровождал колокольным звоном. Защитники ликовали: непобедимая «владычица морей» и «галльский петух» спасовали перед провинциальным городом, обороняемым иррегулярными войска и ополченцами!

Впрочем, победа далась дорогой ценой: бомбардировками в Таганроге было разрушено 20 и повреждено 74 больших особняка, ещё 189 зданий не подлежали восстановлению. Также серьёзно пострадал Морской Никольский храм – застрявшие в его стенах ядра в результате решили сохранить как реликвию.

«Всевышний да наградит вас за ваше самопожертвование, за ваше терпение, ваше мужество, – обращался император в благодарственном письме к жителям Таганрога. – Сознавая величие ваших жертв и подвигов, мы воздаём вам на память веков сердечную признательность за доблестные деяния, совершённые в минуту бранной тревоги!» Одновременно в качестве личной благодарности за отвагу и стойкость самодержец на год освобождал горожан от уплаты всех налогов.

Тем не менее обороне Таганрога оказалось не суждено войти в историю героических подвигов русского оружия. После того как Ленин написал, что «Крымская война показала гнилость и бессилие крепостной России», её было принято расценивать как позорную и проигрышную для страны. Хотя вряд ли можно считать проигранной войну, в которой за три года армии шести стран смогли занять только половину Севастополя. Да и последствия Крымской кампании оказались не совсем уж плохими для России: неудачи на фронте привели к отставке английского правительства, казна Османской империи обанкротилась, а Австрия на 20 лет попала в политическую изоляцию.

Опубликовано:
Отредактировано: 19.11.2014 11:50
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх