Версия // Власть // В новой России процветают многие советские символы

В новой России процветают многие советские символы

4398

Ново-Ленинье

6
В разделе

Сто лет назад наша страна вступила в новую эпоху – социалистическую. Много было ошибок, но и побед одержали немало – и электрификацию с индустриализацией провели, превратив отсталую империю в ядерную сверхдержаву. И ликвидировали безграмотность – при царе полстраны не умели читать и писать. И внедрили бесплатные образование и здравоохранение – может, лучшие в мире. И в самой страшной войне одержали победу, и в космос слетали, и укротили атом.

Так стоит ли удивляться тому, что «родимые пятна социализма» проступают то тут то там, а многие революционные достижения советской эпохи оказались весьма уместными и сегодня?

По федеральным телеканалам нон-стоп идут советские фильмы, современные артисты перепевают послевоенные шлягеры, а глядь за окно – на дорогах всё те же «Лады» и «Волги». Нет больше советской страны, но те, кто успел в ней пожить, часто ловят себя на мысли, что немалая часть её антуража без труда прижилась в современной России и не воспринимается как анахронизм. Теперь это прошлое – часть нашего настоящего, а скорее всего и будущего. На башнях Московского Кремля по-прежнему светят советские красные звёзды – в 30-е годы ими заменили неактуальных имперских орлов. Лет 20 назад пару новодельных орлов установили на башни Исторического музея по соседству, и оказалось, что символы двух держав вполне гармонично выглядят вместе. Три года назад коммунисты устроили истерику – реставрировали Спасскую башню, и ходили слухи, что звезду на макушке заменят двуглавым орлом. Но обошлось заменой лампочки внутри советского символа. В советское время большевики не посмели снести с главной площади страны храм Василия Блаженного, хотя ответственный за её реконструкцию Лазарь Каганович, докладывая товарищу Сталину, убрал было с демонстрационного макета идеологически вредный памятник архитектуры. Но вождь Кагановича резко одёрнул: «Поставь на место!» А ведь и верно: исторические эпохи уходят, а история единой великой страны остаётся.

Героические «ихтамнеты»

Российские военные и добровольцы сегодня геройски воюют и погибают в Сирии и в Донбассе, продолжая тем самым славную советскую традицию «интернационального долга», зародившуюся в довоенной Испании и продолженную уже после Великой Победы в Корее, Алжире, Египте, Йемене, Сирии, Лаосе, Вьетнаме, Анголе, Эфиопии, Мозамбике и Афганистане. Сегодня их чаще иронически называют «ихтамнетами», а не высокопарно, как было принято раньше, «воинами-интернационалистами», но ведь сути это не меняет, правда? В Испании воевали 1811 наших добровольцев – 59 из них стали Героями Советского Союза. А сирийскую войну прошли впятеро больше россиян, но высшей награды Родины удостоились лишь 13 героев. Четверо – посмертно. Скупее мы стали на награды.

Страна союзов

Руководство СССР обожало плодить разномастные международные союзы и блоки. В пику НАТО создали Организацию Варшавского договора, в пику «Общему рынку» – Совет экономической взаимопомощи (СЭВ). Современная Россия продолжает эту сомнительную традицию. Помимо зачахшего на руинах советской страны Союза Независимых Государств у нас то и дело надуваются и лопаются мыльными пузырями разномастные международные партнёрства. Таможенный союз, Евразийский экономический союз (ЕАЭС), Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Единое экономическое пространство (ЕЭП), Центрально-азиатское сотрудничество – несть им числа. Но что нам толку от всех этих блоков? Советский Союз досыта «кормил» Мозамбик и Зимбабве, затеявших строить социализм, а Россия теперь точно так же умасливает миллиардными подачками таджиков с киргизами, которые, как и африканцы, долгов нам не возвращают.

Возвращение Железного Феликса

Мы по привычке называем сотрудников российских спецслужб «чекистами», хотя, казалось бы, что у них может быть общего с «чрезвычайкой» советских времён? Ах, да, Железный Феликс! В августе 91-го 11-тонную статую Дзержинского сняли с постамента на Лубянке, но того и гляди вернут на прежнее место. Об этом хлопотал ещё Юрий Лужков 15 лет назад, а не так давно коммунисты собрали полторы сотни тысяч подписей, чтобы власти провели референдум и выяснили у народа, возвращать памятник или нет. Во дворе здания ГУВД на Петровке в брежневские времена тоже установили бюстик «рыцаря революции» – в 91-м его, от греха подальше, демонтировали. А в 2005-м вернули на прежнее место. Сегодня новые памятники Дзержинскому открывают по всей стране – в Кирове и Тюмени, в Астрахани и Барнауле. В этом году, к 140-й годовщине наркома, к ним несли цветы и ветераны, и действующие сотрудники.

Кадры в погонах решают всё

В 90-е стремительно рухнул статус людей в погонах. Силовикам и военным платили копейки, их то и дело сокращали, а сервильная пресса рисовала их ненасытными приживалами, от которых нет никакого толка. Крупномасштабных армейских учений не проводили вовсе, а военные лётчики месяцами не поднимались в воздух – топлива для самолётов было в обрез. Сегодня же всё как в благословенные времена советского «застоя». Учениям и манёврам не видно конца, а людям в погонах платят достойные зарплаты, в сравнении со многими бюджетниками – откровенно царские. Авторитет армии и спецслужб не просто вырос – взметнулся в заоблачные выси. Либеральная пресса пишет, мол, во властных структурах нынче каждый третий носил офицерские погоны. А остальные – как губернатор Забайкальского края Наталья Жданова – замужем за генерал-лейтенантом ФСБ или состоят с силовиками в ином родстве. Точно так же было и в СССР. Родственник в лампасах – чем шире, тем лучше – залог успешной карьеры. Несколько лет назад вышла книжка «Новое дворянство. Восстановление полицейского государства в России и наследие КГБ». Так вот, её авторы, Андрей Солдатов и Ирина Бороган, уверяют, что силовики нынче буквально повсюду: «Они заняли высокие посты в университетах и на телеканалах, в банках и министерствах. Сменив мундиры на деловые костюмы, выходцы из спецслужб переместились туда, где концентрировалась власть». Но ведь так же было и в советские времена – вчерашние силовики легко трудоустраивались в партийные и советские органы власти, расставлялись на «хлебные» должности и считались «ценными кадрами». Которые, по выражению Сталина, решали вообще всё.

Запад загнивает, мы – упиваемся запахом

Тем временем российские государственные телеканалы клеймят «наших заокеанских парт­нёров» за двойные стандарты – точно так же, как в своё время это делало советское телевидение. Не случайно именно сейчас на телеэкраны вернулась «Международная панорама» – тогдашнее окно в мир. Внезапно ожили подзабытые советские идеологические штампы, вроде расхожего «наше – значит лучшее». Такими темпами скоро дойдёт и до сакраментального «народ и партия едины». Партий у нас пока много, зато уже есть одна такая партия, которая одновременно «ум, честь и совесть». Она же партия власти «Единая Россия». Ещё не КПСС, насквозь пропитанная лицемерием, но уже очень похоже. Двойная мораль – это тоже примета советских времён. «Запад, конечно, загнивает, но какой запах!» Единороссы отчаянно клеймят этот Запад, но отправляют туда учиться своих детей и держат там же свои пожитки. Хочешь сделать карьеру? Вступай в партию – понятно, в какую. А много ли среди губернаторов тех, у кого нет партбилета «Единой России»?

Возвращение «Мистера нет»

Мало что у нас изменилось с советских времён и в международных отношениях. С Западом мы снова по разные стороны. В этой связи показательно, как президент на недавнем заседании Валдайского клуба «приложил» ельцинского министра иностранных дел Андрея Козырева, полагавшего, что у России, мол, нет национальных интересов, только общечеловеческие. «У господина Козырева, – пошутил Путин, – коробка есть черепная, но головы как таковой нет». Главу советского МИДа Андрея Громыко американцы нарекли «мистером Нет» за его неуступчивость, а слишком доверчивого Козырева они прозвали «мистером Да». Теперь Сергея Лаврова за океаном называют, как когда-то Громыко, «мистером Нет». Преемственность налицо, что и говорить.

Язык Эзопа, который не лижет

Легенда гласит, что за опечатку в фамилии «вождя народов» главред одной махачкалинской газеты угодил под расстрел – вместо буквы «т» в слово вкралась «р». В «Правде Востока» от 25 октября 1944 года Сталина назвали «гавнокомандующим» – говорят, расстреляли всю редакцию. За «Салина» уфимскому корректору впаяли пять лет. Сегодня газетчикам сходят с рук не только обидные опечатки, но и жёсткая нелицеприятная критика, а самую фрондёрскую редакцию радио государство даже взяло на кошт. Тем не менее, как и в советские времена, прессе частенько достаётся на орехи от первых лиц. И в центре, и на окраинах великой страны. Кому интересно – проштудируйте мониторинг Фонда защиты гласности, там фиксируется практически каждый подобный случай. Критикуешь? Останешься без рекламы, возникнут проблемы с типографией или распространением. По сути, ничего не изменилось: и раньше у нас наказывали, если собственное мнение хоть как-то проявишь, и сейчас – то же самое. Так стоит ли удивляться, что инакомыслие нынче клокочет и булькает на кухнях, как при Брежневе или Хрущёве? Тогдашние диссиденты оформляли свои исполненные несогласия мысли в анекдоты и самиздат, сегодняшние – в посты в Интернете. При этом и те и другие вынуждены прибегать к эзоповой иносказательности, на всякий случай.

В тюрьму за анекдот

За анекдоты у нас пока не сажают, да и в позднем СССР подобное не практиковалось, зато за репост в Интернете – публикацию у себя на страничке в социальной сети чужой записи – можно запросто угодить под суд. Андрей Бубеев из Твери за репост на два года отправился в колонию-поселение. Вадиму Тюменцеву из Томска суд влепил пять лет «общего режима». «На мой взгляд, это репрессии, – отмечает историк Николай Сванидзе. – Почему нужно сажать за репост – я этого не понимаю! Перепостил усики Гитлера – посадят за пропаганду нацизма? У этой логики нет границ, можно сажать многие тысячи людей». В позапрошлом году за репосты в социальных сетях у нас осудили более тысячи человек – пленум Верховного суда даже призвал не заводить в таких случаях уголовные дела.

Номенклатурный иконостас

А как вам такая примета зримой связи времён – портреты на стенах в кабинетах чиновников? Раньше, правда, предпочтение отдавалось вождям – Ленину и Сталину, а их действующих сменщиков номенклатура особо не жаловала. Портретов Брежнева хватало на демонстрациях, а в кабинетах их вешали редко. Зато лики падкого на лесть Горбачёва развешивали повсюду. А сегодня на стенах «высоких кабинетов» – гарант и премьер. Практически повсеместно, куда ни зайди. И не только в чиновничьих кабинетах, даже в школах и детсадах. В детских учреждениях Удмуртии их разнообразили изображениями главы региона, а в Волгограде – ликами мэра города. Объясняют – это такие обереги. Но, быть может, это просто народная любовь? О верноподданническом заискивании как-то даже не хочется думать.

Дедушка умер, а дело живёт?

На праздники Мавзолей Ленина теперь драпируют так, что и не видать. Его трибуной наши вожди больше не пользуются, и во время парадов для почётных гостей расставляют поодаль стульчики. Но ведь усыпальницу вождя революции могли и снести! На следующий день после антигорбачёвского путча 1991 года к Мавзолею двинула толпа «демократов» во главе с музыкантом Мстиславом Ростроповичем. Охрана едва отбилась, иначе историческую постройку с землёй бы сровняли. Недавно бывший глава МВД Сергей Степашин припомнил, как в 1998 году Борис Ельцин сказал ему: «Я принял решение, сносим Мавзолей! МВД должно обеспечить порядок». А Степашин, с его слов, ответил: «Борис Николаевич, я не гарантирую, что после этого я останусь министром, а вы – президентом». И вновь обошлось. Несколько лет назад Мавзолей закрыли на ремонт – ходили слухи, что этот «ремонт», мол, закончится сносом, слишком дорого обходится праздничная драпировка. Но один из главных символов советской эпохи, как прежде, на своём месте. Даже вход открыт.

МГЕР – всем ребятам пример!

Юные ленинцы – пионеры и комсомольцы советских времён – ходили на демонстрации с чучелами попов и буржуев. «Молодая гвардия «Единой России» пикетируют съезд «несистемной» оппозиции с плакатами «Нам не нужна другая Россия» и разбрасывают отпечатанные на ксероксе копии долларовых банкнот. В 20-е пиком комсомольской удали было где-нибудь в людном месте унизить действием священника в рясе. Сейчас – облить чернилами политического оппонента. И что, собственно, изменилось? «Батюшка, завтра партсобрание, стульев не хватает – одолжите!» – «Нет, не дам, в прошлый раз вы их все матерными словами исписали». – «Не дадите стулья – забудьте о пионерах для церковного хора!» – «Тогда и вы – о монахах на субботник!» – «Не видать вам тогда комсомольцев на крестный ход!» – «А вам – монашек в финскую баню!» – «А вот за это, батюшка, можно и партбилет на стол положить!» Партии власти всегда будет нужна молодёжь – и отнюдь не только для ротации кадров.

Не их гимн

А мимо, во время парадов, как в советские времена, по брусчатке маршируют военные и лязгает гусеницами тяжёлая бронетехника – в 2008 году эту традицию у нас возродили. Почти одновременно вернули и красное Знамя Победы в его историческом виде – до этого на парады выносили его эрзац с карикатурно гипертрофированной звездой, который утвердил Борис Ельцин. В 2000 году президент Владимир Путин подписал указ о возвращении советского гимна с новым текстом и победного красного стяга. Новый старый гимн у нас приняли сравнительно спокойно, хотя Ельцин и объявил, что он «категорически против», а «архитектор перестройки» Александр Яковлев и вовсе выдал: «Я, пока жив, музыку эту ни петь не буду, ни вставать под неё. Это не мой гимн. Это гимн чужой страны. Это как будто плюнули в лицо!» Зато возвращение советского гимна одобрил патриарх Алексий II – пусть, мол, флагом будет петровский триколор, гербом – двуглавый орёл Палеологов, а гимном – торжественная музыка Александрова. От каждой эпохи по частичке – разумно же! А вот с красным Знаменем Победы оказалось не так просто: утвердить в Госдуме его исторический облик не удавалось до 2007 года. По случаю возвращения Знамени Победы Александр Проханов написал: «Красный цвет для России – её мистическое бессмертие, огненный луч, ведущий великий народ в кромешной истории». Вот так символы ушедшей советской эпохи вернулись к нам спустя годы – и это ли не признак неразрывной связи времён?

Под властью красных директоров

Казалось бы, в стране сменился общественно-политический строй. Нет больше социализма, вместо него строим капитализм. На деле же и тогда и сегодня в экономике – засилье госсектора. Не хватает только Госплана, но его пообещал возродить советник президента Сергей Глазьев. И множество экономистов с ним согласились. По сути же, что в советские времена, что сейчас, практически вся наша экономика – крупные государственные компании. Частник мелькает комариком где-то на уровне мелкого бизнеса, реже – среднего. Кажется, даже в позднем СССР частной инициативы в экономике было больше, чем сейчас. В 70–80-е истинными хозяевами страны были красные директора. Сегодня – топ-менеджмент госкорпораций. Звучит по-другому, но суть та же самая.

Иногда они возвращаются

Скульптура Веры Мухиной «Рабочий и колхозница» считается одним из главных визуальных символов Великой Октябрьской социалистической революции и СССР. Когда в 2003 году монумент стали разбирать на части и куда-то увозить, многие решили, что символу советской эпохи настал каюк. Собираетесь реставрировать? Враньё, вы его продали за рубеж по кускам! Шли годы, постамент пустовал. Но зимой 2009 года «Рабочего и колхозницу» вновь водрузили на пьедестал. А ВВЦ, где установлена скульп­тура, переименовали в ВДНХ, как в советское время. Всё, как прежде. Как тогда.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 06.11.2017 14:57
Комментарии 4
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх